Но был еще один кандидат. Сплошь загадка и непостоянство. Да и вдобавок совсем недавно… воскресший.
Александр до сих пор помнил лицо императора, когда пришел к нему с докладом, и от этого осознания улыбка самопроизвольно заиграла на губах, а уж как Ростислав и Виктория отреагировали, страшно вспомнить.
— Лазарев… — тихо произнес себе под нос светлый князь, стоя перед окном, за которым уже начало вечереть и смеркаться. — Вездесущий Лазарев или Кровавый Лазарь. Интересное ему дали прозвище. Интересное… — пробормотал весело Потёмкин, вспоминая все достижения и недавние приключения столпа империи.
Вот кто не переставал удивлять. Порой у Александра складывалось весьма противоречивое мнение о парне, но каждый раз оно разбивалось о происходящее и увиденное. Юноша не переставал удивлять и преподносить один сюрприз за другим.
Но тоже… нет. Слишком юн. По меркам своего возраста до безумия силен, но не годиться. Парню всего восемнадцать лет. Требовать от него невозможного будет просто нечестно и нереально. Будь он старше на пару лет, тогда был бы совсем другой разговор, а сейчас еще слишком рано.
— Альбрехт подлый старый мерзавец. Неужели настолько всё предусмотрел? Значит, готовился, сукин сын!
Но уже в следующий миг раздался знакомый и тихий стук. Тем самым этот отрезвляющий звук заставил советника отвлечься от тяжелых дум, и старик обратил свой взгляд на двери.
— Входи, Сашенька.
— Прошу прощения за вторжение, ваша светлость, но к вам… гости… без записи… — учтиво проговорил пожилой дворецкий, проникая внутрь кабинета, не забыв тем самым поклониться.
— Кто? — вопросил Потёмкин, присаживаясь за рабочее место.
— Сурмин Нассау, господин… — с лёгкой тревогой изрёк слуга.
На миг в комнате возникла тишина, а после, глубоко выдохнув и еле сдерживая себя в руках от нахлынувшего напряжения, советник задал очередной очевидный вопрос:
— По какому поводу?
Хотя и без ответа, тот и сам всё прекрасно понимал.
— Помолвка, — тихо произнес дворецкий. — Он прибыл обговорить дату помолвки Юстана Нассау и вашей внучки.
— Ах, помолвки захотел этот сукины сын, — процедил тихо пожилой мужчина. — Ну, зови его… сейчас обсудим… помолвку!..
* * *
Полис изгоев. Элистан.
Постоялый двор «Тулаевский».
Две недели спустя…
В себя пришел в том самом месте, где и оставался напоследок. В огромной ванне, в которой на дне уже плескался осадок от укрепляющих растворов, зелий и моей свернувшейся крови, а тело, как и в прошлый раз, попросту отказывалось слушаться своего хозяина.
Глаза удалось разлепить с превеликим трудом. А ощущение было таким, словно по мне пробежалось не одно стадо тавтонских лошадей, пока я находился в отключке. Вот только счастливая улыбка не сходила с самого моего пробуждения, и приходилось с довольным лицом лежать на дне ванной и просто пялиться в потолок подобно умалишенному, ожидая полного контроля над телом.
Всё же в целом я ошибался. Муки от применения корня и гипофиза были ничуть не меньше, чем от первостепенных ингредиентов.
— Невероятная боль… и неудержимая радость, что может быть приятнее?.. — пробухтел я еле слышно себе под нос осипшим и хриплым голосом.
Теперь оставалось только ждать…
Как ни странно, но более мне не удалось встретиться с Бездной. К добру это было или к худу, я не знал. Сейчас я знал только одно. Ныне я неоспоримо сильнее, чем был раньше и теперь… пора возвращаться в Царицын. А уже после столпу империи нужно направляться в столицу.
Академия, чтобы её мертвецы вечного поля битвы сожрали, ждать не будет. А дел предостаточно, ведь в скором будущем у меня запланирована встреча с одной стервозной княгиней, которая желает моей смерти. А также аудиенция с императором и на кону будет стоять не одна сотня жизней и совсем малый довесок — моя голова.
Глава 19. Покидая пятно и столица…
Пятно Тулаевых вместе с Вадимом мы покидали в приподнятом настроении. Причем приподнятое оно было у обоих. Я был доволен проделанным фронтом работ. Вадим же всё то время пока я был в уединении тоже не сидел сложа руки, а весьма благотворно проводил время с Ванессой. Тем самым даже сам парень не понимал, что таким своим поведением и ухаживанием делал мне огромное одолжение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И всё же я погорячился. Нужно было брать ребят с собой. Смотришь, и показали бы весь свой возможный шарм лисицам и дело пошло бы быстрее, ведь по истечению двух недель я так и не получил ответа от Хельги. А перед самым нашим отъездом женщина взяла еще немного времени, чтобы всё хорошенько обдумать.
Торопить в этом деле мне её не хотелось, особенно после своих же слов, поэтому пятно в том вопросе мы покинули ни с чем.
Путь назад был до обыденного скучен. Ни тебе шуток Лени, ни тебе бубнежа Ивана и Ярика, ни тебе нападений хунхузов. Все же когда тебя считают мёртвым, во многих аспектах сама жизнь играет новыми красками. Это избавляет от большинства ненужных проблем.
Поэтому главные ворота имения мы миновали уже без остановок, и что называется со свистом, те были отворены заранее, а на дворе уже начинало медленно смеркаться. Воители Богатырева еще издали завидели наш запоминающийся внедорожник и подсуетились со всем необходимым, но после предыдущего случая к ним нареканий не было. Ребята справно несли свою службу, и по этой самой причине прошлое недопонимание меня больше порадовало, чем огорчило.
Причем порадовали и жандармы третьего тайного отдела. Порадовали своим присутствием и наличием трёх двоек неподалеку, а это означало одно — раз государевы спецслужбы были здесь, то дело с Заболоцким еще не решено.
По старой памяти я ожидал по первости увидеть Лизу или, например, Риту с Алиной. Вот только меня ждала неожиданность. Двери машины еще не успели открыться, как ко мне на всех парах уже мчалась парочка альвов. Впереди планеты всей летел Кертайс, после Калира, а уже за ними еле поспевая, гналась вторая хозяйка усадьбы. Ну а следом за ней размеренным шагом шли Маргарита и Алина.
И одеты брат с сестрой были отнюдь не в свои альвийские одежды, в которых я их видел в последний раз, а в полностью новомодные вещи от самых выдающихся брендов Российской Империи. Ведь я сам носил аналогичные.
Кертайс щеголял в черных джинсах и белой толстовке с накинутым поверх головы капюшоном, тем самым скрывая ото всех свой цвет волос и кожи и не менее бросающиеся в глаза уши, а вот выбор Калиры меня изрядно удивил. Молодая девушка была одета в бежевого цвета женский спортивный костюм с аналогичным капюшоном, как и у своего брата.
Ухватив меня за плечи, сын патриарха взволновано и заговорщицки начал бубнить себе под нос странные вещи, словно альв что-то перечислял. Пока Вадим уже начал вести беседы с подоспевшими из ниоткуда парнями, мне хватило одного взмаха руки, чтобы поприветствовать дружную компашку.
— Кижи, Свияжск, Эльтон, Эльбрус, Байкал, Тятя. Если всё сложится с переселением, ты покажешь их? Пожалуйста! — с мольбой в глазах попросил юноша.
— О чем ты, Кертайс? — улыбнулся я, подхватывая на руки подскочившую ко мне пару секунд спустя Лизу.
— Привет, дядя Зеантар, — шепнула мне на ухо кроха с широкой улыбкой.
— И тебе привет, подруга, — подмигнул я задорно ей.
В благодарность тут же получил поцелуй в щеку и крепкие объятия за шею.
— Не обращай на него внимания, этот дуралей уже несколько дней не отлипал от паутины, — решила просветить меня Калира со смущенной улыбкой. — Ведь кроме льда и снега мы с братом ничего не видели. К тому же по меркам альвов мы еще молоды, вот он и загорелся идеей попутешествовать по империи и посмотреть мир. Сейчас он тебе перечислил места, в которых желает побывать.
Надо же, ассимиляция с миром началась быстрее, чем я ожидал, но в принципе альва права. Она, как и многие молодые её соотечественники не видели ничего кроме посёлка и осколка стигмы за пределами горы.
