горячей каплей на самом кончике.
Я беру ее за подбородок, притягиваю ближе.
— И я тебя люблю.
Халат распахивается, и в следующее мгновение я вхожу в нее.
Она выдыхает, приоткрыв рот, а я глухо стону, чувствуя, как ее тесное тепло сжимает меня до дрожи.
Стелла Сент-Джеймс любит меня и скачет на мне так чертовски хорошо, что мне сложно поверить, что это происходит на самом деле.
Нам хватает каких-то мгновений, чтобы сорваться к краю. Когда я привожу ее в порядок, Стелла стоит у окна и смотрит через дорогу на дом моих родителей. Я подхожу, обнимаю ее за талию, прижимаюсь к ее пушистому халату.
— Знаешь, как мне больно это признавать, но твой дом в этом году выиграл конкурс праздничных огней на Уистлер-лейн.
Я улыбаюсь, прижимаясь к ее шее.
— Не злорадствуй. Это ты испортила мою иллюминацию своей посредственной установкой.
— Это не конкурс.
— Вообще-то именно конкурс.
— Для меня — нет.
— В смысле? — она хмурит брови. — Это всегда был конкурс. Ты каждый год устраивал шикарную подсветку, потому что хотел, чтобы твоя была лучше моей.
— Нет. Я знал, как ты любишь рождественские огни, и хотел, чтобы у тебя был лучший вид, — я киваю в сторону своего дома. — Иллюминация — лишь часть. На самом деле все, что я делал, я делал для тебя, Стелл.
Она поворачивается ко мне, обвивает руками мою шею, и в ее взгляде появляется задумчивость.
— Чувствую себя полной дурой, что не замечала, что между нами было.
Я качаю головой.
— Не вини себя. Я отлично умел скрывать. Это была моя защита.
Она касается моих губ мягким поцелуем, потом целует меня в челюсть.
— Ну а теперь мне надо показать тебе, как сильно я тебя люблю.
— И что ты задумала, Искра? — спрашиваю я, проводя руками под ее халат и сжимая ее упругую попку.
— Думаю, ты понимаешь, Снежинка, — она разворачивается и тянет меня обратно к кровати, где я стаскиваю с нее халат.
И там, в мягком сиянии рождественских огней, проникающем через окно, мы снова тянемся друг к другу. Мы отпускаем прошлое и весь багаж нашего старого соперничества, чтобы встретить Новый Год именно так, как я всегда себе представлял, в объятиях друг друга.
Эпилог
Стелла
Год спустя
— Ну что, Стелл? Готова к состязанию по художественной упаковке? — Джаспер покручивает ленту на пальце многозначительно. Я всегда рада безобидному спору, но дразнить его куда веселее.
— Ты уверен? Не хочу еще больше травмировать твое и без того пострадавшее самолюбие после моей вчерашней победы в праздничных шарадах.
Вчера, после нашего с Джаспером свидания в центре и прогулки по витринам с рождественской иллюминацией, я забрала себе его маму, кузена Майло, тетю Мелани, дядю Рона и Джунипер и мы выиграли. Я специально позвала Рона в свою команду снова: мне нужно было доказать, что я могу победить даже с ним, когда он уже осушил два бокала гоголя-моголя с ромом.
Он смеется.
— В этом году ты точно превзошла себя.
Это наше первое Рождество как пары, и мы от души наслаждаемся всеми традициями — и его семьи, и моей.
Мы остановились у моих родителей. Сейди и Том в этом году встречают праздник с семьей Тома, а мы увидим их через пару дней на послерождественской встрече.
У нас с Джаспером появляются и свои традиции. Например, ежегодный обмен елочными игрушками: каждый дарит или делает другую, связанную с воспоминанием прошедшего года. В этом году Джаспер подарил мне шар: на одной стороне — фото, где мы стоим рядом в третьем классе, не по собственной воле; на другой — снимок февраля, когда мы въехали в нашу новую квартиру.
А внизу выгравировано: Наша любовь стоила ожидания. С любовью, Джаспер.
Елочная игрушка, которую подарила ему я — керамическая снежинка. Я вдохновилась той самой, которую он сделал для меня много лет назад, и расписала ее вручную в мастерской в Сидар Холлоу. На обороте я написала: От снежных боев к теплым ночам. С любовью, Стелла.
Следуя нашей новой традиции, мы снова пришли в «Игрушки для маленьких сердец», чтобы помочь с упаковкой подарков для благотворительности. И Джаспер, в своем привычном духе, безрассудно вызывает меня на соревнование. Научится ли этот мужчина хоть когда-нибудь?
Он улыбается так, будто все знает заранее.
— Я готовился к этому весь год.
Я приподнимаю брови.
— Значит, на этот раз у тебя есть шанс, в отличие от того случая, когда я надрала тебе за…
Он прерывает меня поцелуем. Но через секунду я чувствую, как он напрягается. Его ладонь, лежащая у меня на подбородке, заметно дрожит.
— Эй, ты в порядке? — спрашиваю я, накрывая его руку своей.
— Да, — он нервно усмехается, разминая пальцы, а потом проводя ладонью по моим волосам. — Наверное, это просто мандраж перед суровым состязанием по упаковке подарков.
Я всматриваюсь в его искренние карие глаза и в появившуюся за последние недели щетину, которую так люблю ощущать у себя между бедрами.
— Ты милый, когда нервничаешь.
— А я думал, я всегда милый, — парирует он.
— Всегда. Но в этом свитере ты особенно очарователен, — я провожу рукой по рукаву его свитера — полосатого, как карамельная трость. На груди вязаная елка, украшенная бусинами.
Хотя мне тоже есть чем похвастаться: на мне свитер, который его бабушка связала для меня в этом году. Зеленый, с белыми елочками у ворота. До того уродливый, что тем и прекрасный.
— Взаимно, Искра.
— Я принимаю твой вызов, — я еще раз касаюсь его губ и иду к своему столу для упаковки, покачивая бедрами нарочно, зная, что он продолжает смотреть.
Когда я подхожу, Сэнди уже подвозит тележку с упаковочной бумагой.
— У нас появились новые дизайны, Стелла. Думаю, они тебе понравятся, — говорит она, восторженно сложив руки.
Часть программы Джаспера для «Игрушек для маленьких сердец» — поддержка детей и подростков, которые теперь занимаются в художественных кружках, открытых благотворительным фондом по всей стране. В этом году ребята прислали свои новогодние рисунки, и несколько выбрали для создания подарочной бумаги. Ее уже продают оптом, а все средства идут на поддержку арт-программы.
— Рекомендую начать вот с этого.
Сэнди протягивает мне рулон. Я вставляю его в держатель и тяну край, чтобы увидеть рисунок. И на глянцевой белой бумаге — уменьшенные копии моего зимнего пейзажа из седьмого класса. Это самое потрясающее, что я когда-либо видела. Глаза мгновенно увлажняются, я ищу Джаспера взглядом по всему складу, но его нигде нет.
Куда он делся?
Я
