но взрывы и огонь хорошо видны. Как и силуэты боевых машин.
— Уже на дистанции огня, — докладывали разведчики. — Паладины уже близко.
— Показался Красный Дракон! Идёт следом за атакующим строем.
— Вижу Марионетку!
Печати Огня пока нет. Поступали всё новые отчёты. Все ждали приказа.
— Я обращаюсь ко всем войскам, — раздался уверенный голос Яна по рации. — Мы последняя линия обороны. За нами наши люди. Нужно продержаться как можно дольше. Мы не имеем права сегодня проиграть!
— Да! — завопили по рации, и она заскрипела. — Слава дому Варга! Слава империи!
— И ещё одно, — добавил Ян. — Келвин Рэгвард — мой.
— Они уже близко, — офицеры, стоящие за столом, смотрели на меня.
— Всем войскам, — чётко произнёс я. — Открыть огонь!
Залп больших пушек донёсся даже через стены бункера. Я смотрел в оптику. Паладинов больше не видно, только дым и туман.
— Огневой контакт!
— У них Копья!
— Прорываются танки!
Как и всегда, вроде бы хаос, но тот, кто разберётся в нём, победит. У меня была оптика, у меня была рация и хорошая разведка.
В тумане уже видны яркие вспышки игниумовых Копий. С двух сторон сражались ригги. Почти как при осаде Мардаграда, очередная огромная битва, равной которой не было в истории.
Едва ли здесь было хотя бы десять тысяч человек, а скорее всего не больше пяти. Но зато здесь десятки шагоходов.
Город уже начал гореть, когда до него начали долетать снаряды.
— Что на востоке? — спросил я.
— Армия Дома Чэн остановилась и стоит на месте. Не выдвигается и не пытается атаковать снова. У них большие потери.
— Хотят узнать, кто победит, — я усмехнулся. — Ищейка, смени позицию, пригодишься на юге. Они не поймут, что ты ушёл.
— Есть! — ответил Валь.
Туман мешал авиации, но между собой они воевали где-то наверху. Иногда видны всполохи трассирующих. У нас мало крылолётов, но база врага было далеко, а наша совсем рядом и наших прикрывали пушки.
Пилоты шагоходов на земле тоже видели всё плохо, ведь внизу ещё дым от пожаров и взрывов. Помогали только рация и радар. Мне сверху было проще, но не всегда.
А ведь у меня же есть кое-что ещё. Как тогда, когда я смог увидеть шторм на море, и как в него попал флот. На больших кораблях, работающих на игниуме, тоже есть духи предков.
Но такой сильный — сейчас у меня. И он может смотреть туда, где не вижу.
Я потянул за цепочку на шее и вытянул амулет Громовой с её духом предка.
— Ты знаешь, что мне нужно, — шепнул я.
Я бы хотел с ним поговорить, но не знал, как именно. Катерина могла говорить с ними, Ян тоже. Я почему-то нет. Но зато он понимал меня.
Дальше стало странно. Я будто видел всё в оптику и слышал, как между собой переговариваются штабисты. Это мои глаза и уши.
И одновременно с этим видел кабину Ужаса Глубин. Марк сидел в кресле первого пилота. Второго пилота нет, только радист и канонир.
— Канонир, — крикнул он. — Целимся в ноги Марионетки! Там зубчатая передача между листами брони!
— А где она? — удивился прыщавый парень, вспотевший от волнения.
— Я наведу сам, — Марк вздохнул и посмотрел на сидящего неподалёку светловолосого парня. — Радист, соедини меня с Ищейкой.
Я встряхнул голову и смог сфокусироваться на себе самом. В оптику видны силуэты Ужаса и Ищейки. Они недалеко друг от друга, всего несколько километров.
Между ними остальные шагоходы оборонительной линии. Пока на востоке передышка, мы сможем справиться с главными силами врага. Но резерв я пока в бой не пускаю.
Марионетка Великого Дома Нумер нагло наступала на наших. Она держалась вне сектора самых страшных орудий городской обороны. Красный Дракон от неё отстал, его я совсем не видел.
— Сфокусировать огонь на Марионетке, — приказал я. — Вывести её из строя!
Я снова вижу кабину Ужаса.
— С Ищейкой? А? Что? — Радист испуганно щёлкал какие-то тумблеры, и не сразу смог справиться с задачей. Но справился.
— Ищейка слушает…
Я будто рядом со входом в электрокамеру, видел всё через синюю дымку. Хотел бы посмотреть, что у Яна, но дух направлял меня только сюда.
— Валь, долби его по коленям! — крикнул Марк. — Из всего, что есть!
— Понял, Марк!
Оба Исполина выстрелили разом, но Марионетка не упала, а ответила залпом из двух орудий. Ужас Глубин затрясся, под потолком загорелась красная лампочка тревоги.
— Правая рука вышла из строя, — доложил старший механик.
— Стреляем из всего остального!
Затрясся сильнее. Канонир вскрикнул и закрыл голову руками. Радиста тошнило. По броне били многочисленные снаряды, в кабине стоял звон. Марк, глядя на своих людей, покачал головой и закричал:
— Я вас отсюда вытащу живыми, вы поняли?! Но только не покидайте свои места или сдохнем все! Понятно вам или нет?! Продолжаем бой!
Меня будто выбросило из кабины. Я вспотел, это и мне давалось тяжело. Вызвать бы бурю, но предок не всемогущий. На это его не хватит. Он почти потух.
Бой продолжался, Ищейка и Ужас стреляли по Марионетке. Ужасу доставалось хуже, весь огонь наступающие сконцентрировали на нём. Но Марк молодец, он менял позиции.
Один раз он даже врезался во вражеского Катафракта, сломав ему ногу. Яркие всплески Копий мелькали в тумане, но толстую броню Ужаса они прожечь не могли.
Другие ригги стрелялись между собой. Танки, сунувшиеся на поле, несли огромные потери. Но и шагоходам доставалось.
Ищейка стояла на дистанции, вела огонь. Очередной выстрел и Марионетка начала опасно наседать набок. Нога задымилась. Как же там должен стонать перегруженный металл.
Выстрелил Марк из левой руки, и вражеский Исполин грохнулся, подняв целое облако пыли и дыма. Минус один!
— Готов! — голос Валентина был настолько радостным, прям как в академии, когда мы побеждали. — Марк, мы его сделали! Рома, ты видел? Ян, а ты видел?
— Не расслабляемся, парни, — сказал я. — Осталось немного. Выведем их Исполинов — остальные дрогнут и убегут! Уничтожить Красного Дракона! Огонь из всех орудий!
— Есть! — разом ответили Марк и Валентин.
Красный Дракон отходил, я его не видел. Большие пушки обороны стреляли по Паладинам. А предок больше не закидывал меня в кабину,
