удерживать. Они так и стояли с этим цветком, словно два ребёнка в детском саду, которые не могут поделить игрушку. Алексей сказал:
– Ладно, я был неправ. Я настоящий олень, зато я уволил козла. Но ты нужна «Старкапсу». Вернись, пожалуйста.
Катя не сразу осознала, что услышала:
– Ты уволил Петра?
– Я уволил Петра Козлова. Пока не найду нового управляющего сетью, буду сам выполнять его обязанности. Надеюсь, ты просветишь меня, в чём конкретно заключалось его участие, равно как и по многим другим моментам у меня вопросы.
– Почему ты его уволил?
– Когда за барной стойкой осталась одна только недо-бариста, потребовал штатное расписание, спросил, где Маша и, мать его, Саша, как в дурацком сериале. Он мямлил что-то про то, что они сегодня в другой кофейне. Позвонил им, оказалось – сам Пётр их туда отправил, уж не знаю, с какой целью, но догадаться несложно, учитывая его особое к тебе отношение.
Алексей выпустил из рук цветок, опустился на диванчик, сгорбился, обхватил голову руками, затем посмотрел на Катю щенячьим взглядом:
– Ты нужна нам здесь, Катя Орлова. Вернись, пожалуйста.
Катя неуверенно пожала плечами:
– Я… я не знаю. Честно, я ведь давно хотела уйти. Мы не сработаемся с тобой. Найдёшь вместо меня другую, более покладистую и исполнительную. А я… мне просто уже надоело всё это. Серьёзно.
Кретов прищурился и сказал:
– Плюс двадцать процентов к окладу и больше никакого Козлова. Вся отчётность лично передо мной. Уверяю тебя, со мной легко договориться, – Кретов скользнул взглядом вниз и вверх по Катиной фигуре, задержавшись на груди чуть дольше положенного. – И ставить палки в колёса я не стану. Нового управляющего я назначу с учётом твоего мнения. Если он тебе не понравится, дам возможность уйти со всеми гарантиями Трудового Кодекса, а не как сейчас – впопыхах, будто крыса, бегущая с корабля.
– Что? Я никакая не крыса! – Катя вспыхнула и подошла вплотную к этому напыщенному индюку. Алексей поднялся ей навстречу, и они снова сверлили друг друга взглядами. Катя ткнула кончиком пальца в пиджак Кретова. – Что б ты знал, я здесь работаю с самого основания сети! Я знаю всё о работе кофейни! Я с закрытыми глазами приготовлю эспрессо и на вкус отличу арабику от робусты! Я вместе с хозяйкой принимала первых бариста в штат! Я предана «Старкапсу», как никто!
– Отлично, милая! Значит, я в тебе не ошибся! Ты та, кто мне нужен! Единственная адекватная управляющая, посмевшая швырнуть в лицо фартук, а не раздвигать сразу ноги.
– Чего? – Катя ещё больше покраснела и нахмурилась. – Это вообще к чему сейчас?
– Ни к чему, забудь. Давай, разбирай обратно свои милые вещички, – Кретов вернулся к сумке, по-хозяйски залез в неё и извлёк розовый с блёстками ежедневник. Катя тут же оказалась рядом и выхватила из чужих рук свою вещицу. – Умоляю, помоги тем двоим убогим обслужить очередь, и спаси нашу кофейню. С меня деловой ужин после работы, потому что нам очень многое надо обсудить.
Катя сомневалась. С одной стороны, это работа мечты, тем более, ещё и зарплата выросла, и больше нет противного Козлова, который не давал спокойно работать. С другой – мысленно она уже перевернула эту страницу своей жизни.
– Ну, не знаю.
– Орлова, даже не думай, – серые глаза смотрели пронзительно и властно. – Ты остаёшься. Точка. Будь добра, выйди в зал к гостям. Раз уж сегодня, так вышло, не хватает нормальных сотрудников.
Катя вздохнула. Похоже, он всё решил за неё, и почему-то желание спорить совсем пропало. Она так и не поняла, узнал её Кретов, или нет, но ей стало жаль и его, и кофейню, работе в которой она посвятила несколько лет.
Покорно надела фартук, который ей протянул Алексей, и вышла в зал. Она не видела, что новый хозяин долго смотрел ей вслед.
4. К тебе или ко мне?
Поздним вечером, после закрытия кофейни, Катя оделась и вышла в зал, где её дожидались сразу два мужчины: Гена и Алексей. Катя спросила:
– Гена, ты ещё здесь?
Кретов скривился:
– Вот и я о том же. Никак не свалит, понять не могу, тебе тут мёдом намазано? Рабочий день закончен, ты свободен, адьёс!
Гена втянул голову в плечи и посмотрел в упор на Катю:
– Я тебя ждал, мы собирались поесть и в кино, помнишь?
Вместо Кати опять влез их вредный хозяин:
– Чего? Какое тебе ещё кино? Не треснет? Это моя девушка, – Кретов и сам понял, что ляпнул что-то не то, и добавил. – На этот вечер. Нам с ней по работе надо многое порешать, так что в другой раз, парень.
Гена молчал и продолжал смотреть на Катю. Та вымученно улыбнулась:
– Мальчики, не ссорьтесь. Если честно, я больше всего сейчас хочу домой, в душ и спать, но…
– И есть, – снова влез несносный Кретов. – Сначала есть, потом домой, и потом вся твоя мега-интересная программа. Давай не будем больше тормозить, окей?
– Прости, Ген, не обижайся, пожалуйста.
– Как скажешь, – качок поник и вышел прочь.
Кретов проводил его взглядом, затем сказал:
– Наконец-то он свалил. Утомил меня. Когда он смотрит, кажется, что бетонная плита давит.
Катя достала из рюкзака ключи, и они с Алексеем тоже вышли на улицу через служебный вход. Пока закрывала кофейню, Катя сказала:
– Гена работает здесь очень давно, он ценный сотрудник. Будь с ним вежливее.
Они пошли рядом по улице. На удивление, Кретов не стал язвить, а только пожал плечами, затем спросил:
– У тебя с ним что-то было?
– Чего? – Катя даже остановилась. – С ума сошёл? Мы друзья!
– Ну, он явно нацелился на что-то большее.
– Не выдумывай.
– Нет, серьёзно.
– Ерунда.
– Я жду Катю. Как скажет Катя. Всё для Кати, – Кретов принялся кривляться, изображая Гену. Вышло очень похоже, и Катя рассмеялась:
– Ну, ты и придурок.
– Осторожней, девочка, – Кретов легко щёлкнул Катю по носу. – Никому не позволяется фамильярничать с хозяином «Старкапса».
– Ты первый начал фамильярничать.
– Мне можно.
– Значит, мне можно тоже.
Они брели вместе по вечерней улице, мимо подсвечивающихся вывесок и несущихся мимо автомобилей. Навстречу попадались редкие прохожие, мёрзлый асфальт скользил. Катя едва не упала, Алексей тут же поймал её. Затем взял руку девушки и положил себе на локоть. Катя почувствовала себя устойчивее и почему-то теплее.
Впервые лицо Кретова оказалось непривычно близко. Серые глаза больше не выглядели колючими. Алексей сказал:
– Не знаю насчёт других, но тебе, так уж и быть, разрешу кое-какие вольности. Но! – Кретов поднял вверх указательный палец в дорогой кожаной перчатке, в его глазах плясали чёртики. – Только когда мы наедине!
Катя покачала головой и приказала себе внимательнее смотреть под ноги, а не в серые глаза парня. Кретов сказал:
– Не сильно замёрзла? Здесь за углом, я решил, нам не помешает прогуляться.
– Всё нормально, – поспешно ответила Катя, сжав в кармане руку в кулачок и пытаясь пошевелить озябшими пальцами ног в тоненьких сапожках.
Это было странно – идти куда-то в
