— Куда ты отправился после того, как покинул свой народ?
— На восток, — ответил Джек. — Я двинулся на восток, пересек Техас и в конечном счете добрался до большого города, Нового Орлеана. — Он поморщился. — Никогда не видел столько белых в одном месте.
— Расскажи. — Кочис подался вперед. — Расскажи мне все. Они просидели всю ночь напролет, разговаривая и прихлебывая из чаши.
Глава 45
Прошло почти две недели с тех пор, как Кэндис оказалась в заточении в публичном доме.
Она не находила себе места от ярости и беспокойства, строя планы побега или убийства — в зависимости от того, какая возможность представится раньше. И грезила о Джеке. Иногда захаживала Лорна. После омерзительной сцены с участием Кинкейда эта женщина заявилась во второй раз, и Кэндис наградила ее оплеухой, когда она попыталась прикоснуться к ней. С тех пор Лорна держалась на расстоянии, бросая на девушку жадные взгляды. Она даже пообещала помочь Кэндис бежать, если та пустит ее в свою постель. Кэндис рассмеялась ей в лицо.
Поползновения Лорны серьезно тревожили Кэндис. Женщина ненавидела ее с не меньшей силой, чем вожделела. Кэндис опасалась, что, отвергнутая, Лорна причинит ей вред каким-нибудь изощренным способом. Единственной защитой Кэндис был Кинкейд. Он добился ее покорности, пригрозив связать и отдать Лорне. Но смирение было не в натуре Кэндис, а угрозы Кинкейда только ожесточили ее. Она ждала своего часа, чтобы сразиться с ним не на жизнь, а на смерть.
Однажды она укусила Кинкейда. Он жестоко избил ее, не оставив живого места на теле. Но затем не прикасался целых четыре дня, так что в определенном смысле избиение стоило того. Кинкейд наслаждался покорностью Кэндис. Угроза отдать ее Лорне, подкрепленная несколькими хлесткими пощечинами, заставляла девушку выполнять все его прихоти. Ей приходилось делать немыслимые вещи: брать в рот его плоть и давиться семенем. Кэндис поклялась, что рано или поздно убьет его.
Только сны поддерживали ее духовные силы. И у Кэндис по-прежнему не было месячных.
Новая жизнь росла в ней, укрепляя решимость Кэндис не только выжить, но и выбраться из чудовищной ситуации, в которую она попала. Она должна позаботиться о своем ребенке.
В середине дня явился Кинкейд. Кэндис встретила его ненавидящим взглядом, который не произвел на него никакого впечатления.
— Я заказал тебе ванну. — Он подошел к шкафу и, распахнув дверцы, начал перебирать наряды. — Вечером спустишься вниз. Я хочу, чтобы ты развлекла моего приятеля.
— Что?!
Кинкейд бросил на постель что-то красно-черное.
— Вечером спустишься вниз, одетая как шлюха, и постараешься очаровать моего приятеля, чтобы он забыл, на каком он свете.
— Очаровать? А что, если он пожелает переспать со мной? — ужаснулась Кэндис, решив, что оправдались ее наихудшие опасения и Кинкейд позволит Лорне использовать ее для ублажения клиентов.
Кинкейд грубо схватил Кэндис за подбородок.
— Возможно, милочка, я оставил бы тебя для личных нужд, если бы ты проявляла чуть больше энтузиазма в постели. Но признаться, мне уже порядком надоело совокупляться с доской, которую ты из себя корчишь. — Он шагнул к двери.
На секунду Кэндис замерла, не в состоянии постигнуть услышанное, затем бросилась к нему.
— Вирджил! Ты хочешь сказать, что… Он расхохотался:
— Вот именно, Кэндис. Я могу неплохо заработать на такой красотке. К тому же я готов поручиться, что клиенты не подхватят от тебя какую-нибудь заразу. Сегодня вечером мы начнем с Дика Андерсона. — Я не буду этого делать.
— Вот как? Неужели мне придется тебя избить, чтобы напомнить, кто здесь хозяин?
Кэндис подумала о ребенке, и глаза ее наполнились слезами. Кинкейд расхохотался и вышел, захлопнув дверь.
В отчаянии она опустилась на постель. Ее страхи начинали сбываться.
— Дик, это Кэндис. — Кинкейд улыбнулся, крепко сжимая локоть Кэндис.
— Ты был прав. — Дик Андерсон уставился на девушку немигающим взглядом. — Она великолепна.
— И аппетитна, — ухмыльнулся Кинкейд, положив руку ей на бедро.
Андерсон хмыкнул. Кэндис с трудом заставила себя улыбнуться под жестким взглядом Кинкейда. Она ужасно смущалась, одетая в алый шелковый корсет и черную с блестками юбочку, едва прикрывавшую бедра. Кинкейд привел ее в салон, полный проституток и их клиентов, и усадил за столик между собой и Андерсоном. Тот оказался плотным мужчиной лет пятидесяти с седеющими волосами и изборожденным морщинами лицом. Его рука легла на колено Кэндис и сжала его. Чувствуя на себе угрожающий взгляд Кинкейда, Кэндис натужно улыбнулась.
— Почему бы тебе не пересесть сюда, детка, — предложил ей Андерсон, похлопывая по своему колену.
Кинкейд велел подать напитки. Кэндис поднялась и робко примостилась на коленях Андерсона. Он тут же положил ладонь ей на живот и растопырил пальцы, вжимаясь в плоть.
— Ты поговорил с Арнольдом? — спросил Кинкейд.
— Ясное дело. Он говорит, что меньше чем за две тысячи не продаст.
— Хм. — Кинкейд отхлебнул виски.
— Боюсь только, что ему скоро придется передумать, учитывая всякие там беспорядки и индейцев. — Андерсон скользнул рукой вверх, и Кэндис оцепенела, когда он обхватил ее грудь и начал ласкать, поглаживая сосок.
— Может, следует помочь ему принять решение? — осведомился Кинкейд.
— За партнерство! — Андерсон поднял стакан.
Они чокнулись и выпили. — Что-то ты слишком
тихая, детка. Виски для дамы! — окликнул он Лорну и потерся щекой о шею Кэндис. — Хочешь выпить?
— Да.
Следующие полчаса тянулись бесконечно. Андерсон продолжал поглаживать и пощипывать ее грудь. Мужчины обсуждали дела и последние новости, особенно резню, учиненную Джеронимо и его приверженцами. Андерсон снял Кэндис со своих колен и извинился.
— Но я вернусь, — ухмыльнулся он, поцеловав ее в губы. Кэндис вытерпела, не разжимая губ.
Как только он отошел, Кинкейд схватил ее за запястье и вывернул его.
— Ты не оправдываешь моих ожиданий! — зловеще бросил он.
— Ты делаешь мне больно.
— Отвести тебя наверх?
— Нет.
Кинкейд притянул Кэндис к себе, задумчиво поглядывая на ее грудь, выступавшую из глубокого выреза.
— Мне нужно отлучиться по делам на пару часов. Не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость. Джим не спустит с тебя глаз. А позже ляжешь в постель к Андерсону, Кэндис. Я не жду от тебя энтузиазма, раздвинь ноги — и все. — Он отпустил ее.
Вернулся Андерсон и снова усадил Кэндис себе на колени. Кинкейд поднялся.
— Дик, мне нужно утрясти кое-какие дела, но я еще вернусь.
— Отлично, — просиял тот, обхватив талию Кэндис. — Он ведь нам не нужен, правда, детка?
