— Черт! Не умирай! — Он начал делать Делрею массаж сердца. Невдалеке послышались шаги Анны и Дэвида.
— Дэвид!
— Что случилось с дедушкой? — В голосе мальчика не чувствовалось беспокойства.
— Спроси свою мать, звонила ли она в девять-один-один.
— Она говорит, что звонила, Джек. Анна стала на колени с другой стороны.
— Вы звонили? — посмотрев на нее, спросил Джек. — Она кивнула. — Это хорошо, — сказал он. Потому что если помощь прибудет нескоро, Делрею она уже не понадобится.
* * *
Врач осторожно подбирал слова, стараясь предупредить о серьезности положения и в то же время не слишком напугать близких Делрея.
— Предварительные тесты показывают острый сердечный приступ. Кровяное давление находится на критическом уровне. Прежде всего надо его согнать и стабилизировать состояние пациента.
Диагноз был доведен до Анны с помощью переводчицы, которую звали Марджори Бейкер. И отец, и мать ее были глухими, так что язык жестов стал ее первым языком. Сейчас Марджори имела удостоверения переводчика пятого уровня и инструктора по обучению глухонемых. Вот почему она знала Анну. Во время ее учебы она работала с Анной, а потом стала ее подругой.
Кроме административных обязанностей в ряде государственных школ, Марджори Бейкер также исполняла роль представителя глухонемых, проживающих в сельских общинах восточного Техаса. В отличие от подобных учреждений в крупных городах местная больница не имела телетайпной системы для слабослышащих, поэтому, как только туда поступил Делрей, Марджори немедленно позвонили. Она приехала, спокойная и сосредоточенная. Джеку она сразу понравилась.
— А что будет после того, как кровяное давление снизится и состояние Делрея стабилизируется? — спросила она, переводя вопрос Анны.
К чести доктора, он не стал ходить вокруг да около.
— Затем понадобится операция. Альтернативы операции, типа ангиопластики или ограничения рабочего времени, я не вижу. Острый сердечный приступ — это серьезно.
— Вы можете сделать ее здесь? — спросила Марджори.
— Операцию? — Когда Анна кивнула, он ответил:
— Нет, мэм. Я кардиолог, а не кардиохирург. Могу порекомендовать вам нескольких прекрасных хирургов в Хьюстоне и Далласе. Кого бы вы ни выбрали, мы подробно проинформируем его о состоянии мистера Корбетта, снабдим всеми пленками и так далее. У нас так принято. Мы постараемся причинить вам как можно меньше неудобства.
— Мои неудобства меня не беспокоят, — перевела Марджори. — Я хочу, чтобы для моего свекра все сделали как можно лучше.
— Ну разумеется! — сказал врач.
— Дедушка выздоровеет, Джек?
— Приложим для этого все усилия. Стыдясь своих слез, Дэвид отвернулся и прижался лицом к ноге Джека.
— Можете вы хоть что-то сказать о том, каковы его шансы? — спросил Джек у врача.
— Пока об этом рано говорить. Нет, действительно, — добавил врач, заметив на лице Анны скептическое выражение. — Не хочу вас обманывать — сейчас его состояние критическое. Он лежит в палате интенсивной терапии, и мы будем всю ночь следить за его самочувствием. К утру я смогу дать вам более определенный прогноз.
— А может, переправить его на вертолете в Хьюстон или Даллас? — Этот вопрос задала Марджори, но Анна с энтузиазмом закивала в знак одобрения.
— В его нынешнем положении это рискованно, — ответил доктор. — Если бы на его месте был мой отец, я бы не стал спешить, а подождал бы, пока состояние не стабилизируется. — Он сочувственно улыбнулся Анне и положил руку ей на плечо. — Я понимаю, что вы вовсе не это хотели бы услышать. Но сейчас я больше ничем не могу вас порадовать.
Прежде чем вернуться к делам, доктор сказал, что сиделка даст знать Анне, когда ей можно увидеть Делрея.
Обещанный визит состоялся через полчаса. Выйдя из приемного покоя, Анна поспешила вслед за медсестрой. Вместе с ней ушла Марджори. Джек и Дэвид остались их ждать.
— Почему мне нельзя увидеть дедушку? — захныкал мальчик.
— Потому что палата реанимации только для тех, кто очень болен. Маленьким мальчикам вход туда запрещен.
— А почему?
— Ты станешь шуметь и беспокоить пациентов.
— Я не стану шуметь.
— Хочешь, я почитаю тебе сказку? — К счастью, Джек захватил с собой книжку.
— Это плохая книжка. В ней даже нет картинок.
Отвлечь мальчика так и не удалось. Когда через десять минут появилась Анна, Джек вздохнул с облегчением. Она казалась бледной и расстроенной, но ради Дэвида заставила себя улыбнуться, сказав, что дедушка спит.
— Я хочу видеть дедушку! — У мальчика начала дрожать нижняя губа.
— У него трубочки в носу и на руках, — сказала Марджори Бейкер.
— Как показывают по телевизору?
— Да, но в реальной жизни это выглядит по-другому. Тебе не понравится это зрелище, да и дедушка не захочет, чтобы ты видел его таким. Кроме того, ты его разбудишь, а эта для него вредно.
— Вы хотите, чтобы я забрал его домой? — обращаясь к Анне, спросил Джек.
— Нет! — заныл Дэвид. — Я хочу остаться здесь, с дедушкой.
И он начал плакать. Анна прижала его к себе и стала поглаживать по голове. Как заметил Джек, волосы мальчика были все еще влажными от речной воды. Крепко обняв, Анна принялась его убаюкивать. Вскоре всхлипывания стали реже, но Дэвид по-прежнему цеплялся за мать.
— Как я догадываюсь, он остается, — улыбнувшись Джеку, обронила Марджори. — Во всей этой суматохе нас толком не представили. Я только знаю, что вас зовут Джек.
— Сойер. — сказал он, пожимая ей руку. — Спасибо, что приехали. Анна рада, что вы здесь.
— Ну а я рада, что могу помочь.
Еще раз улыбнувшись, Марджори села рядом с Анной, и они начали переговариваться между собой на языке жестов. Через час Анна еще раз наведалась в палату интенсивной терапии. Состояние Делрея оставалось тяжелым.
Персонал больницы уговаривал ее вернуться домой, но Анна не желала об этом и слышать. От больницы до ранчо было целых полчаса езды, а Делрею в любой момент могло стать лучше — или хуже. Так или иначе, она хотела быть рядом.
Марджори тоже предложила остаться, но Анна настояла на том, чтобы она уехала.
— Только при условии, что ты сообщишь мне по пейджеру, если ситуация изменится.
Анна обещала.
Джек не знал, что от него требуется. Должен ли он уйти или остаться? Что предпочтительнее для Анны? Чувствуя себя неловко, он сел на диван, стоявший под углом к тому, который занимали Анна и Дэвид, и выбрал из стопки старых журналов издание по рыбной ловле.
В полночь верхний свет был выключен и взамен него, как будто приглашая ко сну, загорелись тусклые настольные лампы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
