Потепление сделало реки континента судоходными, проходимыми для баркасов и плотов. Многие селения Флориды торговали с северянами лесом, пушниной, речным жемчугом. Так что колонисты устроились по-своему весьма неплохо. Изоляция от культурных центров не сделала их дикарями. Да и тонкая струйка беглецов от цивилизации не прерывалась никогда. Нет-нет, да приходили по рекам лодки, на которых сидели, вцепившись в дорожные мешки и оружие, беглые солдаты, насолившие своим командирам, ярмарочные фокусники, обвиненные в мошенничестве и вымогательстве денег у честных тружеников, люди с совершенно темным прошлым, руки которых носили следы кандалов и веревок. Флорида принимала всех. Рабочие руки и приток свежей крови, равно как и знаний, были всегда кстати. У посланцев заносчивых городов-государств, в приказном порядке требовавших выдачи провинившихся, флоридяне быстро отбили охоту диктовать правила игры вольным поселениям.
Упомянутые «морские кланы», представители коих несколько раз героически обогнули полуостров, вскоре выяснили, что дальнейшее продвижение по Флориде на юг не имеет смысла и попросту опасно. За бескрайними торфяными топями, у самой нижней оконечности Флориды сияла бледными огнями очередная Пустыня Смерти. Так колонисты оказались в своеобразной ловушке. По мере того, как на севере радиоактивные руины становились все более безопасными, хищные щупальца новых государств все ближе подкрадывались к поселениям. С востока и запада шумело зеленое море, на юге практически непроходимые болота переходили в мертвую землю, где следы войны, похоже, не собирались рассеиваться в обозримом будущем.
Примерно за век до описываемых событий жители Флориды убедились, что предки их совершенно зря посчитали полуостров свободным от жителей. Продвинувшиеся вглубь топей кланы столкнулись с обитателями торфяных болот, ныне известными как Племя Хвоща. Ничего конкретного про него разведчик не помнил. Да и сами эливенеры — основной источник информации о полуострове, похоже, слабо представляли себе, чем являются кочевники, населяющие топи Центральной Флориды.
Вот, собственно, и все, что смог припомнить Кен из уроков южной географии, вызубренных перед началом экспедиции.
«Неужели на Мертвую Балку напал Народ Хвоща?» — вдруг мелькнула заполошная мысль в голове метса. Но он с сомнением посмотрел на Аграва, Вагра и Рыбоеда. Нет, решил он, эта троица совсем не похожа на таинственных болотных кочевников. И он вновь принялся обдумывать версию о восстании свободолюбивых колонистов.
Вскоре ему удалось вспомнить о том, что самым большим и сильным поселением флоридян является Бухта, управляемая вождем, ныне имеющим титул Четвертого Хозяина Бухты. Он даже смутно вспоминал рассказы одного из недавно умершего от ран флоридянина, который убежденно говорил о том, что «морской клан» Бухты открыто и успешно противостоит Наместнику Зеленого Круга. Не войска ли Хозяина пришли под стены опорной крепости Нечистого?
Метс с надеждой посмотрел на своего товарища по несчастью, жителя полуострова и выходца из Бухты, который мог рассказать ему что-нибудь полезное о своем поселении, его возможностях в военном отношении и взаимоотношениях с Нечистым.
Но измученный мужчина спал. Ему виделись сны о том, как армия его родного вольного поселения гонит проклятых лемутов на север. Ему грезились величавые и странные всадники «приморского клана», краса и гордость лантических флоридян, их тайное оружие в борьбе с силами зла. Он мог многое рассказать метсу о том, как Нечистый пришел во Флориду. Это восполнило бы пробелы в образовании разведчика и кое-что бы прояснило, однако мужчина лежал неподвижно, словно мертвый.
В тот раз метс не услышал историю, подробности которой не были известны и подавляющему большинству эливенеров.
Нечистый пришел во Флориду еще при Первом Хозяине Бухты. Цивилизация догнала изгоев. Вольному существованию сообщества лесорубов, охотников и рыбаков пришел конец. Вдоль рек тянулись к югу цепочки факторий и рудников, поселения звероловов и бортников. Вместе с ними шли солдаты регулярных войск, охраняющих форпосты больших государств. По соседству с гарнизонами располагались суды и пышные строения, где сидели толстые и наглые колониальные губернаторы. Товарообмен меж Северной Флоридой и остальной частью континента лавинообразно нарастал. В самый глухой поселок, за околицей которого плескались болота, мода из столицы Д’Алви доходила с опозданием в год-два. Такое положение дел сложилось лет за тридцать до того, как один из обычных мелких поселков океанических моряков стал гордо именоваться Бухтой и обзавелся Хозяином.
Вослед за благами цивилизации во Флориду шли и ее инспираторы — адепты Темного Братства.
Поначалу отношения с ними у поселенцев не сложились. Мрачные чернокнижники в глухих плащах с капюшонами приводили с собой стада лемутов. А где завелись лемуты, там вскорости не найдешь нормального зверья. Первыми возмутились колонисты, бившие пушного зверя. Именно на их поселок Нечистый обрушил всю свою мощь, устроив показательную экзекуцию непокорным. О страшной гибели северных кланов флоридян и упоминали в своей беседе Рыжий и Борода в начале нашего повествования.
Проникновение служителей Зла было неспешным, вкрадчивым, так змея свивает кольцо за кольцом на груди спящего, чтобы внезапно ужалить беспомощного в нужный ей момент.
Прошло несколько десятков лет с момента появления на полуострове первого некроманта, и Нечистый как-то незаметно и быстро наложил лапу практически на все свободные земли. Шайки «диких» лемутов, правда, были отогнаны ополченцами флоридских городков северо-восточнее полуострова, но в самом сердце вольных поселений Нечистый возвел опорную крепость Мертвая Балка. Наместник Темного Братства занимался там какими-то весьма важными опытами, в свободное время прибирая к рукам всю торговлю между колонистами и цивилизованными странами. Ко времени описываемых событий эта затея ему вполне удалась. Не заплатив пошлину Мертвой Балке, ни один купец не мог без риска для жизни и души обменять даже горсть пуговиц на клочок льняной ткани.
Вне власти мастера С’Муги оставалась лишь Бухта.
Однажды наместник темных сил повел против строптивого порта войско Волосатых Ревунов верхом на Псах Скорби, выписанное им из центрального военного лагеря Зеленого Круга, но этого оказалось недостаточно.
Городок с честью выдержал осаду, а удивительная кавалерия флоридян нанесла по воинству Братства несколько ощутимых ударов.
Обложить владения Четвертого Хозяина Бухты с моря также не удалось — подошедшие на подмогу корабли вольных купцов и корсаров обратили в бегство суденышки Нечистого, приведенные откуда-то из Центральной Америки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
