соседку по комнате и мою новую подругу за плечо.
Соня засопела, сморщила веснушчатый нос и перевернулась на другой бок.
Мы с Мариной уже успели понять, что просыпаться рано утром Соня не любила, а после пробуждения еще минут тридцать могла свободно генерировать идеи «как убить кого-нибудь по дороге на занятия и не получить за это наказание». И ни разу не повториться.
— Сонь! — снова позвала я.
— Какой сейчас год? — сонно пролепетала Софа.
— Ужасный, — посетовала я.
— Кто вождь? — приоткрывая один глаз, спросила у меня рыжая бестия.
— Владимир Ильич воскрес, просыпайся, а то всю его речь на броневике пропустишь, — спокойно сообщила Марина и поправила очки.
— Боже, и этот речи толкает, — возвела очи горе Соня, — и чего человеку не отдыхается? Я бы сама с удовольствием сейчас пошла в мавзолей и поспала там недели две.
— Ты сначала революцию организуй, — со смешком посоветовала ей Марина.
— Легко, — махнула рукой Соня, — а потом точно можно будет спать?
— А потом учиться, учиться и еще раз учиться, — не удержалась я, стаскивая с Сони одело. И скрипнула зубами.
Потому что по завету дедушки Ленина училась все последние двое суток. И сама уже знала назубок, как можно кого-то убить и не получить наказание. И с удовольствием бы воспользовалась новым знанием, чтобы прибить слишком высокомерного «уголовника»!
Позавчера оказалось, что он — новый «очень привлекательный сосед» моей приятельницы, которая умудрилась в конце августа заболеть ангиной и первые учебные дни проваляться с высокой температурой дома. Алиса позвонила мне и попросила привезти ей лекарство, потому что оба ее родителя уехали в срочную командировку. Конечно, я не могла отказать подруге и, на время отодвинув выполнения домашнего задания по набившему уже оскомину уголовному праву, выехала на помощь.
Отдала ей лекарство, быстро пожаловалась на изменения в преподавательском составе и была ошеломлена и обескуражена, узнав, что Руслан Евгеньевич недавно переехал в их дом и уже получил звание «самого привлекательного соседа». И не просто переехал, а слышал мою пламенную речь, адресованную не ему!
Все следующие сутки я писала эссе и материла «уголовника». Мысленно. Потому что никогда не знаешь, в какой момент он снова решит появиться, а я себе и так уже на отчисление наболтала…
Две почти бессонные ночи, мелко подергивающийся глаз и эссе, написанное от руки, лежало в моем рюкзаке, аккуратно оформленное в новую папку. И сегодня я как раз собиралась сдать его «уголовнику».
— Жаворонки захватили этот мир! — патетично жаловалась злая по утрам Соня. — Почему такое неуважение к совам?
— Потому что они все проспали, — хмыкнула Марина, собирая учебники в свою сумку.
— Нет справедливости в жизни, — вздохнула Соня.
Поднялась и как сомнамбула потопала чистить зубы. Мы с Мариной умиленно переглянулись, провожая Софу взглядом.
— Я побежала, — убирая волосы в хвост, сообщила я, — хочу выпить кофе перед парой у «уголовника».
По закону мировой несправедливости, пара у Руслана Евгеньевича в тот день выпала первой. Видимо, чтобы студентам третьего курса жизнь медом не казалась.
Я вышла из комнаты, прикрыла за собой дверь и медленно пошла к выходу, по дороге здороваясь со знакомыми.
У ворот университета стояло небольшое здание, в котором продавали не самый плохой кофе и готовили очень вкусные булочки. Написав Лиле, где я, взяла курс туда. Заказала два кофе и две булки, вышла на улицу, чтобы дождаться подругу и поесть на свежем воздухе, пока погода позволяла.
Но не успела донести пирожок до рта, когда на территорию въехала новенькая БМВ, с юзом развернулась и ловко припарковалась на свободном месте.
Я мысленно окрестила водителя позером, медленно подняла руку, открыла рот, чтобы откусить кусочек булки, да так и застыла. Потому что из БМВ вышел «уголовник»! Серьезный и собранный. Он запер дверь, обошел машину, достал с пассажирского сидения свой дорогой портфель и, словно почувствовав мой взгляд, обернулся.
Я четко видела, как при виде меня сжались преподавательские челюсти и заиграли желваки. Я совершенно точно его раздражала! Ну или он решил составить конкуренцию Соне по утреннему «человеколюбию». Впрочем, этот экземпляр людей не любил круглые сутки.
Я, наконец, закрыла рот и решила, что неплохо было бы хотя бы постараться наладить отношение с преподавателем по основному, профильному предмету.
— Доброе утро, Руслан Евгеньевич, — громко и радостно прокричала я.
Он недобро покосился на меня и, молча кивнув, продолжил свое шествие к входу в универ.
Я от души пожелала «уголовнику» глиста Аркадия в вечные спутники жизни и поняла, что аппетит пропал.
— Поля, — до меня словно сквозь вату донесся голос Лили, — Полина, что опять? Арсений с новой пассией пробегал? Давно говорю — забудь ты его уже. Вон Артемка на тебя давно глаз положил, дай парню шанс.
Лиля говорила, одновременно забирая из моих рук свой кофе и пирожок.
— Поля, прерви связь с космосом, я тут!
Подруга помотала рукой перед моим носом.
— Уголовник, — процедила я.
— Где?
— В универе уже, — выдохнула я.
— Опять злой? — скривилась Лиля.
— А он бывает добрым? — изумилась я.
— Ну у нас позавчера и вчера у него пары были. Я думала, будет ядовитой слюной плеваться, а он очень даже интересно преподает. И ни разу не показал, что мы, вообще-то, знакомы. Но строгий, ужас. Может, ему загрызайка настроение подпортила?
— Ага. Любимые ботинки с утра погрызла.
— Надо бы намекнуть дамочке, что свои обязанности плохо выполняет, — засмеялась Лиля. — Ты сделала эссе?
— Да. До трех утра не спала — дописывала и оформляла. Глаз уже дергается.
— Не переживай, он вроде не такой сатрап, как казался вначале.
— Угу, — кисло кивнула я, наблюдая, как территория наполняется студентами.
Все торопились на занятия.
— Пойду я, — сделав глоток кофе, вздохнула я.
Спрятала пирожок в рюкзак, поправила лямку на плече, вздохнула и, словно узник на казнь, пошла на пару к «уголовнику».
Руслан Евгеньевич величественно восседал за столом, а рядом нервно топтались Бауэр и Васин, ожидая, когда «уголовник» проверит их эссе. Я достала папку и тихонько подошла к ним, когда Руслан Евгеньевич поднял голову, отдал парням их работы и кивнул:
— «Удовлетворительно» обоим за умение пользоваться гуглом.
Парни довольно заулыбались, подхватили свои работы и уставились на меня. Я протянула «уголовнику» эссе, которое он… Молча
