Сену в отличие от других расхитителей, не взламывал печатей, не вытаскивал из гробниц большие предметы, прекрасно понимая, что так можно легко попасться, к тому же мелочь иногда бывает очень ценной. Нужные люди сообщали и то, что стоило бы взять в очередной гробнице. Сену довольствовался третью настоящей стоимости украденного, треть оставлял себе скупщик, а треть брали те, кто информировал и не мешал его «работе».
Банда была невелика, как только мальчишка становился слишком болтливым или заносчивым, пытался обмануть главаря или делал что-то неловко, его посылали в гробницу еще раз, якобы в другое помещение. Ни один такой повторный поход не закончился возвращением провинившегося, Сену знал, как отправлять на верную смерть.
Когда в поле его зрения появилась ловкая девчонка, явно искавшая встречи с расхитителями гробниц, Сену не сразу признался, что имеет к этому отношение. Слишком странным показалось то, что красивая, явно не из бедной семьи девушка, которая запросто могла найти себе мужа, даже не имея за душой и четверти шетита, за которые сейчас не купишь, как раньше, четверти меры проса, желала стать воровкой. Незер не рассказывала о себе ничего, ловко уводя беседу в сторону, Сену понял только одно — ей очень нужно золото, много золота (хотя кому оно не нужно?). Приказал проследить за девчонкой, но его ловкачи ничего не сумели за два дня увидеть, потому главарь решил сегодня ночью взять Незер с собой и там посмотреть, как себя поведет.
Она пришла так, словно делала им одолжение своим появлением. Даже не глянула на освободившего место Шахкея, словно тот обязан уступать. Тот собрался возмутиться, но тут же расплылся в улыбке, словно увидел оброненный кем-то большой мешочек с шетитами — красавица вдруг похлопала рукой по камню рядом с собой:
— Садись, Шахкей.
Сидеть на остром камне было крайне неудобно, но вор сел бы и на кол, лишь бы рядом с этой девушкой. Сену постарался сдержать улыбку. Что и говорить, умеет Незер превращать мужчин в своих рабов. Она тут же отвернулась от Шахкея, но тот продолжал смотреть на красавицу влюбленным взглядом.
Они подкреплялись кусочками ягнятины, запеченными в костре, которые нанизывали на прутики.
Незер, следуя приглашающему жесту Сену, тоже подцепила кусочек, сунула его в золу, пару раз повернула, чтобы запеклось равномерно, и теперь ждала, когда окончательно дойдет.
Разговор при ее появлении шел о том, кто пойдет в эту ночь на дело. Конечно, все замолчали, но Незер не заметила этого, она вела себя так, словно была своей в этом мужском сообществе. Сену решил, что опасаться девушку смешно, тогда не стоило и звать ее, а потому продолжил разговор:
— Хека, сегодня полезешь ты. Остальные на страже.
— А… она? — не выдержал кто-то из воров, кивая на Незер.
Сену скосил на девушку глаза, покачал головой:
— Пусть пока посмотрит.
— На кой она тебе?
В другое время Незер показала бы, как разговаривать при ней так, словно ее нет рядом! Но сейчас приходилось терпеть, от Сену девушке было кое-что нужно, причем срочно.
— Заткнись! — огрызнулся Сену. Повернулся к Незер: — Где ты была, когда за тобой приходили утром?
Та независимо пожала плечами:
— Я должна спрашивать разрешение сходить на рынок? Я пока сама по себе.
— Вот именно — пока!
И замер, встретившись с жестким взглядом девушки.
— Сену, я никогда не была ни у кого в подчинении. Меня можно убить, но не поставить на колени! И приказывать мне нельзя. Запомнил? Все запомнили? — Незер медленно обвела взглядом пятерых мужчин. Позади восторженно ахнул Хека.
Сену довольно хмыкнул, такой женщины у него еще не было.
А та продолжила:
— И делать я буду то, что захочу. Если вас это не устраивает… — Незер развела руками, мол, нам не по пути.
Бывалые воры смутились, кто-то потупил глаза, кто-то, наоборот, восхищенно разглядывал чудо с роскошными распущенными волосами. Сену хмыкнул, оценивающе окинув девушку взглядом:
— Зачем к нам пришла?
Незер хотела сказать, что он сам позвал, но вместо этого пожала плечами:
— Интересно.
Из-за недогляда ветки в костре разгорелись, и вместо золы снова показалось пламя. У Шахкея сгорел его кусок мяса, запахло паленым, остальные принялись выхватывать свои прутики, разговор о Незер прекратился и больше к этой теме уже не возвращался.
Поговорили о предстоящем деле, вспомнили несколько предыдущих, какие-то удачные или неудачные случаи. Надавали Хеке множество бестолковых советов. На девушку уже никто не обращал внимания, все были сосредоточены на новом ограблении.
Немного погодя Незер подсела ближе к главарю:
— Сену… знаешь надежного скупщика краденого? И чтоб богатый был.
Тот скосил на красавицу глаза:
— Стащила что-то ценное?
— Нет.
— Есть что-то на примете?
— Да нет же!
Незер как можно равнодушней пожала плечами, чтобы опытный вор не догадался о ее намерениях:
— У скупщиков есть золото. У богатых скупщиков его много… — Потянулась к костру за своим прутиком, подула, отставила в сторону, чтобы мясо чуть остыло. Все это, словно не замечая внимательного взгляда Сену. Посмотрела ему в глаза. — Зачем воровать что-то в гробницах и потом продавать скупщикам за золото, если можно сразу взять это золото?
Сену ахнул:
— Ну ты и хитрая! А если попадешься?
Девушка отвела взгляд, снова пожала плечами.
— Попасться можно и в гробницах, а скупщик жаловаться не побежит, поскольку сам преступник.
Сену хмыкнул:
— Ладно, назову одного, но он тоже хитрый…
— А если попадусь, то ты скажешь, что я этой ночью была с тобой…
Теперь вожак смотрел заинтересовано:
— А ты будешь?
Девушка окинула его оценивающим взглядом и усмехнулась:
— Потом… если не попадусь…
Девушка вовсе не была воровкой и украла впервые в жизни, ей необходимо золото, много золота, чтобы оплатить раскрытие некой тайны. Ради этого она пришла в Город Мертвых, надеясь заработать вместе с расхитителями гробниц. Тем более тот, кто владел тайной и запросил за нее много золота, тоже жил в Городе.
Теперь у нее было то, что стоило много золотых шетитов, но их еще нужно получить. По тону главаря воров девушка поняла, что со скупщиком опасно связываться. Может, попытаться прямо обменять анх на нужные ей сведения? И пусть владеющий тайной сам идет к скупщику, она может даже назвать имя…
Немного погодя Незер уже беседовала с человеком в балахоне с широкой красной полосой по краю.
Красным был и пояс, поддерживающий его схенти, и сандалии. Ожерелье и браслеты золотые сплошь с красными и желтыми камнями.
