Заспанный конюх подвел мне мою кобылу. Та выглядела злее обычного, видно, чужая конюшня ей не понравилась, тем более, никто не расчесал ей на ночь гриву, как делала Аю, и не угостил чем-нибудь вкусным, вроде зимнего яблока. На капитана лошадь покосилась вовсе уж неласково, а когда его дружелюбный чаррем потянулся ее обнюхать, так дернула бедолагу копытом, что тот зарекся приближаться к злонравной кобыле, во всяком случае, по собственной воле...
Глава 7. Маски
Дорогу в самом деле замело, и преизрядно. Лошади утопали в рыхлом снегу мало не по брюхо, и думать нечего было двигаться с приличной скоростью. Такими темпами мы бы добрались до имения Ильзор еще не скоро!
-Лауринь, прикажите своим людям двигаться в ряд по двое, только поближе к тем, кто впереди - попросила я, подъехав поближе.
-Вы что-то задумали? - покосился он на меня.
-Пустячок, - хмыкнула я, не выпуская трубки из зубов.
Да, придется мне немного потрудиться, если я не хочу остаться не только без завтрака, но и без обеда. Конечно, я привыкла пускать в ход магию только в самых крайних случаях, когда без этого не обойтись, но... Нужно было торопиться, а если уж это не именно такой случай, тогда я и не знаю, что назвать крайним!
Лауринь передал команду, наш отряд растянулся по дороге. Лошади двигались плотно -- задние едва ли не касались мордами крупов передних. Сойдет, пожалуй... Главное, чтобы не начали нервничать.
Отличный прием -- "воздушная дорожка". Тонкая прослойка воздуха над ненадежным местом вроде болота или того же рыхлого глубокого снега -- и вы можете преспокойно разгуливать, сколько заблагорассудится. Помнится, один ловкий конокрад использовал этот прием, чтобы вывести лошадей из конюшни, не оставив следов... и, кстати, те лошади вроде бы не ударились в панику, хотя магию они чувствуют преотлично и очень не любят. Что ж, будем надеяться, мне повезет...
Моя кобыла зафыркала и замерла, как вкопанная, прижав уши. То, что появилось перед ней, ей вовсе не нравилось, и идти дальше она не желала. Вот дрянная скотина! Я хлестнула кобылу перчаткой по крупу, она снова заартачилась, попятилась даже, но в итоге мне все-таки удалось заставить строптивую животину вступить на "воздушную дорожку". Почувствовав под копытами твердую поверхность вместо ненадежного снега, кобыла вроде бы даже приободрилась, перестала нервно хлестать хвостом и прижимать уши, сделала несколько шагов вперед. Ничего, привыкнет еще...
Гвардейцы наблюдали за моей борьбой с непослушной лошадью не без любопытства. Их кони немного нервничали, но беситься ни один не начал, и на том спасибо!
-Что встали? - поинтересовалась я, убедившись, что "дорожка" держится хорошо, а особых усилий по ее поддержанию не требуется. - Вам нужно особое приглашение, господа?
Первым двинулся за мной Лауринь, за ним -- верный ординарец. Остальные потянулись следом, не забывая, кстати, держать строй. Две или три лошади заартачились было, но их живо усмирили: строевые кони, чарремы в большинстве своем, могли похвастаться отменной выучкой и послушанием, не то что моя беспородная кобыла.
-Вот что вы имели в виду... - Лауринь снова ехал со мной бок о бок. Его жеребец, казалось, удивлялся тому, что рысит не по колено в снегу, а как бы над ним, во всяком случае, ушами он прядал очень забавно. - Насколько мне помнится, раньше вы не пускали магию в ход направо и налево.
-Просто случая не выпадало, - пожала я плечами. "Дорожка" простиралась на три шага перед нами и заканчивалась сразу за последними в строю. Некоторое внимание ей уделять было все же необходимо, чтобы весь отряд внезапно не обрушился на грешную землю. Людям-то ничего, а вот лошади могут ноги повредить. - И потом, мы ведь заняты расследованием, и у нас каждая минута на счету, не так ли?
-Именно, - сухо ответил капитан, а я, чтобы сменить тему, поинтересовалась:
-Лауринь, скажите, вы вполне доверяете своему ординарцу, как там его?..
-Почему вы спрашиваете? - насторожился он.
-Потому, что этот, вне всякого сомнения, достойный юноша постоянно крутится рядом с вами, - ответила я, дымя трубкой. - Оно бы и ничего, но мы вот с вами давеча обсуждали крайне интересные вопросы... Я, положим, прикрыла нас от посторонних ушей с помощью кое-какого приема, но не думаю, чтобы те, с кем вы встречаетесь по делам службы, поголовно были магами.
-Понимаю вас... - Лауринь, нахмурившись, смотрел на снег. - С одной стороны, у меня нет повода сомневаться в Зибо, он служит истово, вы сами видите. С другой...
-С другой -- его можно и напугать, и подкупить, и небо знает, что еще, - закончила я. - Это ведь не вы, не то воспитание. Вам он, конечно, благодарен и предан, только насколько далеко простирается эта преданность, Лауринь?
-Вы умеете сеять сомнение в людях, - медленно выговорил он, искоса взглянув на меня. - Но вы правы. Зибо служит у меня совсем недавно, и ни на какие по-настоящему серьезные задания я его с собой не брал, слишком неопытен. Он всегда очень живо интересуется происходящим, но это обычное мальчишеское любопытство, я сам таким был.
-Вот только этим любопытством может кто-то воспользоваться, - хмыкнула я. - Мало ли желающих выведать секреты охранного отделения?
-Я не посвящал Зибо ни в какие тайны, - ответил Лауринь. - Из тех же соображений, которые вы озвучили только что. Конечно, его проверяли перед тем, как взять на службу, но... Это все-таки не офицерский состав, низшая ступень. К таким приглядываются далеко не так пристально, как... к людям вроде меня, - закончил он, усмехнувшись.
-Вот именно, - сказала я. - Вы сами все прекрасно понимаете, Лауринь. Но вы все же слишком доверяете людям! И как только вам удалось сделать этакую карьеру?
-Не иначе как вашими молитвами, - усмехнулся он.
-Вот уж нет! - решительно отвергла я это предположение. - Признаться, мне было вовсе не до вас.
Конечно, Лауриня я на протяжении этих лет вспоминала, и не раз (такое забудешь!), но обычно недобрым словом.
-Я помню, вы никому не доверяли, - сказал Лауринь негромко. - Разве что вашему уважаемому дедушке... Да, невежливо с моей стороны было не поинтересоваться, как поживает господин Нарен?
-Превосходно, - ответила я. Если я и солгала, то лишь самую малость. - Ни в чем себе не отказывает, гоняет прислугу в хвост и в гриву, командует всеми, по обыкновению, а вечерами распивает кружку-другую хорошего пива в компании князя и его приближенных и делится воспоминаниями. - Я выдохнула дым. Уже рассвело, утро выдалось морозным и ясным, снег сверкал под солнцем так, что глазам делалось больно. - Но вы увели меня от темы нашей беседы, Лауринь. Вы правы, я никому не доверяю, кроме, разве что, деда. Но вам я доверяла больше, чем всем остальным. Ну, за исключением еще Его величества, хотя...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
