восточная провинция. Закупит зерно у Бинхая, я говорил про это с Ван Ченом.
— А если мы проиграем? — очень тихо спросила она тревожным тоном. — Или ты этот вариант не рассматриваешь?
— Я рассматриваю все варианты, — я встал и подошёл к окну. От него несло холодом, снаружи до сих пор темно. — Если бы я был упёртым болваном, я бы умер давным-давно, а этими землями до сих пор бы правили Накамура. Нужно готовиться к любому исходу. И у меня всегда есть планы на каждый случай.
— Это успокаивает, — сказала она и начала расстёгивать свой чёрный мундир.
Не, кажется, сейчас мне не до этого. Но она всего-лишь вытащила медальон с духом предка, который я ей передал совсем недавно. Огонёк под тёмным стеклом горел совсем тускло.
— Я думаю, пусть побудет у тебя. Пригодится даже в таком состоянии.
— Спасибо, — я повесил на шею. — А теперь отправляйся, и всю охрану бери с собой. И будет неплохо, если они возьмут с собой столько припасов, сколько смогут забрать. В горах суровые условия.
— Поняла, — Громова поднялась и откашлялась. — В таком случае, желаю вам победы, генерал Загорский.
— Обязательно, Ваше Императорское Высочество. Не забудь мою родственницу. А то знаю я её, обязательно останется.
Мы кратко поцеловались, но оставаться здесь подольше мне было нельзя. Ещё куча дел. Войска врага приближались неторопливо, но верно. Скоро будут здесь, и огромные пушки городской обороны заговорят в полный голос.
* * *
Небо серело. Может быть, в этом году Ночь закончится раньше. Думаю, всех нас приободрило бы, если бы долгая темнота прекратилась.
Я прибыл на завод, где Рафаэль Риггер, сегодня без своего сына, печально смотрел, как на север увозят оборудование.
— Это самое ценное, — сказал он, провожая взглядом грузовики. — Будет жалко, если пострадает во время боя. Многое мы уже не восстановим.
— Куда вы всё это денете? — спросил я.
— В тайники в горах, их много. Но, как и вы говорили, на текущий ремонт и производство боеприпасов это не повлияет.
— Что с моим шагоходом? — я кивнул на ангар. — Что вы там нашли в последний момент? Вроде же говорили, что готов.
— Повреждена крыльчатка на турбокомпрессоре. Надо менять. Уже после запуска, когда ваш первый пилот пришёл, нашли. И надо делать калибровку орудия, отдача слишком сильная, ствол разболтался. Заодно придумаю, как это избежать дальше.
— Понял, — я достал записную книжку, чтобы свериться с ней, что ничего не забыл. — Что с пушкой Ищейки? У неё ресурс подходит к концу.
— Мы работали сутками и сделали новую. Но поменять — уйдёт по меньшей мере три дня, даже если не будем отдыхать.
— Долго, — я захлопнул книжку. — Это самое мощное орудие на нашей стороне. Застанут нас врасплох, когда Ищейка без пушки — будет плохо. Пока отложить, пусть проверяют орудие почаще. Ещё выстрелов двадцать у нас есть.
— Да! — Риггер закивал и посмотрел в небо. — Скорее бы уже свет. Надоела здесь эта темнота.
— У вас тут и так постоянная темнота, — я показал на ещё работающий завод, из мощных труб которого выходил густой чёрный дым и стелился по земле. — У вас от этого всего ночь даже летом. А зимой снег чёрный.
— Что есть, то есть. Сейчас-то ещё ерунда. Вот когда победим врага, — Риггер потряс кулаком. — Сына-то я отправил на север. А вот сам останусь здесь, на своих заводах. Их и я не брошу.
Я кивнул и пошёл по своим делам дальше, продолжая думать и думать обо всём.
С одной стороны плохо, что мой шагоход ещё на ремонте. Снимать турбину долго, придётся пока без него. Но с другой стороны — атака ожидается с двух сторон.
Войска восточной линии избежали окружения и отступили. Но их преследовали потрёпанные войска армии Бинхая и часть экспедиционного корпуса заморской империи.
Но всё равно сейчас шансы лучше, чем были. Ведь теперь основные силы не смогут пройти по льду озера, который на севере уже стал таким тонким, что даже не держал человека.
Да и на юге лёд теперь тоже не особо прочный. Озеро не вскипело, но точно оно теперь мёртвое.
Враг пойдёт по берегу, с юга и востока. На этих направлениях мы и сосредоточили защиту. С одной стороны Ищейка, с другой Ужас Глубин, Небожитель в резерве. Плюс пушки.
Мне будет мало наблюдать из оптики, ведь при атаке с двух сторон я увижу не всё. Придётся быть в бункере, чтобы не упустить ничего из донесений.
Но бункер хороший, он замаскирован в горе, нависшей над городом, там отличный вид и связь.
Твёрдый план сражения, как при обороне Мардаграда, тут подготовить было сложнее, поэтому придётся много импровизировать.
Иногда я раздумывал, а не сесть ли мне в кабину Небожителя к Яну? Но нет, это ударная сила, а не командная единица. Пусть лучше Ян стреляет из пушек, а я буду руководить с дистанции.
Зайду к нему, проверю, что с ним.
— А ты чего не уехала? — спросил я, остановившись у машины.
Мария, заметив меня, вздрогнула, но сразу протянула мне серый тряпичный мешочек, который достала из большого военного рюкзака за спиной.
— Да хотела попрощаться! — воскликнула она. — Катерина… кхм-кхм… Её Императорское Высочество уже позвала меня. Но вот, я сегодня напекла.
— Пирожки? — я взвесил мешочек на руке. Он тёплый.
— Мясо нет, так что просто булочки. Несладкие, как ты любишь.
— Вот и отлично. Давай уже, езжай! Тут передовая, это не шутки.
— Уже еду! Только ещё минутку, можно?
— Что такое?
— Мы же вчера проверяли твой шагоход, — она посмотрела на меня. — Я тоже, я же его лучше них знаю. Всё с ним было хорошо, я проверяла!
— Риггер говорит, что там крыльчатку нужно менять.
— Хм, мы же слушали турбины, всё было хорошо! Я же в команде с ремонтниками…
— Не бери в голову, так бывает. Уже почти заменили. Смотри, вон уже машина готова, Её Высочество скоро уедет.
— Сейчас-сейчас, только отдам.
Мария полезла в рюкзак. Мимо нас по грязному снегу шёл Артур, о чём-то глубоко задумавшийся. Он вздрогнул, когда Мария выскочила перед ним.
— Артур, я вам напекла сама! С повидлом, как вы любите. И для директора
