один из Инженеров. — Ты, существо, живущее мгновения, не можешь быть телохранителем бессмертных! Очень скоро ты или умрёшь от старости, или уйдёшь в стазис надолго, на много десятилетий объективного времени.
— Да, проблема. Есть альтернатива?
— Иди с нами, Мордин Солус. Если тебе так дороги протеане, их даже не нужно убивать или калечить. Под прикрытием твоей сверхскорости мы сможем уйти с планеты раньше, чем они поднимут свой корабль — и спрятаться в открытом космосе. Ты станешь одним из нас. Сможешь пользоваться нашими стазис-камерами, а также другими биотехнологиями, если они тебя заинтересуют. Возможно, мы даже сможем найти способ продлить твою активную биологическую жизнь. Ни одна другая раса в современной Галактике не даст тебе таких возможностей.
Мордин замер на неуловимую для чужих глаз долю секунды. Предложение его, мягко говоря, поразило. Либо эти существа очень наивны, либо считают очень наивным его… Либо действительно доведены до отчаяния и готовы пообещать что угодно.
— Где гарантии? — произнёс он, когда отошёл от шока (с точки зрения Ису задержки не было вообще). — Какие доказательства? Что мешает выключить стазис? Ввести яд? На вашем корабле буду опасен. Во сне — беззащитен.
Ису возмущённо-беспомощно переглянулись. По-видимому, они крайне редко оказывались в ситуации, когда их слова подвергались сомнению.
— Но ведь ты сам говорил, как важно доверять друг другу.
— Именно. Все доверяем. Или все не доверяем. Нельзя верить частично. Протеане не способны к сотрудничеству? Почему тогда Ису способны?
— Получается… тупик?
— Не тупик. Узкое место. В узких местах течение ускоряется. Помогайте. Ищите решение. Пока не умер и не уснул. Буду помогать.
Идрис поморщился, как от зубной боли.
— Даже если ты сможешь сдержать этих убийц… Мы не сможем ничего искать без своего корабля. Наши скафандры не способны к эволюции — они созданы для поддержания максимально стабильного состояния. Кроме того, без тахионного шунта нам попросту не хватит времени на эксперименты и отбор нужных тенденций — ваши межзвездные перелёты слишком короткие!
За одну секунду Мордин перебрал несколько сотен вариантов, и наконец остановился на одном, который можно было назвать «лучшее из худшего».
— Вырастите четыре межзвездных стазис-капсулы. Отправитесь на вашу ближайшую базу. На досвете. Несколько сотен лет путешествия. Курс — неизвестен. Будете в безопасности. Ваш корабль оставите мне. С интерфейсом управления. На сюрпризы проверю.
— Хм…
Предложение было неожиданным, но с точки зрения Ису вполне допустимым. Несколько сотен и даже тысяч лет объективного времени полёта — для их вида не так уж много. Они не рисковали попасть в пугающее и непонятное будущее, как представители других цивилизаций.
— Для разгона используешь наш корабль, — потребовал Касси, самый молчаливый из четверых.
— Разумно, — согласился Мордин.
Снабжать каждую капсулу релятивистскими двигателями — слишком долго и дорого. Использовать для разгона «Вершину Полутени» — во-первых, не факт, что протеане согласятся, а во-вторых — это значит указать им курс, следуя по которому позже можно будет всё-таки догнать и убить старых врагов.
— Вопрос торможения. После достижения цели. Скорость в половину световой? Опасно. Понадобится мощное ядро для гашения.
— Не обязательно, — покачал головой Идрис.
Все четверо заметно приободрились, поняв, что скоро (по их субъективному времени, конечно) окажутся на свободе и дома.
— Такие проблемы уже встречались в нашей истории, так что технология отработана. Они затормозят на магнитном парашюте об межзвёздный водород и солнечный ветер. Радиация, конечно, будет ужасной, но наши скафандры могут чинить пострадавшие клетки, а капсулы предоставят им энергию и питательные вещества для этого. Если изначально спроектировать оболочку именно для такого перелёта, вероятность успешного достижения цели выше восьмидесяти процентов. Думаю, масса каждой капсулы должна составить около семидесяти тонн — тогда в них можно переделать уже имеющиеся схемы спасательных шлюпок. Понадобятся ионные двигатели, чтобы капсулы имели возможность подойти друг к другу и оказать помощь в случае серьёзного повреждения.
— ОНИ затормозят? — наклонил голову Мордин, внимательно глядя на Инженера.
— Да, они. Три капсулы будут с моими товарищами, и четвёртая беспилотная, резервная. Я остаюсь с тобой и протеанами.
Остальные трое уставились на Идриса так, словно у него выросли рога.
— Ты понимаешь, что это верная смерть? — выговорил наконец капитан.
— Понимаю. Но если мы сможем заново научиться производить потомство, одна смерть ничего не изменит. А если не сможем — не изменит тем более.
— Но зачем⁈
— Мордин утверждает, что есть опасность больше, чем протеане. Я хочу увидеть своими глазами, правда ли это. Если да — он может оказаться нашим единственным щитом против новой зачистки. Ведь расчёты показывают, что через две с половиной тысячи лет люди выйдут в космос…
Тишина. Мёртвая тишина в ледяном тоннеле.
— Ой, — наконец сказал Идрис, поняв, что он ляпнул при постороннем.
Может, протеане и не заметили бы этой маленькой оговорки, но Мордин с его скоростным мышлением и абсолютной памятью сразу понял, о чём шла речь. Парочка наводящих вопросов, немного угроз, убеждения, лести и саларианской дипломатии — и полная картина сложилась.
Чистокровные земные Ису вымерли. Но задолго до вспышки некоторые из них оставили свои гены рабам-людям. Не обязательно физически занимались сексом — вполне возможно, речь шла об искусственном оплодотворении или даже о внедрении генов Ису взрослым особям при помощи генной инженерии.
Так или иначе, человечество по сути представляло собой генетический резервуар вымершей расы. «Мы сотворили вас по своему образу и подобию, мы сотворили вас, чтобы выжить». Инженерам нужно было только собрать этот паззл, чтобы получить возможность продолжать свой род.
Казалось бы, чего проще — прилетай, хватай человеков в охапку сколько надо и тащи разбирать на молекулы и вытаскивать из них правильные коды. Земные дикари — на уровне каменного века, никакого сопротивления они оказать не смогут при всём желании!
Проблема оказалась в том, что генотип Ису далеко не всегда даёт фенотип Ису. Условно говоря, нужные гены очень хорошо «спрятаны» в человеческой ДНК, и активизируются только при определённых условиях роста. При этом лишь с определённой вероятностью.
При росте клона в искусственной матке, например, наследие Ису не проявляется вообще. Никогда. Гарантированно. Очень многое завязано на социальное взаимодействие — особенно с другими носителями тех же генов. Осколки генома в разных людях работают, как усилители друг для друга.
Раз в несколько поколений генный дрейф собирал в одном человеке максимально полный геном Ису — и затем снова разносил его между потомками. Естественно, чем
