ударные группы. Айз Седай остались с пехотой Белой Башни, атакуя шаранцев на Высотах с запада. К этому времени пожары были потушены, и большинство троллоков покинуло Высоты для наступления внизу.
Вторая половина армии Эгвейн, главным образом кавалерия, была направлена в образовавшийся коридор в обход болот к броду. Они терзали уязвимые тылы троллоков, спустившихся со склонов для удара по войскам Илэйн, защищавшим район около брода.
Главной задачей первой группы являлось подняться по западному склону Высот. Сильвиана ударила серией прицельных молний, отбрасывая приближающихся шаранцев.
— Когда пехота продвинется вверх по холму, — сказал Чубейн, который находился рядом с Эгвейн, — Айз Седай начнут… Мать? — вдруг резко воскликнул он.
Повернувшись в седле, Сильвиана с тревогой взглянула на Эгвейн. Амерлин больше не направляла. Побледнев, она дрожала. Атакована плетением? Если так, то Сильвиана его не заметила.
На вершине склона, оттеснив шаранскую пехоту, столпились люди и начали направлять, посылая ослепляющие и потрескивающие в воздухе молнии на армию Белой Башни.
— Мать, — Сильвиана направила свою лошадь к скакуну Эгвейн. Наверное, на неё напал Демандред. Дотронувшись до са’ангриала в руках у Эгвейн, чтобы зачерпнуть больше Силы, Сильвиана сплела Врата. Шончанка, ехавшая рядом с Эгвейн, схватила поводья лошади Амерлин и провела её через врата в безопасное место. За ними последовала Сильвиана, крикнув:
— Обороняйтесь от шаранцев! Предупредите направляющих мужчин, что Демандред напал на Престол Амерлин!
— Нет, — слабо пробормотала Эгвейн, когда они въехали под большой навес. Амерлин еле держалась в седле. Сильвиана увела бы её подальше, но она недостаточно знала местность, чтобы Переместиться на большое расстояние. — Это не Демандред.
— Что случилось? — спросила Сильвиана, останавливаясь подле неё и отпуская переходные врата. — Мать?
— Гавин, — ответила бледная и дрожащая Эгвейн. — Он ранен. Серьёзно. Сильвиана, он умирает.
«О, Свет», — подумала Сильвиана. Стражи! Она опасалась, что может случиться нечто подобное, с того момента как увидела этого глупого мальчишку.
— Где? — спросила Сильвиана.
— На Высотах. Я найду его. Я открою врата и Перемещусь туда…
— Свет, Мать, — воскликнула Сильвиана, — да вы хоть понимаете, насколько это опасно? Оставайтесь здесь и руководите Белой Башней. Я постараюсь найти его.
— Ты не можешь его чувствовать.
— Передайте его узы мне.
Эгвейн застыла.
— Вы же понимаете, что это разумно, — продолжила Сильвиана. — Его смерть может уничтожить вас. Передайте его узы мне, это позволит мне найти его и защитит вас в случае его смерти.
Эгвейн посмотрела на Сильвиану так, будто та объявила себя Приспешницей Тёмного. Наверное, ей не стоило этого предлагать; будучи Красной, Сильвиана мало что знала о Стражах. Сёстры нередко ведут себя безрассудно, когда дело касается их Стражей.
— Нет, — ответила Эгвейн. — Нет, я даже думать об этом не буду. Кроме того, если он умрёт, вся защита будет заключаться лишь в том, что ты примешь эту боль на себя.
— Я не Амерлин.
— Нет. Если он умрёт, я смогу это пережить и продолжу сражаться. Да, Переместиться прямо к нему было бы глупо, ты права. Я и тебе не позволю сделать это. Он на Высотах. Мы продолжим наше наступление, как и было приказано, и таким образом доберёмся до него. Это наилучший вариант.
Сильвиана поколебалась и кивнула. Такой вариант подойдёт. Они вместе с Эгвейн вернулись на западный склон Высот, но Сильвиану не оставляла тревога. Глупец! Если он умрёт, Эгвейн будет очень трудно продолжать сражение.
Тени не пришлось убивать Амерлин, чтобы остановить её. Ей оказалось достаточно убить одного глупого мальчишку.
* * *
— Что делают эти шаранцы? — тихонько спросила Илэйн.
Бергитте успокоила лошадь и взяла у Илэйн зрительную трубу. Подняв её, она посмотрела на склон Высот по другую сторону обмелевшего русла, там сосредоточилось большое количество шаранских войск. Она хмыкнула:
— Видимо они ждут, когда троллоков нафаршируют стрелами.
— Похоже, ты в этом не уверена, — сказала Илэйн, забирая зрительную трубу. Она удерживала Единую Силу, но пока что не пускала её в дело. Армия Илэйн сражалась здесь, у реки, уже два часа. Троллоки хлынули в речное русло с обеих сторон Моры, но её войска не пускали их на шайнарскую землю. Болота не давали врагу обойти её с левого фланга, но правый был более уязвим, и требовал особого присмотра. Было бы намного хуже, если бы троллоки бросили в атаку сразу все силы, пытаясь пересечь реку, но кавалерия Эгвейн терзала их тылы, отвлекая внимание от армии Илэйн.
Люди сдерживали троллоков пиками, и небольшой ручеёк воды, всё ещё струившийся по руслу, стал красным от крови. Илэйн с решительным видом наблюдала за ходом битвы на глазах у всех своих войск. Лучшие воины Андора истекали кровью и умирали, с трудом удерживая троллоков. Похоже, что шаранская армия готовилась к атаке с Высот, но Илэйн сомневалась, что атака начнётся в ближайшее время: силы Белой Башни атаковали западный склон, отвлекая шаранцев на себя. Отправить армию Эгвейн атаковать Высоты с тыла было гениальным решением Мэта.
— Я не слишком уверена в том, что говорю, — тихо ответила Бергитте. — Совсем не уверена. Я больше вообще ни в чём не уверена.
Илэйн нахмурилась. Она думала, что разговор уже закончен. О чём это говорит Бергитте?
— Что с твоими воспоминаниями?
— Первое, что я теперь помню, это как я очнулась в окружении тебя и Найнив, — тихонько ответила Бергитте — Я помню наши разговоры о пребывании в Мире Снов, но само место я не помню. Воспоминания ускользнули от меня, как вода между пальцами.
— Ох, Бергитте…
Женщина пожала плечами:
— Я не могу тосковать по тому, чего не помню. — Боль в её голосе опровергала её слова.
— Гайдал?
Бергитте покачала головой:
— Ничего. Я чувствую, что должна знать человека с таким именем, но я не знаю его. — Она хмыкнула. — Как я и сказала. Я не знаю, что я потеряла, так что всё хорошо.
— Ты лжёшь?
— Проклятый пепел, конечно же я лгу. Это похоже на дыру внутри, Илэйн. Глубокую зияющую дыру, через которую вытекают моя жизнь и мои воспоминания. — Она отвернулась.
— Бергитте… Мне так жаль.
Повернув лошадь, Бергитте отъехала в сторону, очевидно, не желая больше обсуждать эту тему. В уголке сознания Илэйн её боль была подобна иголкам.
На что это похоже, столь много потерять? У Бергитте не было ни детства, ни родителей. Вся её жизнь, всё, что она помнила, составляло менее года. Илэйн последовала было за Бергитте, но её гвардейцы вдруг расступились, пропуская Галада, облачённого в доспехи, скрытые под табардом и плащом Лорда Капитан-Командора Детей Света.
Илэйн поджала губы.
— Галад.
— Сестра, — ответил тот. — Полагаю, что с моей стороны будет абсолютно бесполезно говорить тебе,
