дверях гостиной, громко объявила я. – Вам придется подождать какое-то время. Мы стараемся все убрать, но, к сожалению, у нас всего лишь шесть пар рук на троих. Прошу понять нас…
- Я сейчас сниму покрывала, миледи, - Брюзга словно материализовался из воздуха и, переваливаясь на тоненьких ножках, зашел в гостиную. – Вся эта высокородная мебель порой такая капризная…
Когда домовой снял чехлы, открылась поистине потрясающая картина. Под пыльными покрывалась скрывались настоящие произведения искусства – кресла из резного красного дерева с позолоченными вставками, диван, обитый изумрудным бархатом с шелковыми кистями, столики из черного мрамора с инкрустацией.
Мебель буквально преобразилась. Кресла гордо расправили подлокотники, столики заблестели полированной поверхностью, а рояль в углу издал довольную трель:
- Наконец-то! А то я уже думал, что превратился в пылесборник!
После полировки гостиная превратилась в настоящий салон викторианской эпохи. Солнечные лучи, проникающие сквозь очищенные окна, играли на позолоте и полированном дереве, превращая комнату в сказочный дворец.
- Вы умеешь играть? - спросила я рояль.
- Конечно! Хотите, сыграю что-нибудь бодрое для уборки?
- Конечно!
Рояль поднял крышку клавиатуры, и по гостиной и коридорам разлился веселый мотивчик. Должно быть, это было нечто вроде народной песни. «Вот тебе и музыкальное радио местного исполнения», - подумала я, выходя из гостиной. Разумеется, до появления первых рок-групп здесь еще столетие или два. Если только, конечно, в этом мире появится рок-музыка. Но все равно работа пошла бодрее.
Я отдала лимонное масло и воск раскрасневшейся Минди. Второе неотъемлемое преимущество нового дома – это самоуборка. Страшно представить, сколько бы времени пришлось убить на то, чтобы драить столько комнат вручную. Я вспомнила, как три дня перебирала библиотеку у бабушки с дедушкой. А ведь там было всего лишь пять шкафов. А тут целая комната с потолками под пять, а может и больше метров, и двумя ярусами, соединенными лестницей. Но что удивительно - в библиотеке не было лестниц. Возможно, это было связано с тем, что книги сами спускались стоило позвать их.
Но и пыли собралось столько, что ею египетские пирамиды засыпать. Я все же чихнула и принялась чесать глаза.
- Что с вами, миледи? – обеспокоенно спросила Минди, оторвавшись от «Руководства по этикету».
- Боюсь, у меня аллергия на пыль, - ответила я и снова чихнула. Горничная посмотрела меня так, будто я призналась ей в смертельном заболевании. – Пойду умоюсь, и все пройдет.
Зажав нос пальцами, я поспешила на второй этаж. В своем мире я спасалась антигистаминными препаратами, которые выписывали врачи. Но что-что мне подсказывало, что здешняя медицина еще не дошла до таких новшеств, и мне придется спасаться по старинке – холодной водой.
Проходя мимо «зачарованной комнаты», я услышала, как нечто скребется в дверь.
- Миледи? – донесся оттуда печальный голос. – Миледи, это вы?
Отвечать я не собиралась, но черт меня дернул буркнуть: «Нет, папа римский». Нечто хрипловато хихикнуло, а потом принялось умоляюще стонать:
- Миледи, прошу вас! Вы же ведь можете мне помочь! Прошу освободите. Всего на пару часиков. Я столько лет просидел здесь в одиночестве…
- И наверняка есть за что, - тем не менее я подошла к двери, обтянутой черной кожей с серебряными заклепками. Тело словно налилось тяжестью, а разум обволокло сонливым оцепенением.
- Я всего лишь воздал им по их заслугам, - голос принялся оправдываться. – Ну подумаешь, они поквакали два-три дня… Но они это заслужили! Пожалуйста, миледи. Всего лишь на один вечерок…
Рука сама потянулась к потемневшей от времени ручке. Пальцы обожгло морозным холодом, вмиг развеяв морок оцепенения.
- Нет уж! – тряхнула я головой. Не знаю, кто там спрятан, но он явно обладает силой, способно пробиться даже сквозь защитные чары. А это уже о многом говорит. Например, о том, что я с ним не справлюсь. - Если Миррен тебя там спрятала, значит, не стоит выпускать.
Я отвернулась от двери и уж было направилась к своей комнате, как за дверью послышался тихий смех, от которого мне стало не по себе.
- Правда, миледи? А как насчет вас? Вы же ведь не та, за которую себя выдаете. И хоть вы находитесь в теле Эвелин, вы – не настоящая дочь Айрэн Миррэн.
Глава 5
Я развернулась и медленно подошла к двери. Нормарийские руны предупреждающе вспыхнули синим огнем на лутке. Их свечение пульсировало в такт моему сердцебиению. Голову заполнил тихий шепот – десятки голосов разного возраста и тембра говорили одновременно. Я не могла разобрать ни слова. Стоило попытаться прислушаться, сосредоточиться на одном из голосов, как шепот тут же стихал, превращаясь в едва слышное шуршание.
– Как тебя зовут? – обратилась я к тому, кто находился за дверью.
Внезапно ноги налились свинцовой тяжестью, словно кто-то привязал к лодыжкам гири. Веки против воли стали закрываться, и мне отчаянно захотелось лечь прямо возле двери, свернуться калачиком на холодном полу и заснуть. Просто заснуть и забыть обо всем.
– Ха-Арус, миледи, – негромко ответил голос. Он звучал тихо, спокойно, почти убаюкивающе, без прежней безумной веселости. Удивительно, как быстро у него изменилось настроение. Еще несколько мгновений назад он злорадно хихикал, как завсегдатай клиники для душевно больных, а сейчас говорил так, словно пытался загипнотизировать меня, вкрадчиво и мягко.
Я встряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Сонливость немного отступила, но продолжала давить на сознание, обволакивая невидимым одеялом.
– Шантажировать меня, значит, надумал, Ха-Арус, да? – я постаралась вложить в голос максимум твердости. – Считаешь, что тебе кто-нибудь поверит? Да будь я хоть трижды не дочь Айрэн, тебе все равно никто не поверит.
– Не поверят, это точно, – подумав, ответил он.
Послышались тихий шорох, словно кто-то переместился ближе к двери, и звяканье металла о паркет. Цепи? Оковы? Потом нечто тяжело вздохнуло, и я представила, как за дверью кто-то устало опускается на пол.
– У меня нет никаких причин шантажировать вас, – продолжил Ха-Арус, и в его голосе появилась задумчивость. – А вот вам, миледи, определенно потребуется тот, кто поможет разобраться с магическим Призванием. Готов поспорить, что, открыв инструкцию, вы пытались прочитать ее. Но стоило перевести взгляд на другую строку, как слова тотчас превращались в размытые пятна. Верно?
Мое сердце пропустило удар. Я вспомнила, как пыталась прочитать инструкцию, которую дал мне гном.
– Откуда вам это известно? – удивилась я, невольно делая шаг ближе
