молодая женщина ни с того ни с сего вдруг решила отправиться в чужой для нее город, чтобы там совершить самоубийство. Для чего в таком случае нужны маги в следственных управлениях? Чтобы просиживать штаны в кабинетах и отправлять семьям погибших глупые писульки!
– Настоящий одаренный маг должен сразу на месте с точностью определить причину смерти, – Маджери подтвердила его подозрения. – Я не ведьма, и то, когда увидела бедняжку на рельсах, сразу поняла: ее спихнули с платформы прямо под приближающийся поезд. Либо в следственном управлении работают бездари, которые магами зовутся лишь в таких вот писульках, как вам прислали. Либо там собрались отборные лодыри, которые не хотят выезжать на осмотр места преступления. Доверяют самую важную часть дела новичку – патрульному, юнцу неопытному. А сами не хотят мучиться с расследованием.
– Для них проще всего написать “самоубийство” или “неизвестная болезнь”, – встрял в разговор Маурисио. – Сочувствую вам, барон. Я сам меньше года назад потерял жену по вине подонка Леонарда и с попустительства дознавателей, которые не признали отравление Эммы.
– Да, для следователей так гораздо легче, чем по тонкой ниточке распутывать клубок хитроумного преступного замысла. Повезет еще, если он окажется не с вплетением умелых магических чар, – тихо подметила Маджери.
– Мы должны разделаться с убийцей! – азартно воскликнул барон.
– Но действовать нам нужно по закону, – Маджери прищурила правый глаз и подняла вверх указательный палец, как строгая учительница. – Мы вместе во всем разберемся и поймаем злодея в его же сеть.
– На суд и следствие надежды нет, – возразил барон. – А я не могу позволить ускользнуть убийце. Мой долг – отомстить за любимую. Пусть Лоиза не была идеальной женой, но рядом с ней я чувствовал себя вновь молодым и счастливым. Она будто заряжала меня энергией. Понимаю, она оступилась, но все равно не могу ее винить. Лоиза не заслужила гибели во цвете лет. У нее целая жизнь была впереди. Подонок Бербер должен за все ответить.
– Вот мы с вами вместе проверим, сможет ли суд отмахнуться от неоспоримых доказательств, – напористо предложила Маджери. – Мы с племянником будем вам очень признательны за согласие выступить свидетелем и рассказать о связи вашей жены с графом Бербером. Надеюсь, вы не посчитаете данную огласку позорящей вашу честь и достоинство аристократа.
– О любовниках моей жены знал, пожалуй, весь город, – кисло усмехнулся барон. – Секрета никакого нет, и мнение народа меня давно не волнует. Единственное, чего я хочу, чтобы убийца закончил свои дни на плахе. Я согласен выступить на суде.
За разговором на веранде в гостях у барона мы провели еще не меньше, чем полчаса. За это время узнали нечто важное, собранное по крупицам из светских сплетен, которыми не особо интересовался Маурисио. Как оказалось, граф Леонард Бербер не сидел безвылазно в своем болоте. Он считался в высшем обществе любителем путешествий с опасными приключениями, таких как охота в горячей саванне на могучих буйволов. Во всех соседних и многих дальних странах он побывал. Не стало исключением и королевство Бильфадор. Барон вспомнил, как на балу граф-лев хвастался романом с младшей принцессой. Услышав об этом, мы сразу поняли, как злодею удалось раздобыть экстракт кислотки семиморской, завладеть ядом, доступным лишь особам королевских кровей.
В нашем маленьком, но быстро и бурно текущем расследовании после встречи с мужем убитой актрисы все сошлось до мелочей. Осталось только поделиться результатами с ленивыми дознавателями из столичного следственного управления, что мы и поспешили сделать, попрощавшись с бароном Камтоном Превилем.
Глава 27. Приятный сюрприз
После утомительного вечера я сидела в гостиной, как настоящая госпожа, которая не задумывается о пыли на каминной полочке и на комоде. Ни моральных, ни физических сил не хватило на положенную хотя бы раз в три дня уборку всего и вся, что только может зарасти грязью в просторном особняке. Неридла тоже забросила свои обязанности. После всех известий кухарка была просто в бешенстве. Ее грозный вид напрочь отбивал желание попросить приготовить что-то поизысканнее жареной картошки. Она готова была прибить Леонарда одним ударом пудового кулака. Мерзавцу еще повезло, что по указу начальника следственного управления его заключили под стражу, и Неридла при всем желании не могла до него добраться в тюрьме.
Наверное, до самого назначенного дня судебного заседания у нас бы завязла в зубах эта картошка. К счастью, деловитая тетушка Маджери решила сама заняться готовкой, пока и без того немногочисленная прислуга вконец раскисла. Еще и мой статус находился под большим вопросом после одного удивительного сюрприза.
Это произошло в день ареста Леонарда. Больше не вмешиваясь в следственные дела, я сидела дома в тоске, откинувшись на спинку высокого кресла. Маджери и Неридла болтали в саду. Гостья пыталась научить кухарку опрятности и хорошим манерам, чтобы та могла наконец произвести нормальное и даже, если хорошо постарается, очаровательное впечатление на своего ненаглядного кучера.
Маурисио приблизился по-кошачьи тихо. Я не заметила, как он открыл дверь и вошел в комнату.
– Убийцу отправили в тюрьму, – сообщил герцог, встав передо мной и удовлетворенно потирая руки. – Ему не отвертеться. Мы все потрудились на славу и во имя справедливости. Осталось пережить день суда, и можно будет забыть о мерзавце. Уверен, его ждет казнь по закону.
– Я исписала целую тетрадь речами для выступления в суде, – поднявшись с кресла, я подала мужчине плод своих умственных трудов. – Надеюсь, мой опыт и знания по части юриспруденции тебе пригодятся… Будут полезны.
– Все эти записи, шпаргалки… – Маурисио с нежной улыбкой прикоснулся к моим пальцам, держащим толстенькую тетрадку, и не взял ее. – Они понадобятся тебе самой, Мира. Ты ими воспользуешься, когда будешь выступать главным свидетелем стороны обвинения.
– Я?! Ты, наверное шутишь? – импульсивно попятилась назад, пока не коснулась ногой кресла. Дальше отступать было некуда. – Я здесь никто, иномирянка. Местная нищая бродяжка без документов – и та имеет больше прав. Разве судьи прислушаются к простолюдинке, прибывшей непонятно откуда?
– Не хотел тебе говорить об этом раньше времени. Раскрывать большой и очень важный секрет, – интригующе сказал Маурисио. – Но ты в последнее время отличилась в хорошем плане. Думаю, можно считать все испытания пройденными.
Я восприняла его уклончивые фразы как жирный намек на то, что мне пора
