В кафе вошли пожилая женщина и ее сын-аутист.
– О, Никуся, твой контингент! – оживилась Аня. – Вот с этими о своем архангеле поговори!
Роза Муратовна остановилась и положила руку на плечо сына, который, похоже, не отрывался от своего «Тетриса» ни на секунду. Она в растерянности повертела головой, взглянула на девушек с Валентином и спросила:
– Простите, а где здесь обслуживающий персонал?
– Здесь его нет, – сказала Аня. – Блюда появляются на столе сами, как на скатерти-самобранке. Электронное меню тоже на столе.
Роза Муратовна недоверчиво посмотрела на белую пластиковую столешницу.
– А это точно работает?
– Работало, пока вы не пришли, – с милой улыбкой ответила девочка.
– Нюра! – яростно осадила ее Ника и повернулась к женщине и ее сыну. – Не волнуйтесь, все работает.
Она глянула на младшую сестру и прошипела сердито:
– Ты когда-нибудь перестанешь хамить людям?
– Конечно. Когда умру. А с такой сестрой, как ты, это случится очень скоро.
Задорная Аня и красавица Илона переглянулись. Илона улыбнулась и потихоньку показала сестренке большой палец.
– Я все вижу, – сердито сказала Ника. – Илона, не провоцируй ее.
Тем временем Роза Муратовна с сыном расположились за соседним столиком. Женщина несколько секунд удивленно рассматривала электронное меню, а затем неуверенно коснулась пальцем нескольких позиций.
– Спасибо за заказ! – негромко проговорил вежливый женский голос из глубин стола-тумбы. – Через пару минут ваши сэндвичи и сок будут готовы!
Роза Муратовна удивленно качнула головой, а ее сын-аутист не обратил на чудеса техники никакого внимания.
– Это удобно, правда? – сказала ей Ника.
– Да. – Женщина улыбнулась. – Пожалуй. Только немного непривычно.
– Я бы сказала – немного бездушно, – отозвалась Ника. Она посмотрела на коротко стриженного худого парня, клацающего пальцами по кнопкам «Тетриса», и спросила: – Сколько лет вашему сыну?
– Двадцать четыре, – ответила Роза Муратовна.
– О, да он взрослый парень!
Та улыбнулась:
– Да. Хотя и выглядит намного моложе. Он редко выходит из дома. Иногда мы с ним гуляем в парке, но его трудно заставить выйти на улицу. Пару раз я брала его с собой в магазин, но там ему тяжело – слишком много незнакомых людей.
– Наверное, здесь ему тоже неприятно?
– Пока Артик играет в «Тетрис», он не замечает ничего вокруг. Но если у него забрать игрушку – с ним начнется настоящая истерика. – Роза Муратовна вздохнула и добавила мягким голосом: – Ему двадцать четыре года, но, по сути, он все еще маленький ребенок, требующий постоянной заботы.
Включился механизм подачи, на столе перед ней появились тарелочки с бутербродами и два стакана с соком.
– Интересно, кто это все готовит? – подала голос Аня, ковыряя вилкой свой бифштекс.
– Электронный шеф-повар, – пошутил Валентин.
Анна состроила мину и хотела сказать что-то едкое, но не успела. Вдруг заиграла негромкая приятная музыка, а затем из динамиков донесся приветливый женский голос:
– Дорогие друзья, мы рады приветствовать вас в «Умном доме»! Нам приятно напомнить вам, что с сегодняшнего дня этот дом – ваш, и вы здесь не гости, а хозяева!
– Почему никто из администрации не пришел? – громко спросила Илона, обращаясь к потолку. – Где все?!
– Мы рады сообщить вам, что наш дом самодостаточен! – пропел в ответ женский голос. – Из персонала постоянно присутствуют лишь два технических работника. Их комната находится на третьем этаже нашего здания! Приятного аппетита!
Голос умолк. Некоторое время все сидели молча. А потом случилось то, чего не ожидал никто. В кафе вбежал бурильщик Широков.
– Моя жена погибла! – закричал он. – Дайте кто-нибудь телефон! Мой не ловит!
2
– Черт, да что же это такое? – проплакала Илона.
– Мобильники не ловят, – сказал Валентин.
Все сгрудились у двери кафе, проверяя свои телефоны.
– Может, это из-за урагана, – неуверенно проговорила Ника.
До их слуха донесся топот и странные звуки, похожие на всхлипы. Все как по команде уставились на дверь. В кафе вбежал мальчик Филипп.
– Мама с папой… – задыхаясь, выкрикнул он. – Мои мама с папой…
– Что? – спросил Валентин. – Что случилось?
Мальчик уставился на него выкаченными из орбит глазами и замолчал. Валентин взял его за плечи и встряхнул. Фил вышел из ступора, моргнул и выпалил:
– Они заперлись в ванной и не открывают!
– Ты стучал?
– Да.
– И что они говорят?
– Ничего! Они не отзываются!
– Может, они тебя не слышали?
– Но я сильно стучал!
Валентин услышал какой-то клацающий звук и повернул голову: Широков пил воду из широкого стакана, и его зубы стучали об край.
– Мы должны подняться в квартиру к Филиппу, – сказал Валентин. – И чем скорее, тем лучше.
– Вы поднимайтесь куда хотите, а я убираюсь из этого дома, – заявила Илона. – Аня, Ника, идемте!
– И куда ты намерена пойти? – хмуро спросила Аня.
– Сядем в машину и доедем до ближайшего отделения полиции. Пускай полицейские во всем разберутся. Пошли!
Она схватила Аню за руку и потащила за собой. Та безропотно пошла за сестрой. Их нагнала Роза Муратовна с сыном, который по-прежнему ни на кого не смотрел и продолжал играть в свой старомодный «Тетрис».
– Идемте за ними! – сказал Валентин. – В любом случае торчать в кафе нет смысла!
Все, включая багрового от волнения Фила и бледного, хмурого Широкова, двинулись прочь из кафе.
Через несколько минут все – Широков, Фил, Аня, Илона, Ника, Валентин, Роза Муратовна и Альберт – стояли у лифта. Кабина пришла, двери мягко, почти бесшумно распахнулись, и тут растерянных и перепуганных жильцов ждал еще один жуткий сюрприз.
На полу лифта лежали молодожены. Их пальцы были ободраны в кровь, лица темны, глаза выкачены из орбит. Рядом валялся чемодан.
– Боже! – ахнула Илона.
Ника сдавленно вскрикнула, Роза Муратовна издала резкий, клокочущий звук, словно в горле у нее забулькали слезы.
– Они мертвые? – хрипло спросила Аня.
– Да, – выдавила Ника.
Она закрыла девочке глаза ладонью и прижала ее к себе.
– Какого хрена тут происходит? – пророкотал Широков, все еще бледный, но уже взявший себя в руки.
– Нужно вызвать второй лифт, – сказала Ника.
Валентин шагнул к панели, но в ту же секунду экран, встроенный в панель, на мгновение включившись, погас снова, а вслед за ним погас и свет в кабине лифта.
– Внимание! – проговорил женский голос, заставив всех вздрогнуть. – Лифты временно не работают! Мы просим прощения за это временное неудобство!
Голос утих. Жильцы стояли молча, и взгляды их были направлены на черный зев кабины, в которой – уже неразличимые во мраке – лежали два мертвеца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
