Она подняла вилку, словно хотела его ненадолго задержать, но потом решительно отложила.
— Вчера вы спасли французского ныряльщика, — сказала она.
— Верно. Парень прицепил на пояс груз в сто фунтов. Вы повели себя опрометчиво, он же был просто идиот.
— Может быть, и нет.
— Что вы имеете в виду?
— Они это подстроили. Пока вы с напарником вытаскивали его из воды, другой член французской команды брал буровую пробу, керн, той самой скалы. Они уже хвастают этим.
Его как будто обожгло волной гнева. Он резко выдохнул, схватил салфетку и, скомкав, бросил на стол.
— Вы правы. Нам пора.
— Черт.
Курт поднялся, положил на стол несколько банкнот, взял спутницу за руку и направился к выходу.
— Так что насчет вашего секрета? — спросила Катерина.
— Потом.
Не выпуская ее руку, Курт толкнул дверь и вышел. В тени что-то шелохнулось. Какой-то предмет вылетел из темноты справа. В оставшееся мгновение он успел лишь собраться, а потом что-то — бейсбольная бита, дубинка или кусок трубы — ударило его в живот.
Удар оказался достаточно сильным, чтобы выбить дух даже из такого сильного человека, как Курт Остин. Он согнулся и упал на колени.
Глава 22
Пол и Гаме быстро поднимались в «Групере». Поскольку весь балласт остался на дне океана, подлодка шла вверх, задрав нос, с работающим на полную мощь электромотором и на скорости около трехсот футов в минуту.
Уменьшалась глубина, уменьшалось и давление, но и через двадцать минут после начала подъема они все еще оставались в десяти тысячах футов от поверхности, а вода все прибывала.
— Самая слабая часть корпуса — фланец, — крикнул Пол, заметив, что вода проходит там, где две части подлодки соединялись, как отрезки трубы.
— У нас есть зажимы, — прокричала в ответ Гаме, — можно ими запечатать.
Подтянувшись к стене, Траут оторвал покрытие. Под ним обнаружился набор инструментов, которые, как посчитали проектировщики субмарины, могли пригодиться экипажу. Были в этом наборе и четыре винтовых зажима. Большие, прочные, созданные с учетом особых условий «Групера», они тем не менее не очень отличались от стандартных, с храповым механизмом, имеющихся едва не в каждом доме. Очевидно, проектировщики лодки понимали, что именно фланец между двумя половинами и есть слабейшая часть разработанной ими конструкции.
Сорвав один из зажимов, Пол передал его жене. Сам он помочь ей не мог из-за тесноты.
— Найди на фланце место с выемкой, как под машиной для домкрата. Поставь зажим. Как только встанет, закручивай изо всех сил. Потом я подам второй.
Гаме кивнула и взяла зажим. Пробежала ладонью по фланцу, нашла выемку, подвела зажим и начала закручивать.
— Оставить небольшой люфт? — спросила она.
— Нет. Закручивай до упора.
Наблюдая за женой, Пол почувствовал, что «Групер» слегка поворачивается. Он оглянулся на контрольную панель. Они по-прежнему поднимались под углом в тридцать пять градусов, но субмарину сносило вправо. Похоже, один из стабилизаторов получил повреждение и погнулся. Он подкорректировал положение и снова посмотрел в сторону Гаме.
Судя по напряженному лицу, она закачивала с первым зажимом.
— Как у нас там?
— Думаю, с этим закончила.
Пол взглянул на течь. Вода продолжала поступать. Ему даже показалось, что ее стало больше. В хвосте субмарины собралась небольшая, на один-два галлона, лужица.
Они прошли отметку девять тысяч футов. Он схватил второй зажим.
— Держи. Поставь с другой стороны.
Курт упал, как падают при замедленной съемке в кино. По крайней мере, так ему показалось. Краем глаза он успел зацепить плотного мужчину и летящую по широкой дуге биту. Замах выдавал любителя, поскольку скорость движения биты замедлялась.
Он успел среагировать, собраться и приготовиться к удару, но не успел уклониться.
Согнувшись от разрезавшей живот пронзительной боли, Остин услышал крик Катерины и понял, что следующим ударом ему размозжат голову.
Упав на колени и увидев перед собой ноги противника, он не стал терять время, оттолкнулся от земли и врезался плечом в коленную чашечку.
Сустав дернулся назад и издал сухой тошнотворный хруст. Здоровяк вскрикнул и завалился на спину. Курт обрушился на него сверху с одновременным прямым в лицо. Кулак угодил в нос. Брызнула кровь.
Вторым ударом он то ли сломал неприятелю скулу, то ли выбил глаз — в любом случае его голова мотнулась вбок, а сам он замер неподвижно.
Разбираться, что с ним, мертв он или всего лишь потерял сознание, Курт не стал — у него хватало других проблем. Второй громила прыгнул на него со спины и попытался провести удушающий прием.
— Беги отсюда, — прохрипел Курт своей спутнице.
Первым делом он попробовал ослабить захват, но исполнить этот маневр нелегко даже в идеальной ситуации. Сейчас же, когда мышцы живота еще скручивались от боли после удара битой, ему недоставало как сил, так и рычага, и его противник прекрасно это понимал.
Тиски сжимались, перекрывая подачу крови в мозг.
Хватая воздух открытым ртом, Курт развернулся и пошел на таран припаркованной поблизости машины. Первый удар удался, но второй получился слабее, и стряхнуть нападавшего не удалось.
Хоть бы какое-то оружие, палку или камень. Курт скользнул взглядом по земле и вдруг услышал глухой удар. Зажим ослаб. Остин тут же сделал глубокий вдох и услышал звук второго удара. Здоровяк отвалился, как сухой плющ от дерева.
Он попытался повернуться — не смог. Попытался устоять на ногах — и это тоже не удалось. Сил хватило только на то, чтобы опуститься на корточки в углу парковочной площадки. Кто-то схватил его за руку. Пальцы были тонкие, но сильные. Ему помогли подняться, выпрямиться.
— Держись за меня, — сказала Катерина.
Морщась от боли, он положил руку ей на плечо. Вместе они кое-как проковыляли через парковку к их маленькой машине. Курт свалился на пассажирское сиденье, Катерина же обежала «Фокус» спереди, бросила на пол кусок трубы, который прихватила с поля боя, и забралась на водительское место.
Мотор заработал с полуоборота, и парой секунд позже они уже выкатились со стоянки на петляющую горную дорогу.
Ни Курт, ни Катерина не заметили последовавших за ними двух «Ауди».
Гаме поставила уже третий зажим, закрепив его со всей силой, что только нашлась в ее гибком теле. Мышцы горели от напряжения, дыхание вырывалось хрипами. Она оглядела шов, через который пробивалась вода. В какой-то момент течь ослабла до тонкой струйки, но теперь снова усилилась до ручейка.
