и пастбища затапливает. Весь прошлогодний урожай пропал, не успев созреть. Скотина в хлевах бывает что по колено в воде стоит, простужается и болеет. У другого соседа, старого маркиза Вилфирта, дела идут не лучше. Чтобы выжить и содержать имение, он занялся разведением редких и дорогих пород собак и подключил к этому делу поместных крестьян. Иначе бы люди в деревнях попросту голодали. Леонард потратил кучу денег на попытки осушения земель, и все впустую. Поместье у него никто не купит. Потенциальный новый хозяин приедет осмотреть угодья, расспросит крестьян, как дела обстоят с урожаем и разведением скота.
– Тебе достались самые лучшие земли во всей округе, если не во всей губернии, – Маджери будто поздравила племянника. – Подъезжая сюда с городским ямщиком, я заметила, что поместные угодья лежат на возвышенности. Их не затопит, даже если в сильные ливни река выйдет из берегов.
– В том и дело, – нерадостно усмехнулся Маурисио, дернув уголком губ. – Я сам не знал на момент покупки, что этим землям просто нет цены. Прежде ни разу со дня своего основания триста лет назад, когда был построен этот дом, поместье не продавалось. Только переходило по наследству. Но последний наследник и глава семейства был приглашен на выгодную работу за границей. Потому он решил срочно продать свои владения. Недаром, нанятый агент говорил, что нам с женой крупно повезло и мы отхватили настоящий лакомый кусочек. Знали бы мы тогда, что за эти плодородные угодья развернется настоящая война с человеческими жертвами. Мы бы сразу отказались от покупки, уступили Леонарду. Тогда бы не погибло столько людей.
– Раз этот негодяй – убийца по своей гнилой натуре, он бы нашел другой повод, чтобы лишить жизни невинных людей, – строго возразила Маджери. – Сколько таких выродков каждый год отправляется на плаху! Им не нужен повод для злодеяний. Они придумают любую чепуху в свое оправдание и пойдут убивать.
– Леди Маджери права, – поддержала я. – Мы должны остановить его как можно скорее. У нас теперь достаточно доказательств. Поговорим завтра с бароном. Надеюсь, он согласится выступить свидетелем в суде. Но, напоминаю, действовать будем строго по закону. Никаких самостоятельных разборок и драк.
– Ты взял в кадастровой службе все нужные справки? – с нажимом уточнила Маджери.
– Принес полный портфель документов, – отчитался Маурисио. – Там нужное и ненужное. Главное, у нас есть подробная характеристика земель, моих и соседских. Но, честно говорю вам, дамы, я бы предпочел прирезать дедовым кинжалом этого подонка, без суда и следствия.
– Ага, тогда тебя отправят на лобное место! – всплеснула руками Маджери. – Подарочек хороший сделаешь своим родителям. Отец так сразу ляжет в гроб. Будто кто станет разбираться и правду выяснять. Еще и тебя же выставят убийцей жены, старушки горничной и баронессы из театра. А льва этого придурошного представят невинной жертвой и посмертно наградят королевской почетной грамотой. Мне такого не надо. И леди Мире – тоже. По глазам ее вижу, как ты ей дорог, как она переживает за тебя.
– Одна надежда на вас, дамы, – Маурисио растерянно посмотрел на меня и на свою тетушку. – Что вы поможете мне каким-то чудом дотянуть до утра, не сорваться и не поскакать в усадьбу соседа под покровом ночи, как подобает благородному мстителю.
– Не впервой мне за тобой присматривать, – рассмеялась Маджери. – Помню, как помогала сестре. Сидела с тобой маленьким по полдня.
– Совсем мы заболтались, а хозяин дома у нас так и не накормлен, – я встала из-за стола, нацелившись пойти на кухню. – Надо это исправить. Пойду разогрею ужин. Не буду бегать за Неридлой.
Чувствовала, что Маджери и ее племяннику есть о чем поговорить наедине.
Придя на кухню, я прислонилась к стене, взволнованно дыша, и потрогала свои горячие щеки. Да что со мной такое происходит? Почему меня, при всем моей хваленой стрессоустойчивости, и даже можно сказать, непробиваемости, вдруг так развезло, что я стала самой себе напоминать расплывчатый фруктовый кисель. Вот уж, действительно, дожила! Дорогую тарелку из тонкого фарфора боялась взять, а вдруг мои руки дрогнут, уроню и разобью.
В голове так и вертелись, монотонно повторяясь, слова Маджери про смелых, дотошных кошек и слабых, уязвимых людей. По ее мнению, простой человек не может составить достойную пару оборотню. Маурисио, наверное, думал точно так же. Потому и не спешил снова жениться. Кто знает, может, у него есть на примете хорошенькая кошечка благородных кровей, и он к ней пока еще только присматривается, думает, как и когда приступить к ухаживаниям по всем правилам этикета.
Стыдно признаться, но я почувствовала в себе невероятное желание. Вот если бы кто раньше сказал, что я буду неистово мечтать обрасти шерстью и бегать на четырех лапах, помахивая длинным хвостом, точно бы его подняла на смех и вдобавок пальцем у виска покрутила. А теперь сама стою, как дура полнейшая, не могу разогреть ужин для хозяина поместья. Только и думаю о том, как жаль, что в этом мире оборотнями рождаются. Представила, что как в мистическом сериале, герцогу достаточно было бы меня поцарапать или покусать. Я уже дозрела до готовности согласиться и на легкий вред здоровью, лишь бы получить возможность остаться рядом с великолепным мужчиной.
Страшно подумать, как быстро летит время. Незаметно промчится год, и тогда меня фея закинет обратно на родную Землю без возможности хоть выходные проводить здесь, в поместье. Как я тогда буду жить? Мучиться несбыточными мечтами. Устраивать себе регулярные пытки воспоминаниями, словно вытягивающими всю душу по тонкой ниточке? Наверное, озверею еще сильнее, и безо всяких оборотнических превращений. Начну бросаться чокнутой мегерой на всех сотрудников и посетителей офиса.
Нет! Надо взять себя в руки. Точнее, подойти к столу и забрать тарелку, в которую я предварительно должна положить разогретый ужин. Нельзя подать вида герцогу и его болтливой тетке, как я страдаю от неразделенных чувств.
Укрепив свою мысленную установку, я приступила к исполнению рабочих обязанностей покорной прислуги.
Глава 26. Негодяй
Бессонную ночь мы все провели, как на иголках. Белый кот и дымчатая со светлой грудью кошка прогуливались по саду и крышам, успокаивая нервы. А я сидела возле приоткрытого окна, вдыхая ароматы цветов и планируя предстоящее судебное заседание. Сомневалась, что мне, как иномирянке, доведется в
