— Как и всегда. Это тебе так, понаблюдать. Может, сможешь использовать в будущем.
Ремезов недоверчиво посмотрел на меня, но, похоже, решил, что это я так шучу. Потом глянул на стопку газеток, лежащих в стороне от картонных папок с делами. На самой верхней, под кричащим заголовком об очередных криминальных разборках, писали об Олимпийских играх в Нагано, Япония, которые шли прямо сейчас. Я за ними не следил, но ставочки были сделаны уже давно, и полковник об этом знал, мы говорили на эту тему в январе.
— А вот этот полковник, — продолжил я. — Думаю, на этом история не закончится, верно?
— Пока он не высунется, а там посмотрим, — Ремезов начал вводить пароль, нажимая на клавиатуру одним пальцем.
Судя по встревоженному виду Ремезова, полковник Шелехов точно не будет нашим другом. Да и не просто так Серёга сказал про Красноярск, этот Шелехов был там как-то повязан. И Шелехов наверняка состоит в той группе, что продаёт секретные грузы через границу, используя криминальные группировки. Должно быть, денежное дело, а роскошь он любит. Ещё и на комбинат облизывается.
Полковник и полковник. Будь против нас один только майор, было бы проще. Хотелось бы знать, что Ремезов думает об этом на самом деле, но тут он не скажет. По крайней мере, пока.
Распрощался с Ремезовым и вернулся в машину, которая больше не интересовала правоохранительные органы. Только прохожие и братва внимательно изучали мой БМВ взглядом каждый раз, когда я ехал мимо. Надеюсь, хоть эту тачку мне взрывать не придётся.
Доехал до дома, где снимал квартиру Женька. Сегодня я отправил его на выходной, чтобы отлёживался, а то он уже с утра был на работе. Благо, он молодой, здоровый, никакую заразу не подхватил, остался только насморк. А вот у Славы поднялась температура, так что пусть сидит на больничном.
— Как самочувствие? — спросил я, заходя в прихожую.
Женька, одетый в старую растянутую майку, крепко пожал мне руку и зевнул.
— Да всё путём, Волк, надоело лежать, — Женя почесал затылок и протопал босыми ногами на кухню. Там он начал греметь посудой. — Когда на работу можно?
— Сегодня не работаешь, — я начал разуваться. — Но одно дело есть. Вчера забыл тебе показать, не до этого было.
— Чё там? Ща, давай похаваем сначала.
С кухни раздавался свист чайника и треск масла в сковороде, Женя что-то жарил. В комнате был включён японский магнитофон, из которого играла песня «Айн-цвай, полицай». Я повесил свою куртку на вешалку, где висели дублёнка Жени и зимняя форменная куртка с нашивкой «Гранит», а потом прошёл на кухню по скрипучему полу, держа под мышкой коробку с наградным пистолетом.
Женя уже налил чай, поставил на стол сковородку с жареной картошкой, а из холодильника уже достал бутылку кетчупа Анкл Бенс и сало на тарелке, порезанное тонкими пластами. После этого он взгромоздил на стол трёхлитровую банку, полную солёных огурцов.
— Ремезов говорил, что на тебя нашли бумаги в министерстве обороны, — сказал я, усаживаясь на табуретке. — Он их подопнул, выплатят тебе боевые и даже наградят.
— За что это там наградят? — Женька достал две чистые вилки. — Ничё ж не делал.
— Без шуток, Женя. Действительно там есть на тебя награды. Получишь ещё, — я наколол огурчик и откусил. — А мне вот это дали за дело с комбинатом.
Я протянул ему коробку. Он отложил вилку, открыл крышку, а потом с удивлением посмотрел на меня.
— Ого! Генеральский! — Женя достал ПСМ.
Компактный плоский пистолет в его руке казался совсем маленьким. Женя оглядел оружие со всех сторон, потом всмотрелся в надпись.
— Да ладно? Дали тебе? Ох***ть! Реально, наградной? Волкову М. М.?
— Ремезову говорю, чтобы тебе калаш с надписью сделал, — я усмехнулся. — И кто его знает, вдруг, сделает.
— А патроны есть? Пострелять можно?
— Патронов немного отсыпали, пострелять завтра съездим. Пока лечись, потом надо будет много работать. Смотри, что узнал…
Пока обедали, рассказал ему, что сегодня видел и слышал, а потом поделился мыслями про Эдика.
— Надо на Эдика выходить, — сказал я, положив вилку на стол. — Только аккуратно.
— Мишаня ещё живой, — Женя задумался. — Он вредный, но вытянуть что-то можно, пока его Череп не грохнул.
— Ещё тот Штык, — добавил я. — Пахан банды хлебозаводских, тоже можем поспрашивать, если Эдик не прикажет его завалить. А ещё… знаешь, про кого я тут подумал?
— Только хотел предложить, — Женя положил пистолет в коробку. — Можно задать вопросы Метле, типа ищем хвосты тех, кто на нас напал и куда сбежали остатки. А если Эдик захочет с нами и дальше враждовать, то… можно через Метлу и закинуть, что Эдик стукач. Метла хоть и не вор в законе, но у блатных авторитет, у него статья вроде была уважаемая. К его слову вся эта блатота прислушается. Надо его только убедить. И придётся Эдику с этим майором как-то разбираться, чтобы предъяву пресечь, или его свои прикончат.
— Хм, — я очень внимательно посмотрел на парня. — Ты прям серьёзно мыслить начал, стратегически.
— Так у тебя научился, Волк, кхе! — Женя заулыбался с довольным видом и начал скрести по дну сковородки, чтобы добраться до своих любимых поджарок.
— Тогда работаем со всем этим.
Глава 2
После встречи с Ремезовым и полковником Шелеховым прошла неделя. Мы делали вид, что продолжаем работу, но усилили охрану, внимательно следили за обстановкой в городе и разыскивали пропавшего Штыка. Возможно, этого Штыка уже убили, а труп найдут весной в лесопосадках, когда растает снег, но у нас были зацепки и кроме этого.
Ну а основную работу никто не отменял. В эти годы для служб безопасности действовал тот же самый закон, что и для частных охранных предприятий. Нужно было получать аналогичную лицензию для охраны, к сотрудникам были такие же требования, а оружие — те же самые привычные ИЖ, газовые пистолеты и помповики. Готовили такие же отчёты в разрешительную систему. Всё почти без изменений, разве что нельзя брать под охрану другие объекты, как в обычном ЧОП.
Проходить всё эти этапы с регистрацией заново не хотелось, особенно когда существовала уже готовая контора с солидным арсеналом огнестрела и спецсредств. Просто новообразованная служба безопасности перезаключит договор с Гранитом, то есть в
