Что же, на все монаршая воля. Любишь кататься — люби и саночки возить. Начальству всегда виднее… А на войне нет место раздорам и сварам. Приказали — исполняй. Слепое подчинение всем и каждому, кто носит форменный мундир с более высокими погонами — вот главный армейский идеал.
Хотя, если честно признаться, где-то с краешка моего сознания нет-нет да мелькнет в голове благая мысль: «Мало мы Вас вешали!»
К чести нового главнокомандующего, все же приходится признать, что умом он превосходил младенца. Так как умел пить на ходу пиво и даже бульон. И поэтому, не рассчитывал прорваться к престольному Адрианополю под воздействием невидимых небесных сил.
На пути русской армии имелось три крупных естественных препятствия: Дунай, на котором не имелось мостов, Балканские и Родопские горы. А так же четырехугольник из мощных крепостей: Рущук, Силистрия, Шумла и Варна. Внутри этого приграничного четырехугольника жило значительное число мусульман, что позволяло туркам прямо на месте формировать полевые армии. Пока нам за год военных действий удалось выломать только один зубец — взять приморскую Варну.
Близилась пора решительных действий.
И даже младенцу было ясно, что нам надлежит в кратчайшие сроки преодолеть Балканы. Оттого неплохо бы заиметь на той стороне гор какой-нибудь плацдарм. Обстоятельства в этом нам благоприятствовали. Турецкий флот после потерь, понесенных в Наваринском сражении, так и не оправился. Османские корабли предпочитали теперь отсиживаться в Мраморном море, за «перерезающими горло» крепостями, расположенными на Босфоре.
В Черном же море безраздельно господствовал русский флот. Граф Дибич, став командующим, задавшись целью перейти Балканы, для беспрепятственного обеспечения войск продовольствием на той стороне гор, еще в марте обратился к адмиралу Грейгу, англичанину на русской службе, с просьбой овладеть какой-нибудь гаванью, удобной для доставки туда припасов.
Выбор адмирала Черноморского флота пал на маленький Сизополь, который был взят с моря десантом и занят трехтысячным русским гарнизоном. Османы в конце марта попытались отбить этот город, но их попытка не увенчалась успехом, так что турки пока ограничились блокадой Сизополя с сухопутья.
Между тем Дибич, учтя некоторые ошибки прошлого года, для обеспечения тыла русской армии, подвергающегося постоянным ударам турок с запада, решил прежде всего овладеть Силистрией, этой болючей занозой в нашем тылу. Медлить было опасно. В воздухе все сильнее пахло жареным…
Но, как обычно, у нас то понос, то золотуха, то позднее наступление весны, и все эти обстоятельства весьма задержали выступление громоздкой и неповоротливой русской армии.
Как известно из железного закона жизни, только полпроцента всех планов осуществляются вовремя, в срок и не выходят за рамки бюджетов, а в 99,5 % случаев надо рассчитывать на худший вариант. Часто ремонт простой домашней кухни, размером с камбуз для парусника, превращаются в катастрофу и годы страданий для всей семьи.
К примеру, вы сдираете напольное покрытие и обнаруживаете омерзительную плесень досок пола, сбиваете штукатурку и обнаруживаете, что старая проводка уже ни к черту. Вам доставляют заказанную дорогую гранитную столешницу, но когда вы несете ее, то поскальзываетесь и ломаете плиту надвое. Все идет кувырком. Запланированная смета быстро сгорает в огне. Деньги кончаются и вы остаетесь жить в разгромленной квартире.
У нас все получилось в полном соответствии с этим законом.
Только в конце апреля граф Дибич сумел переправить через Дунай основные силы. Оставалось только надеяться, что русские долго запрягают, но быстро ездят. Не то здесь место, чтобы кобениться, нужно шевелиться, шустрить. «Тормозить» просто вредно для здоровья.
При этом всем приходится признать, что наш новый командующий очень самонадеян. С абсолютной уверенностью утверждая, что удивительно хорошо умеет ориентироваться на местности, он сворачивает во второй поворот направо, и никто не может его убедить, что надо свернуть в третий. Он уверен что успеет перебежать долину до подхода врагов, и его не переубедишь, пока он сам нос к носу не натыкается на турок. Тут он признает свою ошибку, надо ему отдать должное, но как правило уже поздно пить «Боржоми».
Наши же войска, зимовавшие в Добрудже, по правую сторону Дуная, сразу, не дожидаясь подкреплений, в начале апреля уже двинулись под Шумлу и Силистрию. Так сказать, пошли исполнять второй дубль. Опять и снова. Все возвращалось на круги своя, словно мы попали в огромное беличье колесо.
Полк наш, полковника Бакланова, в котором я и служил, присоединился к главным силам, шедшим к Шумле. Вернее сказать, казакам, как обычно, предстояло идти авангардом, и действовать за линией аванпостов. Решающий час битвы пробил. Эскадрон марш-марш!
Было бы безумием столь малыми силами идти вперед, но мы шли.
Мы же не какая-нибудь «крупа» пехотная, а краса и гордость русской кавалерии! Придется постараться, погеройствовать! А мы разве против?
Конечно, всех врагов нам не перебить, жестокий отпор дадут нам турки. Но восточные военачальники, как правило, обычно не умеют согласованно использовать свои разноплеменные отряды. Так что страху мы нагоним, строй порушим и порубим их немало, пока на выручку к нам главные силы не подоспеют. Надо же подрубить сук, на котором держится все это вороньё.
Тем временем диспозиция прояснилась. Стало ясно, что и турки снова упорно придерживались своих старых шаблонов. Складывалось такое впечатление, что война идет по-старинным, неписаным правилам.
Воспользовавшись заминкой наших войск, визирь Решид Магомед-паша, прозванный «Щитом Ислама», выйдя из своего логова, во главе османской армии снова обрушился на Варну. «Гяура мучить — Аллаху служить», — хвастливо, с диким хохотом, повторяли турки.
Мусульманские войска, многочисленные «как саранча и морской песок», крушили все на своем пути, но снова, как прыгучий мячик, отскочили от крепостных стен.
Не надо было ходить к гадалке, чтобы предсказать, что основная масса османов снова, как и этой зимой, кинется к Шумле, и опять, по стандартному шаблону, ринется оттуда к Праводам. Господи, как тут все предсказуемо! Все движение происходит исключительно по проторенной колее. В стиле тяни-толкай!
И Наполеонов в обеих армиях днем с огнем не сыскать! Все будут долго и упорно биться лбом об стену, не замечая, что в двух шагах от них расположена открытая дверь. И никакое сальто-мортале тут городить не нужно. Как говорится: «И с этими людьми тут собираются строить царизм с человеческим лицом?» Ну-ну. Так и живем.
Глава 3
Если кто забыл, напомню коротко о чем идет дело. В охраняемой небесами Российской Федерации, жил да был один обычный гражданин. Сергей Ежов. То есть я, прошу любить и жаловать. Получил я прекрасное советское образование, затем приобрел богатый жизненный опыт в разных сферах деятельности. В основном, конечно, мусор, но что-то полезное за сорок лет работы на подкорке тоже отложилось. И дожил я до 58 годков.
А потом случился природный катаклизм из числа тех, о чем МЧС предупреждает, удар молнии и «извольте бриться». У гробовщика. Но сознание мое, волей небес, проследовало на двести лет назад. И в этой допотопной эпохе расцвета самодержавия угодило в тело моего же прямого предка — Арсения Ежова. Я не проктолог — просто оказался…
А этот Арсений был накаченный атлет с задатками природного убийцы. Удалой казак, все детство готовящийся к кровавым боям и яростным схваткам. И изрядно преуспевший в военной науке. Впрочем в такой семье родовых казаков как Ежовы, посвятившие себя профессиональной военной службе, невозможно было стать посредственностью.
Но вот незадача, Арсений в 18 лет, в практически в первой же крупной заварухе, сложил свою буйную голову. Вместе с еще кучей народу. При авантюрном штурме могучей турецкой крепости Браилов.
