может меня подвести. Я, пожалуй, и сам мог бы этим заняться, – задумчиво произнес Эдвард. – Но мне нужно сосредоточить свое внимание на работе, а ему все равно нечем заняться.
Роковая неизбежность придавливала Филлип, не давая ей вымолвить ни слова, сковывая волю. Теперь ей почему-то было страшно рассказать ему про выходку Морриса. Впервые за все время их отношений Ребекке стало жаль расстраивать Эдварда, который явно не заслуживал того, что уготовили ему его друг и невеста.
– С тобой все хорошо? – спросил молодой человек, заметив, что девушка смотрит на него уже некоторое время не отрываясь. – Бекки, пообещай мне, что больше не будешь устраивать мне такие сюрпризы. Так нельзя. Ты выглядишь очень встревоженной.
– Хорошо, – еле слышно проговорила она, слегка кивнув и отвернувшись к окну. – Не буду.
В конце концов, это просто дом, пусть и семейный, который много значил для Сиэла и в котором он провел всю свою жизнь. Но все же из-за этого не стоит умирать или предавать кого-то. Если отец Ребекки дал согласие на их помолвку, то вполне сможет вытерпеть и эту неприятность, которая и возникла-то не по вине Эдварда. Пока Сиэл будет разбираться с этим неисправимым картежником, ему будет совсем не до сплетен про нее и Даррена, а потом эта история и вовсе забудется. Филлип глубоко вдохнула и постаралась больше не возвращаться к мыслям о Лиаме.
Мимо них летели еще поля ярко-фиолетовой лаванды на тонких длинных зеленых стебельках, которые сменились сначала темно-зелеными игольчатыми листьями розмарина с бледно-лиловыми цветочками, а затем душистым фиолетовым тимьяном, который легко покачивался на ветру. Пейзаж с полевыми травами сменился небольшими кустами колючего шиповника, когда экипаж начал выезжать к той самой развилке, где Ребекка в последний, как она думала, раз видела Морриса. В этот момент взгляд девушки приковала громоздкая, совершенно непохожая на карету Лиама повозка, стоящая у въезда в Кентербери. Когда их белый экипаж приблизился к ней, оказалось, что это полиция, сотрудник которой что-то внимательно исследовал на земле.
– Как будто бы на той дороге что-то случилось, – произнес Эдвард, тоже заметивший полицию и проводивший их экипаж взглядом по мере того, как они проезжали то место.
Услышав эту фразу, Филлип резко зажала себе рот рукой, словно боясь сказать что-то не то. Она не знала, что именно произошло, но могла поклясться, что точно в курсе того, кто там мог пострадать, поймав себя на мысли о том, что все произошедшее коснется и ее.
– Бекки, не бойся ты так! – улыбнулся Сиэл, заметив реакцию девушки. – Я же с тобой! Полиция во всем разберется. Это их работа. Жаль, конечно, если с кем-то приключилось что-то трагическое, но, я тебя уверяю, у нас все будет хорошо!
Практически не вникая в сказанное Эдвардом, Филлип снова выглянула из окна, обернувшись, и возле полицейской кареты увидела неясную, практически прозрачную, но все же заметную в сумерках пляшущую тень. Испуганная девушка поспешила отвернуться, не поверив своим глазам. Спустя некоторое время она все же решилась снова оглянуться на дорогу, но сыщики, стоящие посреди поля, уже скрылись на горизонте.
Когда поздно вечером, попрощавшись с Ребеккой, уставший Сиэл уже один возвращался домой в карете Филлип, он увидел, что к его особняку подъехал элегантный экипаж Говарда. Оттуда вышел Хэмфри и практически бегом хотел броситься к воротам, но, услышав шум и увидев приближающуюся знакомую белую карету, в нерешительности застыл на полпути. Грин остановил свой экипаж рядом с темно-бежевой каретой Говарда и вежливо поклонился Хэмфри, на что молодой человек никак не отреагировал.
– Добрый вечер, Говард! – Эдвард, открыв дверцу, покинул карету. – Благодарю вас, Грин. Вы можете быть свободны! – Сиэл обратился к кучеру Филлипов, глубоко вдыхая свежий осенний воздух.
– Приятного вам вечера, сэр! – снова поклонился мужчина и, стегнув лошадь, стал медленно выезжать на дорогу.
– Ты ко мне в гости? – улыбнулся Эдвард, повернувшись к Хэмфри, который был бледным, словно призрак.
– Умоляю, скажи, что ты знаешь, где Моррис и Ребекка. – Говард даже не смотрел на Сиэла. Он взглядом, полным ужаса, провожал уезжающую белую карету, до последнего надеявшийся, что из нее вместе с Эдвардом появится и Лиам.
– Что? С Бекки все в порядке. Я отвез ее до дома. А что такое с Моррисом? – Сиэл в недоумении посмотрел на приятеля.
– Надеюсь, ничего. – Хэмфри все еще взволнованно смотрел на дорогу, словно ожидая увидеть там еще один экипаж.
– А почему я должен знать, где Лиам?
Вопрос Эдварда еще больше испугал Говарда, подбирающего слова и растерянно уставившегося на огромные кусты роз, растущих возле ворот, которые Сиэл открыл своим ключом и распахнул, пропуская друга вперед.
– Эд… Он не приехал?
– Куда Моррис должен был приехать? Говори толком. Что случилось? – Внезапно перед глазами Эдварда предстали полицейские, остановившиеся посреди дороги. – Хэмфри!
– Он поехал к тебе, в Лондон… – безжизненным голосом произнес Говард. – Лиам должен был ехать прямо за Ребеккой… Может, Моррис вообще бросил эту затею… – задумчиво пробормотал молодой человек.
– О чем ты говоришь? Ты, кстати, знаешь, почему под Кентербери полиция?
– В округе хотят слухи, что кого-то убили… Боже, я надеюсь, Лиам просто у кого-то остановился. – Хэмфри растерянно уставился на приятеля. – Еще Дэннис слышал, что, возможно, сегодня вечером констебль МакКензи будет опрашивать свидетелей в связи с происшедшим, но никто точно не знает, в чем дело.
Сиэлу практически поплохело от одной мысли, что на месте пострадавшего или убитого могла быть его невеста. Но вот Моррис, как, впрочем, и всегда, снова стал причиной его беспокойств. Он мысленно порадовался тому, что они с Ребеккой добрались до города, и, обведя взглядом свой дом, посмотрел на Говарда:
– И где сейчас может быть констебль?
– Я не знаю… Эшберри наверняка знает…
– Нет, – покачал головой Эдвард. – В рассказах жены Дэнниса никогда не знаешь, что – правда, а что – ложь. Паркер, должно быть, в курсе того, что происходит. Подвезешь меня? Заодно и доедем до особняка Лиама. Может, он уже вернулся.
– Да, конечно! Но ты точно поедешь? Ты выглядишь измотанным после путешествия в Лондон.
– Ты прав. Я дико устал, но если кого-то действительно снова убили, я готов сам покончить с бандой Уистлера! Возможно, стоит назначить патрульных из граждан города. Вооружить их. Так больше не может продолжаться! Горожане должны понимать, что их защищают!
Молодые люди пошли по узкой тропинке к экипажу Хэмфри.
– Ты можешь присоединиться к поискам или патрулям, если потребуется, и завтра, – предложил Говард, пока они усаживались в карету, внутреннее убранство которой было выполнено из белой кожи, но даже этот умиротворяющий комфорт не действовал на Сиэла.
