Джек отпускает меня, и я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на него. Он стоит напротив и, сняв презерватив, бросает его в раковину.
– Там моя одежда, – пытаюсь я остановить его, но когда мы вдвоем заглядываем в раковину, на топе уже расплывается мокрое пятно.
Неужели все это происходит потому, что целых девять месяцев я жила без секса? Или потому, что за последние два года у меня был лишь один мужчина? Или потому, что случайный секс приятнее, чем постоянный? Так ли это? Как бы там ни было, я отдаюсь Джеку с огромным удовольствием.
Где-то после одиннадцати, лежа на полу в гостиной, я поднимаю голову и целую Джека, который склонился надо мной.
– Не могу больше. У меня все болит. Просто не могу. Не сходи с ума.
– Я не схожу с ума. Не от этого. – Он нежно целует меня. – Давай вернемся в ванную. Думаю, там еще осталась пена.
– Хорошо, только не начинай снова. Мне нужно отдохнуть. Не трогай меня.
– Не буду, – говорит он и, подняв меня на руки, несет в ванную.
– Джек, ты меня трогаешь. Джек!
Он опускает меня в воду и говорит:
– Ну вот, все. Уже не трогаю.
Надув губы, я начинаю ныть:
– Ты не трогаешь меня.
Он залезает в ванну и садится позади меня. Устроившись у него между ног, прижимаюсь спиной к его груди.
– Ах! – вздыхаю я. – Знаешь, как ни странно, после танцев в «Уизард» мне показалось, что я тебе не понравилась.
– Ты мне тогда не понравилась.
– Что ты хочешь сказать?
– Лекси, ты вела себя очень странно. Мне показалось, что ты много выпила, и я хотел убедиться, что ты нормально добралась до дома. Но когда мы вошли сюда, ты вдруг убежала и заперлась в ванной минут на пятнадцать. – Джек плещет водой мне в лицо. – Странная девушка. Но мне понравилась, как мы танцевали. А вот разговоры все испортили.
– Это замечательно, Джек! Просто классно! Но если я не умею разговаривать, зачем ты пригласил меня на ужин?
– Потому что считаю тебя очень привлекательной, – говорит Джек. – И еще я хотел есть. И сейчас хочу.
– Вот черт! Я забыла про паэлью. Прости!
– Это ведь я предложил тебе пойти поужинать, – напоминает он.
– Все рестораны в округе уже закрыты.
– Мы могли бы что-нибудь приготовить. Что у тебя есть на кухне?
– Томатный суп. Чайные пакетики. И несколько использованных презервативов.
– Это все? – В его голосе слышится разочарование.
– А что есть у тебя на кухне?
– У меня нет кухни.
– Что ты имеешь в виду?
– У меня нет квартиры.
Я жду от Джека объяснений, но он молчит. Похоже, я должна задавать вопросы, если хочу узнать о нем что-нибудь.
– Если у тебя нет квартиры, где же ты живешь?
– Мой договор аренды истек несколько месяцев назад. А у меня была запланирована выставка в Сан-Франциско, и я собирался переехать туда на некоторое время. Чтобы компенсировать затраты на перевозку всех скульптур, я должен был продать определенное количество работ, но не смог. Поэтому пришлось отменить выставку, и теперь я не знаю, куда отправлюсь дальше. Так что сейчас я живу у друзей и переезжаю, когда у кого-то освобождается комната.
– О! – Выходит, у него нет жилья?
– Можно было бы заказать пиццу, – говорит Джек, вспомнив о еде.
– Конечно. – Бродяга – вот он кто.
– Завтра я приглашаю тебя на поздний завтрак. – Сексуальный бог-бродяга.
– Что? Нет, я не могу. Встречаюсь с советом подружек.
– С каким советом?
Легенда о Билли Кидмане
Я захожу в кафе «Арэкс» и вижу Лолу – она машет мне обеими руками из-за столика в углу. Подхожу и сажусь рядом с ней.
– Подожди минуту, – на полуслове прерывает она Грейс и придвигает стул поближе ко мне. – Давай, выкладывай.
– В чем дело? – удивляется Грейс.
Лола поворачивается к ней и быстро объясняет:
– Вчера вечером Лекси ужинала с тем художником, Джеком Маккеем. – Она снова смотрит на меня. – Куда он тебя повел?
Опустив голову, я принимаюсь разглядывать свои руки.
– Что такое? – не выдерживает Лола. – Вы не ужинали? Что произошло? – Она ахает и прикрывает рукой рот. – Он так и не появился? Не пришел к тебе? – Она хлопает ладонью по столу. – Поверить не могу, что он мог так поступить. Тогда я отказываюсь покупать его скульптуру. Я убью его. Нет, лучше я куплю скульптуру и потом убью его. Тогда она вырастет в цене.
– Я ведь советовала тебе не связываться с ним, – говорит Грейс.
– Когда это было?
– Когда ты позвонила мне среди ночи, чтобы посоветоваться, стоит ли спать с ним. И я сказала: «Нет, Лекси! Не надо. Сначала он должен пригласить тебя на свидание!» Помнишь? Я посоветовала тебе не торопить события.
– Прости, Грейси, я тебя не послушалась. И не один раз, честно говоря.
Лола хлопает меня по спине:
– Поздравляю! Ты уже сто лет не занималась сексом. Ну и как? Классно?
– Классно!
– Оргазмы?
– Да.
– А языком?
– И языком.
– Презервативы?
– Конечно.
– Лекси, – перебивает нас Грейс, – так ты ужинала с ним или нет?
– Нет, – тут же ухожу в оборону я, – мы не успели, потому что я сразу набросилась на него. А потом выяснилось, что уже одиннадцать часов и все рестораны закрыты. Мы заказали пиццу. Было здорово.
Грейс громко вздыхает и закатывает глаза к потолку:
– Лекси, нельзя с этого начинать отношения. Если вообще Джек – тот парень, с которым можно встречаться… Хотя я думаю, что нет… Если вспомнить, что он тебе так и не позвонил, никуда не пригласил и вы нигде не были вместе. Это просто случайная связь.
– Грейс, расслабься. Не заводись. Это было всего раз. Секс на одну ночь, понимаешь? А поскольку мы занимались им всю ночь, можно считать, что это было такое занятие на одну ночь.
– Молодец! – Лола хлопает в ладоши.
– Что, если я и дальше буду с ним встречаться? Ведь это всего лишь увлечение. Необременительный, полный оргазмов роман.
– Парень для развлечений? – предполагает Лола.
– Точно. Именно так. Спасибо, Лола.
– Всегда пожалуйста. – Она хлопает Грейс по плечу. – Не волнуйся, amiga. Лекси просто развлекается. Думаю, ей это только на пользу.
Грейс качает головой:
– Ты к нему привяжешься.
– Нет.
– Да.
– Ни за что.
– Обязательно.
– Эй! Эй! – Лола машет руками. – Заканчивайте! Лекси, ты постоянно говоришь что-нибудь неприятное о ее женихе. Но, Грейси, это не повод, чтобы так вести себя с Лекси. У нее сейчас тяжелое время. Не обижай ее.
– Я говорю так, потому что в прошлом подобное уже случалось, – настаивает Грейс.
– Что? Неправда.
Нагнувшись над сахарницей, Грейс тычет пальцем мне в лицо:
– Билли Кидман.
Я ахаю от удивления, а потом шепчу:
– Поверить не могу, что ты произнесла это имя!
