Стою в растерянности и изучаю куст, когда слышу сбоку.
— Вах, какая девушка. Спэлый персик! А не хочет ли девушка самой вкусной в Нагарде халвы?
Оборачиваюсь к мужику и демонстрирую клыки. Даже объяснять ничего не хочется. Сам сбежит. Но в черных глазах мелькает неподдельный восторг. Серьезно?
— Вах! Красивая девушка – вампир? Тогда у меня для вас есть самая лучшая, наивкуснейшая кровь? Интересует?
— Твоя, что ли? – фыркаю я, понимая, что нахал мне даже нравится. В нем много жизни и непосредственности — то, что сейчас нужно. Мне необходим друг.
— А то! – Он сверкает черными глазами.
— Прокляну! – обещаю я, показывая огоньки на пальцах. Нет, кровь мне нужна. Но точно, не предложенная таким способом. Не хочу никому давать ложную надежду.
— Боги милостивы ко мне, красавица еще и ведьма! А ведьма ищет работу?
Смотрю на мужика внимательно – типичный представитель Южных земель черноволосый с крупными вишневыми глазами и белозубой улыбкой. А почему бы и нет? Он вроде бы смышлен и может оказаться полезен. А в Южных землях я еще не жила. Главное, сразу ограничить рамки общения. Не хочу думать, что я пыталась это сделать с Элем и не вышло.
— Скажи-ка, а давно ли тут это здание? — спрашиваю я, скорее для того, чтобы дать себе время подумать, и указываю на белоснежный дворец.
Мужчина смотрит на меня с удивлением, но послушно отвечает.
— Дом предыдущего хозяина разрушили лет шесть назад, спустя года два поставили этот… а что?
— Почти шесть лет… — тяну я, чувствуя неприятный холодок. Оказывается, я отсутствовала так долго. Невероятно. Меня в Северных землях точно никто не ждет. Что я теряю? – А давай свою работу, — соглашаюсь я. — Только предупреждаю, именно работу. Будешь приставать – оторву тебе какую-нибудь конечность и уйду.
— Я понятливый! — Мужчина поднимает руки вверх и смеется. – Красивых девушек вон как много! А талантливые ведьмы — дефицит! Давай, знакомиться – Ахонт.
— Дайана. Отлично, что ты понимаешь ценность ведьм. — Я киваю, еще в тот момент не зная, что южные земли станут моим приютом почти на два года. И изменится все в один день, когда почти на том же месте, буквально в паре кварталах от бывшего дома эш Гриса меня окрикнет знакомый голос:
— Дайана?
Замираю и медленно поворачиваюсь. Я не искала с ним встречи, но и бежать глупо. Передо мной стоит Маркус.
— Это действительно ты! – рычит он, стремительно приближаясь. Оттесняя потный поток людей. — Ты совсем сошла с ума?! Мы похоронили тебя второй раз! Ждали, надеялись, но смирились с твоей смертью! А ты?
— Прости… — Я пожимаю плечами, а он подбегает ко мне и хватает за локоть, чтобы утащить прочь. – Нам поговорить надо! Будешь исповедоваться передо мной и объяснять, почему не соизволила сообщить нам, что жива! И где Блэкфлай. Дайана, скажи, что он не погиб.
— Он не погиб, — послушно заявляю я и опускаю глаза. Столько времени прошло, а мне все еще больно. Не уверена, что смогу рассказать все. Но от Маркуса все равно не отвяжешься. Да и имеет право он знать, как и остальные. Я ведь все равно понимала, что рано или поздно придется вернуться и узнать, чем тогда все закончилось. Возможно, сейчас как раз пришло время.
— Свет очей моих и отрада кошелька моего у тебя проблемы? – Мой верный Ахонт тут как тут. Он, конечно, не Эль, зато не видит во мне объект для любви и отлично организовывает все дела. Я могу на него положится, как раньше на Эля и Ребекку.
— Это свои, —отмахиваюсь я. – Пошли, прогуляемся с Маркусом.
— А он не опасен? – подозрительно уточняет Ахонт, профессионально цепким взглядом окидывая крепкую фигуру Маркуса, которую даже свободные одежды скрыть не в состоянии. Маркус отвечает за меня:
— По сравнению с ней? Не-а!
Оказавшись в просторном и прохладном доме Маркуса, за чашкой чая мне приходится пересказывать в подробностях все то, что случилось со мной и Блэкфлаем в запретных землях. Ахонт тоже слушает мою историю впервые, но не перебивает, я только вижу, как меняется выражение его лица. Интересно, он после всех этих откровений останется со мной? Надеюсь, что да. Я привыкла к его обществу и нуждаюсь в помощи. Администратор из него вышел отличный.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты знаешь… многие начали заниматься вопросом демонов… ситуация с Блэкфлаем показала, что все не так просто, как мы думали.
— Многие это кто? – подозрительно уточняю я.
— Кэвин с Дафной…
— Это не многие, — прерываю я.
— Кэл…
— Жаль, он не сдох, — говорю я, а Маркус пожимает плечами. — Дайана, тебе нужно вернуться в Северные земли.
— Я понимаю.
— Какое вернуться? – причитает Ахонт. — А как же я? Да там такой климат! Как в нем выжить? Халвы приличной нет! Фруктов нет! Холод!
— Ты поедешь со мной? – прерываю я поток причитаний.
— Я поеду с тобой в холод? – несчастно уточняет он. И я понимаю, что заставить его не могу. Хотя мне будет не хватать Ахонта. Я привыкла к нему.
— Можешь не ехать.
— Нет, Дайана! – взрывается он. Эмоционально взмахивая руками. — Я не могу с тобой не ехать! Что я без тебя делать буду? Я ненавижу холод. А бедные Уна и Шахрез? Ты о них подумала? Но мы все поедем с тобой! — последнее выкрикнуто с таким надрывом, что мне даже становится немного стыдно. Так, самую чуточку, я слишком хорошо знаю своего помощника, чтобы воспринимать серьезно эти причитания. Когда ситуация опасная, он немногословен и сдержан, если паясничает, то только когда считает, что это приободрит меня в момент принятия сложного решения.
— Уне понравится снег… — улыбаюсь я, осознавая, что скучала. По Северным землям. По Дафне, Кэвину, Ребекке и даже по Анабель.
— Дайана, мне кажется, или я еще что-то не знаю? – подозрительно спрашивает Маркус.
— Ты еще что-то не знаешь, — продолжаю интриговать – Я поеду с тобой в Северные земли, только мне нужно собраться.
— А то, что я не знаю, ты мне не расскажешь? – подозрительно спрашивает он.
— Я тебе покажу, но когда соберусь.
— Скажи мне, ты все так же любишь зеркала?
— Я все так же люблю зеркала, но боюсь у тех, кто последует со мной чуть менее крепкие нервы. Поэтому давай в этот раз будем передвигаться традиционным путем.
— Хорошо, — Маркус закатывает глаза. Тогда готовьте шмотки потеплее и побольше еды. Нам добираться несколько дней. Ненавижу дорогу!
— Помнится, раньше ты ненавидел зеркала.
— Я оценил их прелесть. – Маркус пожал печами. – Но твое слово — закон.
Выезжаем мы, как и условились, вечером. С четырьмя большими чемоданами. С Ахонтом, который тащит два баула с золотыми. Стенающей Шахрез, ставшей самым незаменимым для меня и моей дочери человеком, и, конечно же, Уной, которой совсем недавно исполнился год.
— Это… – тыкает в нее пальцем Маркус. Уна хохочет и сверкает черными глазами. Очень натурально сверкает. В ней столько магии, что мне самой иногда страшно, а еще мне кажется, она родилась уже с айкири внутри, но пока это только мои домыслы. Если это и так, я знаю, моя дочь уже сейчас умна и никому не покажет дремлющую внутри нее силу. Палец Маркуса вызывает у нее интерес, она его ловит и пытается засунуть в рот.
— Это ребенок, Маркус. Всего лишь ребенок.
— Не всего лишь… — Качает головой парень, пытаясь отнять свою руку у Уны, но это непросто. Она такая же упрямая, как я.
— Хорошо, — соглашаюсь я. – Не всего лишь, зачатая в запретных землях дочь Блэкфлая не может быть просто ребенком.
— Даже в этом ты отличилась, Дайана! – отмахивается он, и от сердца отлегает. – Кэвин и мои однокурсники точно не те люди, кого напугает маленькая, но очень одаренная девочка с такими же черными, как и у ее отца, волосами.
В северные земли мы приезжаем через три дня вечером. Нас уже ждут. Маркус заранее послал весточку. Я выхожу из кареты с Уной на руках. На ней белоснежная песцовая шуба с капюшоном, и в ней Уна похожа на толстого неуклюжего котенка. Тянет руки к снегу и, поймав снежинку на ладошку, говорит:
