Открываем тетради и пишем… — процедил бледный от ярости Руслан Евгеньевич.
И мы писали — до конца пары не поднимая головы.
— Ты заметила странный феномен, — пихнула меня локтем Регина, сидящая рядом, — я вот вроде все знаю, но когда он спрашивает и так смотрит, бррр…
— То умные мысли срочно покидают голову, — согласилась я, провожая взглядом выходящего из аудитории «уголовника».
— Чувствую, повезло нам, — вздохнула подруга.
Я согласно кивнула, убирая в рюкзак тетрадь и понимая, что тело бьет мелкая дрожь. И в который раз за последний час подумала, что хамить незнакомым — плохо! Очень плохо.
— Полюшка, — подошел ко мне Васин, — ты же у нас умница, да?
— Нет! — отрезала я. — Даже не надейся. Эссе я за вас писать не буду.
— Ну Полина! — заканючил Бауэр, стоящий за спиной своего друга. — Мы же друзья! Нам очень надо. Тем более ты пишешь то же самое эссе.
— Отстаньте, оба! Некогда мне! Вы видели, сколько «уголовник» нам на дом задал? Нам Брем столько за два года не задавал, а этому к послезавтра все сделать надо!
— Зверь, а не препод, — согласился со мной Васин и отвлекся, — о, Верочка! Верунчик, помоги с эссе, а…
Дальше я не слушала. Быстро подхватила рюкзак и покинула негостеприимную аудиторию.
У входа уже нервно переминалась с ноги на ногу Лиля. Заметив мое зверское выражение на лице, скривилась:
— Все плохо?
— Все еще хуже! Во-первых, он меня узнал. Во-вторых, сразу же надумал спрашивать, а я все забыла! Позор какой! Теперь я должна написать ему эссе. От руки!
— Садист, — припечатала Лиля. — У тебя еще пары есть?
— Нет. Пойду в библиотеку, боюсь, меня он станет спрашивать с особой жестокостью.
— Представляю, что он сделает со мной, — присвистнула Лиля. — Пойду-ка я тоже память освежу.
— Возьми учебник для первого курса и прямо с него начинай освежать, — посоветовала я и очень быстрым шагом потопала в сторону библиотеки.
Но успела дойти только до конца коридора, когда меня поймал Артем, подхватил за талию и затащил в первую попавшуюся пустую аудиторию.
Закрыл дверь, прислонил меня спиной к стене и горячо прошептал:
— Полина, мне нужна твоя помощь!
— Любовные игрища надо проводить за стенами университета, а не в аудиториях! — рыкнул ну очень знакомый голос.
Такой, что кожа сразу же покрылась мурашками, а я втянула голову в плечи. Мы с Артемом синхронно обернулись. У стены стоял недовольный Руслан Евгеньевич, с неудовольствием глядя на Артема.
— Простите, — Тема поднял ладони, и в тот момент Руслан Евгеньевич заметил меня, пытающуюся слиться со стеной. Цветом лица я почти уже сравнялась с белой краской.
Края губ «уголовника» дернулись, а глаза метали молнии. Кажется, я его раздражала. Очень сильно раздражала!
Может, проявить благоразумие и извиниться?
— Синицина, — иронично протянул Руслан Евгеньевич, медленно осматривая меня с ног до головы.
— Руслан… — я прокашлялась.
— Евгеньевич, — любезно так подсказал «уголовник», что я разозлилась.
— Спасибо, что напомнили, — широко улыбнулась я, — нам пора! Хорошего дня, Руслан Евгеньевич!
Схватила Артема за руку и потащила за собой, подальше от раздраженного и злого «уголовника». Вышла в коридор, аккуратно прикрыла за собой дверь и дунула к выходу, оставляя Артема в одиночестве, напрочь забыв, что он просил о помощи.
Да мне самой нужна была помощь! Я бы, например, не отказалась от машины времени, чтобы вернуться в тот злосчастный парк и вообще с профессором не разговаривать. Да я бы к этому парку близко не приблизилась!
Но сейчас мне срочно нужно было написать эссе…
Глава 4
Руслан
Она меня бесила! С самой первой встречи почему-то дико выводила из себя. Взгляд голубых глаз в пол-лица бесил! Длинные, почти до поясницы, волосы выводили из себя. И запах ее духов тоже! Когда он в кофейне перемешался с запахом кофе, а потом она обернулась, глядя на меня снизу вверх, и хлопала своими ресницами… Сразу взбесила!
Смотрел вслед парочке, выходящей из аудитории, и напоминал себе, что я преподаватель. Всего на полгода, да, но я не имел права смешивать личное с рабочим. И всегда строго придерживался этого правила. Всегда! Но Синицина бесила.
После их шутки мне снова пришлось около часа объясняться со взбешенной Мирославой. И что я ей мог сказать? Что одна чокнутая девица привела вторую и их теперь две? Собственно, именно это я Славе и сказал, потому что других аргументов не было.
И мне стоило бы догадаться, что две козы-шутницы учатся именно в этом универе, раз гуляли в парке неподалеку. Два воплощения безумия и отваги, чтоб их… Но того, что одна из парочки, именно та, которая меня больше всего бесила, окажется моей студенткой, я не ожидал. Сюрприз, млин! Что-то мне подсказывало, что и вторая грызет гранит юриспруденции, возможно, на другом курсе.
— К тебе можно? — отвлек меня голос моего нового непосредственного начальника и по совместительству ректора этого университета.
— Можно, — сдерживая новый приступ раздражения, кивнул я.
— Ну, как тебе студенты наши? Студентки еще охоту на тебя не открыли? — засмеялся Анатолий Сергеевич.
— Не открыли, — отмахнулся я.
— Как чувствуешь себя в роли учителя? — с хитрецой в глазах уточнил ректор.
— Как будто я разговариваю с детьми в младшей группе детского сада, — взорвался я.
— Руслан, это всего на полгода, потом я найду нам лучшего преподавателя.
— Они не хотят учиться! — прорычал я.
— Сделай так, чтоб захотели.
— Они ничего не знают!
— Научи, — не сдавался Анатолий Сергеевич.
— Научить? Кого? Они не знают элементарного! Кого выпустит ваш университет? А потом эти «спецы» мне такое выдают… Ненавижу работать с идиотами!
— Именно поэтому ты и добился так быстро и столь многого, — примирительно поднял руки ректор. — Займись ими, ты отличный специалист, тебе есть чему их научить. Они дети, Рус.
— Они не дети! Они взрослые люди, которые приняли решение связать жизнь с юриспруденцией! Знаете, что сегодня заявил мне третий курс? Что уголовное — это у головы. У головы, мать вашу!
Анатолий Сергеевич нахмурился.
— Не могут разгадать элементарную загадку для первого курса! Те, что вы нам когда-то загадывали, помните?
— Рус, ты
