вниз на кровать и жди меня.
Он встает и быстро целует меня, затем спешит подчиниться. Я пользуюсь моментом, пока бежит вода, чтобы собрать вещи, которые я спрятала вне досягаемости маленьких ручек. Было хорошо иметь свое собственное жилье. Мне нравится, что Джарра сделал это для меня. Реальность последних нескольких месяцев, однако, такова, что мы с детьми ночевали здесь больше, чем дома. Мне пришлось принять дополнительные меры предосторожности, чтобы они по ошибке не нашли ни одной из наших игрушек!
К тому времени, как я направляюсь в спальню, я уже предвкушаю реакцию Джарры. Он так хорошо выглядит, растянувшись на кровати, что я ловлю момент, чтобы насладиться его видом: подтянутая задница, хвост с кисточкой и широкие плечи. У меня кружится голова от осознания того, что вся эта сила в моих руках.
Как только он чувствует мои руки на своей обнаженной спине, он стонет. Я не тороплюсь, массирую мышцы и снимаю напряжение в них, наслаждаясь его теплой кожей и мужественными формами.
Когда я перехожу к его заднице, я уделяю ей особое внимание. Я хорошо работаю с тугими ягодицами, постепенно скользя пальцами все ближе и ближе к его маленькой дырочке.
— Помнишь свое стоп-слово, — шепчу я.
Джарра стонет и утыкается лицом в кровать.
— Президент Буш. Черт. Почему я выбрал это?
Мы оба смеемся. Затем я прижимаю скользкий, смазанный палец к его заднице, и он замирает.
— Плохо?
— Нет, — его хвост отлетает в сторону, и я замечаю, что он приподнимает бедра, подталкивая их ко мне. — На самом деле очень хорошо. Продолжай.
— Что это было? — я ругаюсь.
— Пожалуйста! Продолжай, пожалуйста, Моя Леди. Прошу прощения.
— Намного лучше.
Я работаю с его задницей, пока она не становится приятной и влажной, затем погружаю палец внутрь, и он втягивает воздух. Сначала она туже, чем я думала. Он напрягается, затем расслабляет мышцы, и внезапно мой палец проникает намного глубже. Он стонет.
Довольно скоро я нахожу ритм. Это не сильно отличается от пальцах в моей собственной киске, за исключением угла и того, насколько он тугой. Когда я чувствую, что он расслабляется еще больше, я решаю, что пришло время попробовать еще немного.
— Перевернись.
Он поворачивается, и его глаза расширяются, когда он видит меня, стоящую над ним на коленях. На мне черный тонкий страпон, закрепленный на бедрах ремнями. Я наклоняюсь и касаюсь его. Что-то в этом заставляет меня чувствовать себя невероятно могущественной. Возможно, страх в его глазах или дикая улыбка, но во многом это связано с тем, как его толстый, налившийся член подпрыгивает, когда он смотрит на меня.
— Боже мой, ты так чертовски опасно выглядишь.
Я ухмыляюсь.
— Спасибо. Я не уверена, что нам стоит использовать это сегодня, но я хотела, чтобы ты это увидел. Я хочу, чтобы ты почувствовал это на своем бедре, пока я буду ласкать тебя пальцами. Ты готов?
Он кивает. Я вижу, как подрагивает его горло, когда он сглатывает.
— Хотя ты не будешь кончать, хорошо?
— Святое, гребаное дерьмо, — это последняя связная вещь, что я слышу от него на долгое время.
Я беру его член в одну руку, медленно двигая ладонью вверх и вниз по всей длине, одновременно проталкивая два пальца в его задницу. Я двигаю ими внутрь и наружу, стараясь соответствовать ритму своих поглаживаний. Он сжимается и расслабляется снова и снова, задыхаясь и хватаясь за простыни.
Его голова мечется по кровати, рог цепляется за резиновое изголовье, которое мы установили, и это заставляет его некоторое время оставаться неподвижным.
Пока я работаю с ним, его член становится толще в моей ладони, сочась на кончике, пока я не понимаю, что он готов взорваться.
Я почти не замечала собственной реакции, так как была так сосредоточена на Джарре. Когда я делаю паузу, чтобы дать ему передохнуть, я понимаю, какой влажной и чувствительной я себя ощущаю, хотя ко мне вообще никто не прикасался.
Я тяжело дышу, когда несколько мгновений спустя он хватает меня за запястье и говорит мне, что может выдержать больше.
Моя киска сжимается вокруг пустоты, когда я снова двигаю рукой на его стволе, вверх и вниз. Медленно, я подвожу его к самому краю во второй раз. К тому времени, как я останавливаюсь, он дрожит. И Боже, я тоже.
Но я хочу почувствовать, как он сорвется. Почувствовать, как он немного потеряет контроль.
Убирая пальцы, я наклоняюсь так, что он чувствует прикосновение силиконового страпона к своей ноге. Он дергается.
— Черт.
— Ты так хорошо справился. Тебе понравилось?
— Слишком, слишком сильно, — я вижу, что он не лжет, по тому, какая толстая и налившаяся у него эрекция.
— Тогда в следующий раз ты получишь мой член.
Легкая дрожь пробегает по его телу, и я улыбаюсь.
— Впрочем, пока нет.
— Нет?
— Нет. Теперь я хочу, чтобы ты трахнул меня. Моя киска сейчас такая влажная для тебя. Но тебе придется подождать, пока я не скажу тебе, что пора.
Он издает долгий, низкий стон, когда я снимаю страпон и откладываю его в сторону, поворачиваясь и опускаясь так, что моя киска оказывается прямо над кончиком его члена.
Он пульсирует, и его член подпрыгивает, истекая каплей влаги, которая скользит по головке, пока я наблюдаю сверху.
— Подожди.
— Черт, — он выдыхает проклятие, когда я позволяю своей влажности коснуться кончика его члена, смешивая наши соки.
Хотя с ним так хорошо, что я, честно говоря, тоже не знаю, сколько я смогу вытерпеть. Это похоже на пытку для нас обоих, потому что моя киска кажется набухшей и пустой, нуждающейся и такой возбужденной одновременно.
Я покачиваю бедрами и дразню его еще несколько мгновений. Его тело дрожит под моими руками; мои ноги тоже чувствуют слабость.
— Пожалуйста, Мел. Я был таким хорошим. Позволь мне почувствовать твою сочную влажную киску вокруг моего члена. Посмотри, какой я твердый для тебя.
— Ты такой, не так ли?
Он шипит «да».
— И я точно знаю, что с тобой делать.
В его смехе слышится больше, чем легкое беспокойство, поскольку он лежит подо мной совершенно неподвижно.
Я наконец даю ему разрешение, которого мы оба жаждем.
— Я думаю, ты должен поместить свой член туда, где ему самое место, и трахнуть меня так, как ты этого хочешь.
С рыком он притягивает меня к себе и приподнимает бедра, входя в меня одним толчком.
От жжения при растяжении у меня на секунду перехватывает дыхание, затем последовавший за этим импульс удовольствия заставляет мои глаза закрыться.
Джарра прижимает меня к себе еще
