дела?
– Все в порядке, Лейни. Что это с тобой? Проблемы?
Папу не проведешь. Проработав долгое время в качестве журналиста-расследователя, он, даже не видя меня, сразу улавливает тон моего голоса. А мой тон сегодня вечером, к сожалению, немного сдувшийся. Я откидываюсь на подушки и подбираю ноги на диван.
– У меня дилемма. Меня попросили вырезать кое-что из статьи, которую я писала на прошлой неделе о новом шикарном ресторане, куда стоит сходить не откладывая. Если, конечно, вам удастся заранее забронировать столик.
Наступает зловещая тишина, прежде чем он прочищает горло.
– Попросили или велели?
– Да, ну, это было представлено как предложение, но я немного навела справки, и помощник моего босса подтвердил мои подозрения. С агентом одного из двух человек, у которых я брала интервью, состоялся телефонный разговор за закрытыми дверями.
– Ах, немного щекотливая ситуация, верно?
Об этом папа знает все. То, что на него навесили ярлык доносчика, закрыло перед ним многие двери. Теперь он зарабатывает на жизнь художественной литературой, и его дни проходят в создании и раскрытии преступлений; мне страшно подумать, насколько близко они подходят к отражению реальности. Однако сейчас он находится на том этапе своей жизни, когда может прозаично относиться к цене, которую заплатил, и быть благодарным за то, что пошел дальше. Число папиных поклонников, ценящих реализм его рассказов, растет, и это сотворило чудо, выведя его из депрессии, которая владела им некоторое время. Но он никогда не забудет, как люди, которых он считал верными друзьями и многолетними коллегами, поспешили отмежеваться от него, когда он написал свое разоблачение скандального сокрытия. Последствия были ужасны, но он отказался участвовать в афере, и это потребовало мужества.
– Не то чтобы щекотливая, – объясняю я, – я просто озвучила несколько истин. Речь о потрясающем ресторане с потрясающей кухней, но у двух партнеров необычные и несколько неустойчивые отношения. Когда мы с Энтом только пришли, на кухне бушевали резкие споры. На следующий день я околачивалась на улице и умудрилась наткнуться на одного из официантов. Было очевидно, что он хотел о чем-то рассказать, поскольку принял мое предложение по-быстрому выпить вместе кофе. Естественно, он был немного настороже, но, насколько я поняла, через всю кухню была брошена сковорода, и это случилось уже не в первый раз.
– И кто же ее швырнул?
– Не могу сказать наверняка, но он сказал мне, что у делового партнера шеф-повара случился срыв и персонал кухни не смог выбраться оттуда достаточно быстро. Все это происходило на заднем плане, пока мы с Энтом ждали начала интервью. Конечно, ничего из этого в статью я не поместила, но нашим читателям интересно, как развиваются отношения этой влиятельной парочки, поскольку она – громкое имя в музыкальной индустрии.
– А, и ты немного прояснила это?
– Всего лишь повторила слова, которые слетели с ее губ. Это пара, у которой не во всем сходятся взгляды, и она – не из тех партнеров, кто будет молчать, это я могу сказать точно, поскольку видела ее в действии. Естественно, я была дипломатична, но если я уберу все упоминания о ней, статья превратится в обычную рекламу ресторана и читатели будут удивляться, почему я пропустила очевидный вопрос, который у всех на устах.
Папа вздыхает.
– Лейни, компромисс никогда не дается легко. Особенно когда вынюхиваешь историю, например о том, что происходит за кулисами. Но мой тебе совет – придерживайся своей компетенции, имея в виду, что это журнал о еде, а также тот факт, что ты там еще совсем новичок.
Я думаю, он прав. Начав свою карьеру в качестве внештатного репортера нескольких местных газет, я, вероятно, слишком привыкла к схеме, в которой все сводится к тому, чтобы получить зацепку, ухватиться за нее и посмотреть, что я смогу раскопать. От старых привычек трудно избавиться.
– Ты же меня знаешь, папа. Я пытаюсь взглянуть на вещи глазами моих читателей и ответить на вопросы, которые, как мне кажется, будут интересовать их прежде всего. Это хорошая статья, и Энт проделал потрясающую работу, делая фотографии, но меня раздражает замалчивание человеческого фактора в этой истории. Я имею в виду, что они – динамичный дуэт, но искры так и летят во все стороны, и это, возможно, причина такого успеха ресторана. Я могла бы быть первой, кто это напечатает.
Папа громко хмыкает, обдумывая мои слова.
– Моя дорогая, если это – просьба об одолжении со стороны кого-то на самом верху или ты опасаешься, что тебя привлекут к ответственности в случае подачи жалобы, значит, ты явно где-то задела за живое. Я не говорю, что не бывает моментов, когда стоит подставлять свою шею, поскольку это сделало бы меня лицемером, не так ли? Но как бы заманчиво ни было рассказать все как есть, мой тебе совет: выбирай сама свои сражения. Действительно ли это того стоит? Ты ведь не пишешь для журнала сплетен о знаменитостях, верно? Возможно, именно это и пытается донести до тебя твой редактор.
– Но я была шокирована разницей между милым образом известной публичной иконы и проницательной деловой женщиной, которую я мельком увидела в тот день. Нет ничего необычного в том, что шеф-повар может выйти из себя, поскольку все они перфекционисты, но она тоже так самоуверенна в том, что касается еды. И правда в том, что шеф-повар заметно изменился, когда она присоединилась к нам для фотосессии в конце интервью.
Телефонная линия доносит до меня короткий смешок.
– Яблоко от яблони недалеко падает, Лейни, не так ли? Никто не собирается указывать тебе, что писать, но, послушай, ты не задумывалась о том, что, возможно, застала ее в неудачный день? Если она популярна, то я серьезно сомневаюсь, что она проводит там много времени. Просто выпей кофе, сядь спокойно и перечитай свою статью строка за строкой. Отключись и сосредоточься на словах. Если ты знаешь, что есть парочка моментов, которые покажутся тебе немного спорными или, осмелюсь сказать, излишними, чутье подскажет тебе, что делать. Может ли пара скандалов на кухне испортить гастрономические впечатления посетителей? Кто знает, что происходит за кулисами в любом ресторане. Вкусная ли еда – вот твоя история в двух словах.
Папа, конечно, прав, но у меня возникает отчетливое ощущение, что он был еще очень дипломатичен, употребив слово «излишними», потому что, я думаю, он хотел сказать «осуждающими».
– Я тебя услышала. Но не будут ли люди удивлены, что я не увидела очевидной динамики власти, если я полностью проигнорирую то, что является огромным и потенциально дестабилизирующим фактором в этом необычном
