процента», — донеслось по мысленной сети Легиона.
Это значило, что настоящий пришелец отличался от своего виртуального аналога, с которым привык иметь дело Легион. Теперь, когда поправка была принята, обработана и принята к исполнению, смертельное сражение превратилось из безнадежного поединка в соревнование на выносливость, как и было в прошлом бою.
Три мобильных доспеха вышли на дистанцию атаки и открыли огонь. От Примы повеяло высокомерным раздражением и снисходительностью. Эти обезьяны так и не поняли, что любое оружие против стангера ранга Примы бесполезно. И теперь он учел опыт прошлого поражения, и даже ядерные фокусы не способны больше взять его измором.
Какого же было его удивление, когда пулеметная очередь крупнокалиберных снарядов прошила его щит и чиркнула по броне, но оставляя не пробоины, а пятна… красной краски?
Удивление Примы было настолько явным — он даже замер на секунду, что Маршал не мог не ответить.
— Мы тоже готовились.
Пока Комаров страдал в симуляторе, Департамент также не сидел без дела. Весь бой с верховным стангером был записан и разобран по кадрам. Каждое движение и способность Примы-"Доминатора' были проанализированы, и лучшие умы пытались найти управу на кажущегося непобедимым пришельца. Ведь не каждый раз на их стороне окажется свой Прима, поэтому человечеству жизненно необходимо вырасти и научиться обходиться без няньки.
Каждое оружие, каждый выстрел, каждое попадание — всё подвергалось анализу и воспроизведению в виртуальной среде. И это дало свои плоды. Энергетические щиты Доминатора можно было перенасытить и получить прореху в защите инопланетного мобильного доспеха. Тогда оружейники пошли другим путем и вспомнили про оружие, что было под запретом из-за угрозы загрязнения космическим мусором — твердотельные снаряды. Десятки и сотни различных сплавов были загружены в симуляцию, протестированы, и самые перспективные снаряды в экстренном порядке были произведены и заряжены в боекомплекты Легиона. Химический состав в этих сплавах был настолько мудрёный, что решили обойтись малой кровью и назвать их по цветам маркера-краски.
Последнее испытание, уже в реальном бою, и образец Красный успешно преодолел гармонику щитов. Слабый незначительный удар, но заложивший еще один кирпичик в фундамент грядущей победы. Сейчас это уже выразилось в короткой команде на одном из крейсеров Департамента, который нес экспериментальную установку.
— Калибр Красный, подтверждено.
— Начинаем зарядку!
Но Прима-"Доминатору' было об этом неизвестно, он продолжал тщетно отмахиваться от наседающих на него живых доспехов Легиона, бессильный поймать мельтешащих вокруг него насекомых. Бессильная ярость была плохой защитой от жалящего огня, который то вяз в барьерах, то пробивал щиты словно бумагу, но оставлял вместо ран аляпистый узор, превращая грозного «Доминатора» в забрызганную краской статую. Враги словно издевались над ним, что только усиливало ярость Примы.
— Легион, калибр Красный заряжен. Нам нужно окно для выстрела.
— Работаю, — раздался в голове офицера невозмутимый голос Маршала, заставив человека испуганно вздрогнуть и пробормотать про ведьмовские трюки.
Один из кружащих вокруг Примы Легионов совершил ошибку во время манёвра и подставился слишком близко, что не осталось незамеченным пришельцем, и тот с торжествуем ментальным воплем принялся гоняться за жертвой, с каждой секундой сокращая расстояние. Другие Легионы тщетно пытались отвлечь его внимание, но Прима совершенно забил на защиту, сфокусировавшись на преследовании, пока скорпионий хвост не пробил грудь мобильного доспеха, фиксируя цель.
— ПОПАЛСЯ! — раздался торжествующий рёв, и ментальная волна разошлась по всему космосу, провозглашая, что это была первая ласточка, и остальных ждёт та уже участь — проигрыш и смерть.
— Нет, это ты попался, — прозвучал флегматичный ответ, настолько спокойный, что Прима растерялся и замер в удивлении. — Попробуй увернись.
— Что?
— Рельса, огонь!
Экспериментальная рельсовая пушка, установленная на одном из крейсеров Департамента, жрала энергию, как ненасытная черная дыра, что потребовало нескольких самых современных термоядерных реакторов. Зато результатом накачки стала скорость снаряда, приближенная к скорости света, насколько это было возможно с нынешним уровнем технологий человечества. «Красный» преодолел тысячи километров за миллисекунды и пронзил «Доминатора» насквозь, пройдя через щиты как разогнанный до половины световой нож сквозь масло.
В замершего от неожиданности и страшной боли Приму тут пришла добавка от Легиона, что всадил в «Доминатора» весь имеющийся арсенал.
— ЭТО. МЕНЯ. НЕ УБЬЕТ, — прорычал пришедший в себя и разозлённый до бешенства стангер, покрытый многочисленными дырами, что стремительно регенерировали.
Тем удивительный для него был манипулятор мобильного доспеха, что вцепился в него, приближаясь вплотную.
— Я знаю, — усмехнулся Кас, отдавая сигнал на взрыв ядерных боеголовок, что нес живой доспех.
И их поглотило ядерное пламя.
«Ты в норме?» — обеспокоенно уточнила Лита, пока у них были пара секунд передышки.
«Да, успел отключиться», — отозвался Кас и сообщил в прямой эфир по общей связи:
— Легион-Два, выбыл.
Передышка закончилась ещё раньше, когда прямо из ядерного облака плазмы донёсся мысленный вопль-зов.
— Фиксирую многочисленные запуски с поверхности Ковчега! — сообщил очевидный факт капитан Департамента.
— Пять… три сотни… их тысячи!
— Инопланетное членистоногое поняло, что ножки коротки, и решило позвать миньонов? — поиронизировал Легион-Три на общей частоте.
— Самый смелый поступок для верховного стангера, который хвалился, что справится сам, — добавил Легион-Четыре.
То, что их услышали, стало ясно после нового ментального импульса, что обещал им поглощение или смерть.
— Имя мне Легион, — ответил ему Маршал.
— Ибо нас… — продолжил Легион-Три.
— Много.
— Мобильный рой Легион, запуск!
С щелчком, что не слышен в вакууме космоса, раскрылись десятки контейнеров, что медленно и незаметно дрейфовали поблизости, и внутри зажглись окуляры визоров сотен мобильных доспехов, сделавших синхронный шаг вперёд.
Мобильный дроид Легион был активирован, и гигантский рой боевых машин с навыками лучшего пилота человечества высыпался навстречу пришельцам, начав выполнять задачу, для которой их создали — уничтожать тварей.
А три живых доспеха развернулись к Приме-Доминатору, что показался из-за ядерного облака, пылая ненавистью.
— Раунд два.
Бой на выносливость продолжился уже в большем масштабе.
* * *
Казавшиеся бесконечными коридоры, заполненные заражёнными колонистами, одержимыми и мутантами, наконец-то закончились. Перед АЛом была дверь шлюза, ведущего в открытый космос. По команде она начала открываться, «Палач» втиснулся в шлюзовую камеру и закрыл дверь. Послышалось шипение — воздух откачивался из камеры, уравнивая давление с забортным вакуумом. Наконец открылась наружная дверь, и АЛ выплыл из камеры наружу, оценивая ситуацию на поле боя.
Уже было известно, что гибель аватары сильно бьёт по разуму Примы-Исполнителя. Было логично и разумно уничтожить Приму ещё раз, чтобы облегчить процесс захвата «Ковчега». Но АЛ понимал, что
