две фигуры, расположившиеся на энгаве. Трепещущий свет фонаря в саду очерчивал их лёгким полупрозрачным ореолом. Что-то в их позах и голосах подсказало Мико: сейчас лучше не входить.
– Заклинание тебя совсем вымотало. Ты потратил слишком много сил, – долетел до ушей голос Акиры, в нём звучали укор и… страх.
– Всё в порядке, мне просто нужно немного отдохнуть. – Шин повернулся к Акире и, кажется, улыбнулся. – Сегодня был такой красивый закат. Ты видел?
Акира его веселья не разделял:
– Время пришло, хватит откладывать, Шин, давай разделим жизнь прямо сейчас.
Он схватил Шина за запястье, но тот мягко высвободился.
– Нет.
– Нет? Но ты обещал. Или старческая память совсем прохудилась? Ты говорил, что если я помогу Райдэну, то позволишь себя спасти.
Шин пожал плечами и положил голову на плечо Акире.
– Получается, я обманул…
– Шин… – голос Акиры задрожал.
– Не злись, мой друг. В глубине души ты знаешь, что не удержишь меня. И помогал вовсе не из-за обещания, а потому, что понимал, как для меня важны Райдэн и его цель. Ты ведь тоже когда-то мечтал. О мире между людьми и ёкаями. Мы вместе мечтали…
Акира не ответил.
– Присмотри за ними, хорошо? – продолжил Шин. – Помоги дойти до конца.
– Я так устал, Шин, – тихо сказал Акира. – Так устал.
– Я знаю. И когда в земли Истока придёт мир, ты тоже обретёшь покой. Ты столько лет оберегал земли Истока, и сейчас они нуждаются в тебе как никогда.
– Я не справлюсь без тебя. – Акира упрямо покачал головой, предпринимая ещё одну, отчаянную попытку: – Останься со мной.
– Справишься. В твоём сердце ещё есть место для любви, отдай её миру, а потом, – Шин погладил его по щеке, – отдыхай…
Воздух со свистом покинул лёгкие, рука упала на колени, тело накренилось, и Акира поспешил его подхватить. Бережно уложил на энгаву и, склонившись над Шином, прикрыл лицо ладонью. Плечи его едва заметно задрожали.
Мико бесшумно отступила в тень, смахнула слезу и тихо пошла прочь. Она не хотела их тревожить. Акире нужно было проститься с Шином одному.
Мико поднялась на второй этаж и открыла дверь в спальню Райдэна.
– Акира не придёт, Шин…
Мико осеклась, так и не закончив фразу.
Райдэн сидел на футоне и непонимающе смотрел на новую руку.
Глава 35. Половинка
Храмов у ёкаев не было, поэтому и молитв по Шину, кроме Мико, никто не читал. Хлопая в ладоши и глядя на пламя погребального костра, Мико надеялась, что в Ёми Шин обретёт покой и место его будет тихим и уютным.
Поминальный ужин вышел на удивление весёлым и лёгким. Все собрались у очага и, попивая саке, вспоминали добрые истории. Оказалось, каждому, кого встречал на своём долгом пути, Шин помогал и о каждом заботился. Кёко приходилось отдуваться за двоих – рассказывать свои истории и переводить те, что показывал Ицуки. Даже у Сацуки, которая толком не успела познакомиться с Шином, нашлась маленькая история о том, как они провели вечер за распитием чая и чтением стихов. Акира не хотел делиться своими историями и больше слушал. Никто его за это не винил.
Не вышел к очагу только Райдэн.
Мико смотрела на пустую подушку, которую для него приготовили, и то и дело оглядывалась на дверь.
– Райдэн, похоже, не спустится, отнесу ему ужин, – сказала она Кёко и, с помощью малышек-акасягума собрав на поднос еды: мисо-супа, риса, жареной свинины и немного закусок, – отправилась наверх.
Поставила поднос на пол перед дверью и опустилась в сейдза, чтобы выдохнуть и собраться с мыслями. Пальцы нашли углубление в створке, Мико снова медленно выдохнула, натянула на лицо улыбку и открыла дверь. Переставила поднос через порог, вошла сама, закрыла дверь, наклонилась, взяла поднос, выпрямилась. Она полностью сосредоточилась на своих движениях, чтобы оттянуть момент, когда придётся посмотреть на Райдэна. Сначала взгляд упал на столик с обедом – еда осталась нетронутой. Мико сжала поднос и заставила себя пройти в глубь комнаты.
Райдэн сидел на футоне, привалившись к стене, и отстранённо смотрел в окно.
– Ты снова ничего не поел? – Мико присела рядом, выставила на стол новые тарелки и убрала на поднос старые. – Я принесла жареной свинины.
Райдэн не ответил, продолжая смотреть в окно.
Он так и не подпустил её к себе в ту ночь, как очнулся: отстранился, когда она попыталась его обнять, не сказал ни слова и уже три дня ничего не ел.
– Может быть, ты хочешь поесть что-то другое? Я попрошу Ю… акасягума приготовить то, что тебе хочется. – Мико продолжила улыбаться, хотя у самой тряслись руки. Райдэн даже не взглянул на неё. – Тебе нужно поесть, иначе болезнь может вернуться. Мы все очень беспокоимся о тебе. Райдэн, ты слышишь меня?
Молчание.
Лучше бы он кричал, ругался, плакал, крушил всё вокруг. Лучше бы он её ударил, чем молчал.
– Послушай… – Она накрыла ладонь своей, но Райдэн отдёрнул руку, будто её прикосновение было ему противно. Мико положила руку на ещё тёплую от его ладони простыню. – Расскажи мне, что случилось. Мы можем всё обсудить, я могу тебе помочь. – Она отчаянно старалась подобрать ключик к нему. – Ты же что-то хотел мне рассказать, когда я заглянула в тебя…
Райдэн вздрогнул и повернулся к ней. От его враждебного, полного боли взгляда, у Мико внутри всё сжалось.
– Так это была ты?
– Что? – Мико растерянно попыталась сдать назад. Она знала, что переступила черту. Думала, что Райдэн разозлится, когда узнает, но он смотрел на неё так… будто она сделала с ним нечто ужасное, будто она уничтожила его.
– Ты забралась ко мне в голову. Использовала для этого нашу связь.
Мико замотала головой, стараясь оправдаться.
– Ты умирал, Райдэн. Я звала тебя, ты не отвечал, я испугалась. Разве ты бы не сделал то же самое на моём месте? – Райдэн прикрыл глаза, сглотнул и отвернулся, Мико протянула руку к его лицу. – Пожалуйста, посмотри на меня.
Он дёрнул подбородком отстраняясь. Мико опустила взгляд и замерла, заметив пятна крови на простыне, а потом – и на рукаве юкаты, который прикрывал металлическую руку.
– Что ты сделал? – Мико вскочила, обогнула футон и потянула за ворот его юкаты. Но Райдэн схватил её за запястье и сжал почти до боли.
– Не трогай.
– Райдэн, послушай, дай мне посмотреть…
– Нет.
От отвёл её руку от себя, и Мико поняла, что больше не может оставаться с ним в одной комнате. Вырвалась и вылетела в коридор, позабыв
