Прошло около минуты, когда он ощутил жжение в легких. Вокруг не было ничего, кроме воды. Далеко внизу слабеющая точка света обозначала идущий ко дну батискаф.
Через тридцать секунд Пол стравил еще немного воздуха. Давление в груди усиливалось. Он уже видел свет, но не видел жену.
Две минуты.
Мышцы отчаянно требовали кислорода, в голове гудело, силы быстро таяли. Пол продолжал работать ногами, но уже медленнее. Он чувствовал приближение спазмов.
Дрожь прокатилась по телу. Свет приближался, но сколько еще осталось до поверхности, Пол определить не мог. В глазах начало меркнуть. Мерцающая синева съежилась до крошечного пятнышка. Ноги и руки налились тяжестью.
Все движения прекратились. Голова свесилась набок. Свет померк. Где… моя… жена?.. Это была последняя мысль Пола Траута.
Глава 24
Под прикрытием пыли и темноты Курт и Катерина перебрались через раскинувшийся на склоне холма луг. Машины преследователей двигались медленно, осторожно высматривая в сумерках гравийную дорогу. У обеих были разбиты капоты, и у одной осталась лишь одна работающая фара. Игра в салочки определенно завершилась в пользу Остина, сумевшего нанести противнику большие потери.
Наверно, гадают, куда запропастились их товарищи, подумал Курт, наблюдая за приближающимися машинами. И где же добыча, которой вроде бы и деваться было некуда на маломощном «Фокусе».
Лежа в траве, они подождали, пока машины пройдут мимо, после чего двинулись дальше через луг и вышли к забору из натянутой между столбами сетки-рабицы.
На другой стороне забора виднелось небольшое, тихое и темное, напоминающее ангар строение. Надпись на щите у входа гласила: «Ультралайт — $50 за полчаса».
— Перелезайте. Только тихо.
Катерина подтянулась, просунула пальцы в ромбовидные отверстия, поднялась по сетке и в два быстрых шага преодолела препятствие. Хорошо иметь в напарниках спортсмена, подумал Курт.
Проделав тот же маневр, он бесшумно последовал за ней.
— Где ваши туфли?
— Вы про мои дорогие итальянские, на шпильках?
— Да.
— Они вроде как свалились, когда вы выбросили меня из машины.
Курт лишь теперь заметил, что платье у нее порвано, а на локте и предплечье кровоточащие ссадины. Он и сам разбил колено и плечо и расцарапал о гравий ладони. Но уж лучше так, чем быть мертвым.
— Выберемся из этой переделки, куплю вам новые, — пообещал Остин. — Идемте.
Они пробежали через луг и укрылись за огромной цистерной, которые часто встречаются на заправочных станциях. В этой, судя по запаху, находился авиационный бензин с октановым числом 100, использующийся для заправки легких винтовых самолетов вроде ультралайтов.
Из укрытия Курт наблюдал за тем, как две оставшиеся «Ауди» осторожно ползут к обрыву. Приблизившись к тому месту, откуда обе машины улетели в пропасть, они остановились с включенными фарами. Из каждой вышли по двое мужчин. Один держал в руке фонарик, трое были с короткоствольными автоматами.
— Давайте-ка убираться отсюда, — прошептала Катерина.
— Тише. Увидеть нас здесь они не могут, и я не хочу, чтобы услышали.
Мужчины с автоматами подошли к краю обрыва и с минуту смотрели вниз. Там, должно быть, еще полыхал огонь, потому что дым и пыль поднимались подсвеченные пламенем, и люди на этом фоне казались плоскими силуэтами.
— Похоже, они все туда кувыркнулись, — сказал кто-то.
Ответа Курт не расслышал, но человек с фонариком подошел ближе к краю.
— Дай мне бинокль, — сказал он, а когда приказ не был исполнен достаточно быстро, рявкнул громче: — Живее, не всю же ночь нам здесь торчать.
Едва услышав голос, Курт сразу его узнал — головорез с «Киндзара-мару».
— Так ты не умер, — пробормотал он.
Ему еще тогда показался подозрительным взрыв пиратской лодки. Слишком уж удобно все сложилось. Слишком идеальная получилась концовка для операции, столь тщательно вроде бы разработанной.
— Вы знаете этих людей? — спросила Катерина.
— Голос знакомый. Я слышал его неделю назад при нападении на транспортное судно. Мы думали, он подорвался, но теперь ясно, что все было подстроено. Он просто хотел, чтобы мы так думали.
— Так они за вами?
Курт повернулся к ней:
— А вы думали, за вами?
Она как будто даже обиделась.
— Может быть. Я — довольно заметный член русской научной элиты. Нисколько не сомневаюсь, что за меня они потребуют гораздо больший выкуп, чем за вас.
Курт улыбнулся и принужденно рассмеялся. В этом его спутница, возможно, не ошибалась.
— Не хотел вас обидеть.
Катерина, похоже, приняла извинение, и Остин снова перевел внимание на людей у обрыва. На фоне подсвеченного дыма они представляли собой отличные мишени. Будь у него винтовка, он мог бы перестрелять их всех прямо сейчас, как уточек в тире. Но все его вооружение составляли кусок трубы, да нож, оставленный этим самым головорезом на «Киндзара-мару».
Человек с фонариком шагнул к краю обрыва, поднес к глазам бинокль и несколько секунд смотрел вниз. Потом немного изменил угол зрения. Наверно, разглядывает вторую машину, решил Курт.
— Все погибли, — сказал кто-то. — Все до единого.
— Не будь так уверен.
— Здесь глубоко. При таком падении никто не выживет.
Вожак — а человек с фонариком явно был вожаком — повернулся и резко толкнул своего подручного на машину. Столь грубый жест, учитывая, что из всех стоящих у обрыва только у него не было оружия, мог позволить себе лишь человек, пользующийся безоговорочной властью.
— Ты прав, выжить при таком падении невозможно. Только вот их там нет, — наемник сунул прибор ночного видения стоявшему рядом подручному. — Ни в машине, ни около нее тел нет.
— Черт, — прошептал Курт.
Если раньше самой большой проблемой представлялось долгое возвращение домой, то теперь куда более остро стоял другой вопрос: как выбраться с плато живыми. Он понимал, что бандиты не уйдут, пока не найдут их с Катериной, или их не спугнет полиция, которая прибудет не раньше, чем через полчаса.
Смогут ли они прятаться так долго?
Вряд ли.
Вожак повернулся и скользнул лучом фонарика по лугу. Курт отпрянул за цистерну, а когда луч ушел в противоположную сторону, снова схватил Катерину за руку.
— Надеюсь, вы не боитесь высоты.
Они прокрались через открытое пространство и метнулись к темному ангару. Курт бесшумно взломал замок обрезком трубы.
— Что будем делать? — спросила Катерина, проскальзывая за ним внутрь.
— Пятьдесят долларов найдется? — Остин прошел к ближайшему самолету и открутил крышку бака.
