работала не только по воскресеньям.
Увеличение денежной суммы говорило мне о многом. Единственная причина, по которой они посылали мне такие деньги, заключалась в том, чтобы я знал, насколько я должен быть им предан. Джойс предупреждала меня, но я не беспокоился. Мне нравились деньги. И мне нравились острые ощущения. Конечно, программирование не было чем-то захватывающим, но я был уверен, что из-за моей просьбы об услуге появится какая-то особая просьба в ответ.
Тут меня осенило, что у Бет нет компьютера. Я мог бы легко одолжить ей свой Apple, но, вероятно, не TRS-80. Это более или менее определило, какой компьютер мы будем использовать для этого проекта. К сожалению, это был тот, который был намного дороже. Но с этим ничего нельзя было поделать, потому что мама ни за что не разрешила бы оставить TRS-80 у Бет на год, а у нее не было денег на его покупку.
Во вторник, как я и ожидал, Кэти Уилл нашла меня между уроками.
«Стив! Дженнифер говорит, что она не контролирует твой социальный календарь! Вы расстались?»
«Нет, Кэти, мы не расстались. Мы просто немного изменили наши отношения».
«Она сказала, что я должна просто прийти и спросить тебя. Так мы можем? Пожалуйста?»
«Я не уверен, что это хорошая идея».
«Но я получила тебя только один раз тем вечером. Ты заставил меня одеться и остановиться, когда я спросила о том, чтобы сделать это с тобой в другой день».
«Это потому, что я установил ограничение, а ты пыталась нарушить его только потому, что я доставил тебе несколько оргазмов».
«Я знаю. Это была ошибка. Прости меня. Я хочу сделать это несколько раз за вечер. Мы можем?»
«Я ни на что не соглашаюсь но если бы мы это сделали, есть четкие границы. Я не буду твоим парнем. Точка. Я с Дженнифер. Сейчас у нас вроде как открытые отношения, потому что в следующем году я еду в Швецию, и она не хочет стоять между мной и десятками горячих блондинок, к которым у меня будет доступ. Но она моя девушка. Ты не можешь ею быть. Кроме того, по моему расписанию. Я очень занят, особенно с проблемами моей подруги Мелани. Я также работаю. И я работаю над проектом с Бет Патер для студенческого совета. Так что это будет только время от времени. Я пока сказал тебе об условиях, но мне самому нужно подумать об этом. Если ты сможешь принять эти ограничения, то спроси меня в следующий понедельник, и я дам тебе ответ».
«ОК!»
Я был почти уверен, что мой ответ будет «нет», хотя теперь, когда у нее было немного опыта, это могло быть намного лучше. И я был очень искушен ощущениями от ее киски. Но у меня было слишком много других забот, чтобы думать об этом прямо сейчас.
С другой стороны, за обедом Бет Патер поменяла место и сидела рядом с Брентом. Это был очень хороший знак. Мне будет не хватать разнообразия, но у меня все еще будет моя подружка-программист. Я успел рассказать ей о телефонном звонке, и она была очень рада деньгам. Она была в восторге, когда я рассказал ей о том, что разрешу ей взять компьютер на год, пока меня не будет.
Во вторник днем Дженнифер пошла со мной к Мелани, чтобы передать ей задания на день. Мелани не спала, когда мы пришли. Она сказала нам, что у нее проблемы с концентрацией внимания в течение длительного времени, поэтому ей трудно выполнять всю работу, но с каждым днем ей становится немного лучше. Она просто разбила работу на небольшие кусочки и перемежала их с коротким сном.
Мелани была очень рада, что я поехал с ней на операцию, хотя мне пришлось бы сидеть в комнате ожидания, пока ее делали. Мы с Дженнифер просто посидели с ней 30 минут. Большую часть этого времени я держал Мелани за «здоровую» руку. Когда пришло время уходить, мы с Дженнифер поцеловали ее в губы, и она сияла, как обычно.
Среда прошла довольно хорошо, по крайней мере, с моей точки зрения. Я сидел с Мелани, пока они готовили ее к операции и ставили капельницу с раствором Рингера, что напомнило мне «Скорую помощь!» по телевизору. Когда пришло время ей отправляться в операционную, я глубоко поцеловал ее, сказал, что люблю ее, и смотрел, как ее увозят.
Через два часа вышел врач и сказал, что все готово. Некоторое время она будет находиться в послеоперационной, а затем мы сможем ее увидеть. Она сможет отправиться домой, как только действие общего наркоза полностью пройдет. Они дали ее маме рецепт на еще более сильные обезболивающие таблетки на первую неделю после операции. После этого она должна была перейти на Тайленол[61].
Примерно через час после операции Мелани вернулась в палату, и мы пошли к ней. Она выглядела очень уставшей и была немного не в себе. Медсестра объяснила, что еще час Мелани будет чувствовать себя немного вялой, а потом она, вероятно, сможет отправиться домой. Я просто сидел с ней и держал ее за руку. Когда пришло время ее выписывать, ее вывезли на каталке, и мы помогли ей сесть в машину. Дома мы помогли ей лечь в кровать в гостиной. Она сказала «Я люблю тебя, Стив» и быстро заснула. Миссис Спенсер отвезла меня домой и сказала, что заедет в школу, чтобы получить задания на день.
Дженнифер позвонила, как только вернулась из школы, и я сказал ей, что все прошло хорошо. После ужина я позвонил Джойс, чтобы узнать, как у нее дела.
«Я рассказала Конни, что мы сделали. Боже, как она злится! Мне это нравится».
«Джойс Аббаделли, ты такая непристойная!» — сказал я, ругая ее с широкой ухмылкой, которую она не могла видеть: «А если она расскажет твоей маме?».
«Мама не поверит».
«Твоя мама знает, что ты принимаешь таблетки, знает, что ты была дома одна, и знает, что мы встречаемся. Она может».
«Она подумает, что Конни все выдумывает, потому что ревнует. Мама никогда не подумает, что я могу сделать что-то подобное».
«Ну, наверное, да, потому что я точно этого не ожидал! Но я немного беспокоюсь, что Конни может решить еще больше постараться, чтобы заполучить меня».
«Что?»
«Ну, если она действительно расстроена, что она может сделать, чтобы расквитаться?»
«О! Я об этом не подумала. Лучше не надо!» — хихикнула она.
Я засмеялся. «Не буду. Поверь
