целом ничего не поменяется.
Обычная практика тех лет, когда организация оформляла охранную фирму, которая делала то же самое, что и СБ. Наша фирма никуда не денется, но в саму СБ принимаем дополнительных спецов, кто будет отвечать за производственную, коммерческую и прочую безопасность.
Да и мало ли, вдруг изменятся законы по службам безопасности предприятий, усложнят требования или запретят носить оружие. А частные охранные фирмы никуда не денутся, хотя и для них вскоре всё будет намного сложнее. Это я уже видел сейчас, ведь кипа бумаг, которые мы должны были заполнять, росла с каждой неделей. Скоро придётся брать отдельного секретаря чисто для бумажной работы.
С самого утра я торчал на комбинате. Сегодня Антонов устраивал большое собрание с инженерами и руководителями цехов, где будет гонять всех за медленную работу. А я же пока разбирался с бумагами, которые захватил с собой из конторы. Правда, пришлось прерваться, чтобы ехать в поселковую администрацию для договоров аренды за пределами комбината.
— Куда теперь, Михалыч? — спросил водитель Витёк, полный мужик в кепке, открывая мне дверь джипа, когда я вышел из одноэтажного кирпичного здания администрации.
Я уселся на заднее сиденье и оглядел водителя. Витёк — бывший работник вневедомственной охраны, который работал у нас с осени. Его не особо уважали коллеги, охранник из него был так себе, он больше жаловался, чем работал, но хорошо понимал в машинах.
Сегодня Витёк возил меня по посёлку на комбинатовском джипе, Чероки чёрного цвета, и я подумывал, чтобы посадить мужика заниматься гаражом, а не охраной. Подскажу Лёне, чтобы занялся вопросом, когда откроем гараж.
— В столовую, потом на комбинат, — сказал я, усаживаясь поудобнее.
Я всё душил Антонова на отдельный гараж с сервисом для служебных машин, чтобы не ездить каждый раз на СТО в Новозаводск. Парк автомобилей уже приличный, есть несколько тачек Гранита и джипы комбината. А если всё пойдёт хорошо, их будет ещё больше.
В посёлке я ездил на джипах, свой БМВ убивать по этим дорогам не хотел. Бэху сегодня дал Жене, он оставался в Новозаводске. Брать машину он не хотел долго, помня об угоне, но всё равно, кроме него, БМВ никому не доверю.
— Понял, Михалыч, в столовую, потом на комбинат, — Витёк вывернул руль. — А вот праздники скоро будут, это как-то оплатят?
— Да, — я листал бумаги и слушал его вполуха. — Как положено, так и оплачу. Сам же знаешь, не обманываю с деньгами.
Витёк обрадовался, но продолжил разговор неожиданно, в своём духе.
— А я тут вчера ездил, — таинственным голосом начал он. — И смотрю, а там Руся Ермаков в половину третьего ушёл с работы, поехал в посёлок, потом в город вернулся. А я думал, начальники смен должны всегда быть на объекте…
— Я его отправлял с поручением, — буркнул я.
— А, понял. А я уж думаю, с работы он свинтил, — Витёк засмеялся. — Ну, раз работа…
Немного помолчал, он продолжил жаловаться:
— Женька Коваль тогда, смотрю, в магаз зашёл. А там Метла торчал, Женёк к нему подошёл. И так говорили-говорили долго, как старые приятели.
— Женя много работает, — я отложил одну пачку с договором и взял другую. — И следит за обстановкой, чтобы Метла не воровал. Метла понимает, когда ему говоришь, но надо периодически напоминать.
— Да, Женя молодец. Такой молодой, а уже такой ответственный. Тогда, правда, ездил по твоим поручениям, я его возил, а он хрясь, и к девахе какой-то заехал.
— И что? — я закрыл папку, глаза уже устали от мелкого текста.
— Так ничё, молодой же, говорю! Просто что…
Витёк пожаловался бы мне на что-нибудь ещё, но мы доехали до столовой. Я его отпустил, всё равно телохранитель из него так себе, пообедал куриным супом с лапшой и вернулся в комбинат на своих двоих. Тем более, для февраля очень тёплая погода, не было даже вечного песчаного ветра со всех сторон.
Зашёл в будку охраны близ ворот, хотел полистать журнал, где охранники фиксировали прибывший транспорт. Как раз по частям привозили мобильный сортировочный комплекс, который срочно был нужен для разработки второго карьера. Это дело я взял под свой контроль, оно важное, но затягивалось, фуры тянулись долго.
Ещё в Краснозаводске хотели открыть новое поселковое отделение милиции, потому что участковый Вагин со всем справиться не мог, да и недавно присланный второй участковый тоже быстро зашился. Новый начальник уже был в посёлке, с ним я хотел познакомиться заранее, узнать, кто такой. Но это вечером.
Пока сидел за столом, услышал через форточку, которую я открыл, чтобы проветрить помещение, как на скамейке у будки расселись парни покурить. Среди них я услышал Витька, который говорил очень громко. Жаловаться он любил.
— Коваль же любимчик руководства, — негодовал он. — Всё ему можно, все его покрывают. И с работы сваливает, и делает что хочет, а его замом назначили. А он кто такой? Ему вообще двадцать, никогда в охране не работал, а сразу зам директора!
— Коваль Чечню прошёл, — сказал кто-то другой. — И Волк его ценит. В них сколько раз уже стреляли, а они не ссутся никого. Волк Коваля с самого начала натаскивает на это всё, вместе со Славиком.
Только собрался выйти и сказать пару слов в поддержку Жени, но неожиданно позвонил Ремезов, только звонок сразу сбросился. Я перезвонил, но услышал записанную оператором фразу на английском, что абонент выключен и вне зоны доступа. А разговор снаружи продолжался:
— Да я понимаю, но сейчас-то не разборки с братвой, а работа с людьми же. А он всё кхе-кхе, — Витёк изобразил вечную усмешку Жени, только совсем непохоже. — И на БМВ волковском постоянно ездит, типа работает, а сам тёлок клеит. Вечно где-то шар***ся, не работает. Зато с каждой пушкой все нервы треплет. То грязная, то патроны в песке! Типа разбирай и чисти! А я после смены…
Я начал набирать второй номер Ремезова, но там были гудки. Ладно, пора идти, позвоню позже. Я закрыл журнал и начал одеваться.
— Ронять ствол не надо было, — отрезал другой голос. Кажется, на шум пришёл Слава. — А то в песок тогда уронил и отдал как ни в чём не бывало. Да и вообще, не нравится, так в лицо…
— Да случайно тогда вышло! — перебил Витёк смущённым голосом и тут же сменил тему: —
