-Польщен, - усмехнулся Лауринь. - Вы поставили меня на одну доску с Его величеством.
-Выше, - улыбнулась я в ответ. - Его величество, подозреваю, без колебаний бы мною пожертвовал, потребуй того интересы страны. А вы -- тогда -- вряд ли.
Лауринь сделал вид, что не заметил моего нарочитого уточнения, не стал уверять меня в том, что я и теперь могу ему доверять целиком и полностью. И на том спасибо!
-Этого вашего урока я так и не сумел усвоить, - сказал он серьезно. - Я всё же склонен верить людям.
-Подозреваемым в том числе? - приподняла я бровь.
-Это другое, - ответил Лауринь. - Это служба.
-А если придется подозревать кого-то из тех, кому вы... хм... доверяете во внеслужебное время?
-А вы полагаете, мне не приходилось этого делать? - Лауринь взглянул на меня в упор. Позади горестно сопел Зибо, отчаявшись расслышать хоть что-то из нашего разговора.
-Даже так... И чем кончилось дело?
-Вина того человека не подтвердилась, - коротко ответил Лауринь, отвернувшись. Я видела, что разговор ему неприятен.
-Но?..
-Что? - Лауринь посмотрел на меня с недоумением.
-Вы так произнесли эту фразу, будто подразумевали какое-то "но", - заметила я.
-Вы снова правы, - невесело усмехнулся Лауринь. - Я больше не мог общаться с ним так же, как до... обвинения. Знаете, Флоссия, вы снова оказываетесь правы. Намного проще не верить вообще никому. Тогда, если человек совершит невозможное и завоюет ваше доверие, вы сможете быть в нем уверены...
-Вы думаете, это так просто -- никому не верить? - поинтересовалась я, и Лауринь умолк.
Забавно. Прежде нам с ним не доводилось вести столь долгие беседы на отвлеченные темы, говорили все больше о делах насущных. На прочее не хватало времени... Но я уже тогда заметила, что Лауринь далеко не глуп, а теперь лишний раз в этом убедилась. Любопытно бы знать, что происходило с ним все эти годы! Досужий интерес мне мало свойственен, но это был особый случай -- хотелось узнать, как же из наивного донельзя лейтенанта получился этот суровый немногословный капитан...
Беседа дальше не клеилась, ехали молча.
Благодаря моей "дорожке" двигались мы намного быстрее, чем можно было рассчитывать, и до поместья Ильзор добрались, как по торной дороге, что следовало почитать за большую удачу: погода снова начала портиться, а путешествовать во время метели мне вовсе не нравилось...
Поместье встретило нас гробовой тишиной и траурным убранством. "Быстро же супруга покойного распорядилась!" - подумала я, оглядывая обширный холл. Судя по всему, нейр Ильзор избрал своей покровительницей Тох-Авеску, многоликую богиню, благосклонную к торговцам, политикам и актерам, словом, тем, кто по роду занятий вынужден менять маски не то что ежедневно, а и ежечасно. (Впрочем, также эта ветреная богиня дарила своим вниманием всевозможных мошенников и надувал, но на то она и богиня, чтобы не делать различий между людьми, кем бы они ни были.)
Я сделала это заключение по одному простому факту: холл убран был белым, а этот цвет мало в какой религии является цветом траура. Насколько я помнила, в белое одевались, скорбя, приверженцы этой самой Тох-Авески да еще двух или трех божеств, веру в которых занесли в Арастен с дальнего востока. Но вряд ли нейр Ильзор предпочитал столь экзотические верования... Да, верно, вот над дверью знак Тох-Авески -- искусно вырезанная маска. Посмотришь слева -- вроде бы плачет, справа -- смеется, прямо -- гневается, и так до бесконечности, и не разобрать, мужское это лицо или женское. Чем талантливее мастер, сделавший эту маску, тем больше выражений можно разобрать на деревянном или каменном лике. Эту вырезал явно человек небесталанный...
Но я отвлеклась. Встречали нас безмолвные слуги, не столько скорбящие, сколько перепуганные, с траурными белыми повязками на рукавах. Впрочем, при виде их хозяйки такое поведение становилось более чем понятным.
Нейра Ильзор оказалась высокой, очень худой женщиной с тем типом внешности, который не позволяет верно определить возраст его владелицы. Не знай я, что нейра всего двумя годами моложе мужа, могла бы принять ее за девушку... в полумраке, правда. Стоило ей выйти на ярко освещенное место, становилось ясно, что эта дама далеко не так молода, как хочет выглядеть.
В белом траурном одеянии она казалась статуей; созданию этого впечатления способствовало совершенно неподвижное лицо (маска Тох-Авески была живее, право слово!), бледная кожа и очень светлые, с серебристым отливом волосы.
Впрочем, на хозяйку я обратила внимание не сразу, меня больше интересовал тот факт, что и в этом имении не чувствовалось никаких следов общения с потусторонними силами. Времени прошло еще недостаточно, чтобы эти следы рассеялись, так что... "Неужели правда политическое дело? - мысленно скривилась я. - Не хотелось бы..."
-Нейра Ильзор... - Лауринь склонился перед вдовой в изысканнейшем придворном поклоне. - Позвольте принести вам свои искренние соболезнования по поводу трагической гибели вашего супруга...
-Благодарю. - Голос у нейры оказался таким же холодным, как ее внешность. Кстати, такой уж болезненной она мне не показалась. Не удержавшись, я предприняла небольшую проверку и была приятно удивлена открывшимися мне обстоятельствами. - Вы, полагаю, капитан Лауринь?
-Совершенно верно, нейра Ильзор.
-А кто эта дама? - взгляд ледяных светлых глаз пробирал до печенок... но только не меня.
-Независимый судебный маг Флоссия Нарен к вашим услугам, - отрекомендовалась я, не дожидаясь, пока Лауринь соизволит меня представить. - Присоединяюсь к соболезнованиям, нейра Ильзор. Однако у нас нет времени предаваться скорби, уж простите.
-Я понимаю, - величественно наклонила она голову. - Прошу, пройдемте со мной. Ваших людей разместят со всеми удобствами, господин капитан, можете не беспокоиться.
-Благодарю, нейра Ильзор, - снова поклонился он и неодобрительно посмотрел на меня. Увы, я не собиралась тратить время на расшаркивания, и так уж оно уходило, как песок сквозь пальцы, а эта дама, не сомневаюсь, могла вести светские беседы часами!
Нам предложили снять верхнюю одежду -- ее мгновенно унес невесть откуда появившийся безмолвный слуга, - указали дорогу в гостиную, обставленную по моде столетней давности. Очень дорого, с большим вкусом обставленную: мебель из лучших пород дерева, обивка из дорогой ткани, превосходный данжерский ковер на полу (изделие с ворсом такой длины и такого изумительного цвета -- бежевого с серебром -- должно было стоить безумных денег), великолепные портьеры, лепнина на потолке, картины на стенах... Признаться, я почувствовала себя будто среди зимнего леса, и даже огонь в камине с отделкой из белого эрса не рассеял это иллюзии. Идеальная гостиная. Красивая, холодная и неуютная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
