– Тогда почему ты так странно себя ведешь?
Он наклоняет голову и смотрит на меня.
– Потому что не могу тебя понять.
– Что понять?
– Ты действительно хочешь знать?
– Я ведь спросила.
– Ладно. Когда я встретил тебя у Лолы, ты была холодна. Как будто не хотела со мной разговаривать. Потом я пришел к тебе домой, и ты была горяча. Очень горяча и очень агрессивна. Тогда я подумал, что, может быть, тебе нужен просто секс. Меня это вполне устраивало. Потом мы много времени провели вместе, и хотя разговаривали не так уж много, мне показалось, что, возможно, есть что-то еще. Я пригласил тебя позавтракать вместе, ты не захотела. Потом внезапно позвонила и пригласила на ужин, как будто хотела пойти на свидание. На улице ты ждала, что я тебя поцелую, но я никогда не делаю этого на первом свидании. Хотя, конечно, оно у нас не совсем первое. То есть с технической точки зрения – да. – Джек удобно устраивается на стуле и скрещивает руки на груди. – Ты извини, но я немного сбит с толку.
– Вот это да…
– Да.
– Ладно. Я хотела с тобой позавтракать, но мы уже договорились с советом подружек.
– И кто туда входит?
– Мои лучшие подруги. Мы советуемся друг с другом. Темы разные. Работа, одежда, мужчины. Что угодно. Честно говоря, я пригласила тебя на ужин только потому, что они меня заставили.
– Они тебя заставили?
– Да, очень сильно давили на меня, чтобы я поступила правильно.
– А кто это решает?
– Мы все вместе.
– И как это называется? Давление со стороны друзей? Разве ты не прошла через это в школе?
– Ты неправильно меня понимаешь.
– Лекси, скажи мне кое-что… В тот вечер, когда ты ждала меня около галереи… Это твой совет заставил тебя?
– Я не ждала тебя. Просто случайно оказалась на той улице. Убегала. От чего-то…
– Понятно. Именно поэтому ты спокойно стояла и разговаривала с подругой по телефону?
– В тот момент я разговаривала с подругой, но перед этим я убегала. От пьяной компании.
– Ты серьезно?
– Да и у них были ножи.
– Ножи? Компания пьяных с ножами?
– И с пушками.
– С ножами и пистолетами? Ничего себе!
– Да, – улыбаюсь я. – А еще у них были мечи.
– Мечи? Ну и ну. – Джек тоже улыбается.
– И свора злых собак.
– Ладно, Лекси. – Джек кладет ладонь на мою руку – это его первый интимный жест за весь вечер. – Ты и в самом деле от чего-то бежишь? Только не нужно отговорок. Я не имею в виду в буквальном смысле…
– То есть ты выдвигаешь гипотезу?
Джек громко хохочет:
– От тебя невозможно добиться нормального ответа, да?
– Я могу ответить нетрадиционно.
Качая головой, Джек втыкает вилку в рыбу. Лед уже растаял.
– Лекси, послушай, – говорит он, когда блюдо с севиче опустело и официантка выставила перед нами целый ряд закусок. – Я не знаю, что, по твоему мнению, между нами происходит, но хочу сказать: ты мне нравишься. Это правда. И мне бы хотелось увидеть тебя снова. Но в настоящий момент у меня нет времени на отношения. Мне очень жаль.
– И не нужно, – отмахиваюсь я.
– Тебя это даже не расстраивает?
– Нисколько.
Джек прищуривается:
– Почему нет?
Проглотив, я вытираю рот салфеткой и признаюсь:
– Мне удается многое, но только не отношения.
– Как и мне, – кивает Джек.
– Со мной дело обстоит хуже.
– Нет, – крутит головой он. – Со мной.
– Я разорвала помолвку.
– А я разведен.
– О, тогда я сдаюсь.
Мы улыбаемся друг другу.
– Ты не расскажешь мне о разводе?
– Нет. А ты о помолвке?
– Нет.
– Ладно.
– Ладно.
– Хорошо, а как тебе американский футбол?
Когда рыжеволосая официантка убирает тарелки, я прошу ее принести счет. Джек настаивает на том, чтобы заплатить, даже после того как я напоминаю ему, что сама пригласила его на ужин.
– Buenas noches, – машет нам Сюзанна с порога ресторана.
– Спасибо, – говорю я ей.
Мы направляемся в сторону Бейнбридж – тихой, обсаженной деревьями улицы, очень похожей на Саут-стрит.
Я смотрю на Джека:
– Ну и куда мы теперь отправимся?
– Я в Чикаго, Нью-Йорк и Сан-Франциско.
– Правда?
– Да, искать помещение для галереи. Навестить старых друзей. Мне нужно немного развеяться. Я пробыл в Филадельфии почти полгода.
– Полгода? Разве это много для жизни на одном месте?
Джек улыбается и молчит.
– Но как ты узнаешь, где подходящее место для твоей галереи? Что ты ищешь?
И тут он начинает рассказывать о своем художественном видении. Ему необходимо достаточно большое помещение, чтобы разместить скульптуры самым выгодным образом. Он также хочет выставлять другие образцы нетрадиционного искусства.
– Художники создают потрясающие вещи, которые не вписываются в привычные категории, и большинство владельцев галерей не хотят выставлять эти работы. Боятся, что не смогут продать. А я хочу, чтобы моя галерея была открыта всем видам искусства, хочу дать художникам возможность показывать свои работы, а людям – шанс купить их.
– Своя галерея – это большая ответственность. И большой риск.
– Да, но в противном случае мне придется всю оставшуюся жизнь низко кланяться владельцам галерей. И работать, подчиняясь их желаниям. А так я смогу делать что хочу и когда хочу. – Джек пожимает плечами. – Любой риск стоит этой свободы.
Я вспоминаю «Кэмп кул», туристическое агентство невестки Сьюзен, мои собственные поклоны перед Адрианом Сальво и бесчисленное количество компромиссов, на которые мне приходится идти в «Голд груп».
– Мне нравится с тобой разговаривать, – замечает Джек.
– О, перестань. – Я подмигиваю ему. – Ты просто используешь меня для секса.
Он поднимает левую бровь:
– А мне казалось, все наоборот. То есть, конечно, я не жалуюсь.
– С тобой такое часто случается? Женщины часто пользуются тобой? Должно быть, это тяжело.
– Ты не такая, как все. Ни одна женщина еще не приглашала меня на ужин. Обычно они кружат вокруг галерей, где я выставляюсь, и намекают, что готовы поужинать со мной. Считая при этом, что я ничего не замечаю. А вот ты, Лекси Джеймс, – Джек показывает на меня пальцем, – не такая. И мне это нравится.
Покосившись на его палец, я говорю:
– Спасибо.
– Возможно, в другое время у нас что-нибудь и вышло бы. Хотя проблематично, если вспомнить наши прошлые достижения.
– Ты прав.
– Я не знаю, когда вернусь в Филадельфию и сколько пробуду здесь. Зависит от того, где я найду помещение. И, учитывая неопределенность с географией, предлагаю оставить все как есть. Закончить на доброй ноте.
– Хорошо.
– Но я рад, что мы поужинали вместе. Позвоню тебе, если вернусь.
