и отпустят в самостоятельное плаванье на всю практику. И должны они будут в этом плаванье нести доброе, вечное и светлое.
— Потому, что у школы и так репутация не очень, — проворчал Ленц Бажия.
Еще, маги-недоучки могли в этом путешествии зарабатывать и оставить все деньги себе.
— Если нам кто-то заплатит деньгами, а не дрекольем по спине, — сказал Ленц и зевнул.
— Какой-то ты пессимист, — заметил Шелест.
А еще студентусы должны были вести дневники, отмечаться в портально-почтовых отделениях и дознавательских управах, и не влезать в сомнительные приключения. Потому, что школе они нужны были живыми и здоровыми.
— Ну да, столько трупов хоронить накладно, — сказал Ленц и магистр Лададатия наконец откланялся.
Просто так студентусов все-таки в самостоятельный поиск приключений не отпустили. Провели несколько лекций по технике безопасности. Напомнили о чести и достоинстве. Сообщили, что лошадей на всех не хватает и заставили тянуть жребий. Как будут путешествовать те, кому лошади не досталось, никто так и не объяснил. Видимо предполагалось, что они отсидятся в ближайшем леске, а потом вернутся с покаянной речью о том, что всю практику просидели в плену у разбойников, леча их главаря от несварения желудка.
Кроме лошадей, которых всем не хватило, студентусам достались древние, обтрепанные карты с загадочными пометками. По картам следовало искать населенные пункты, отделения портальной почты и дознавателей. Вместе с картами всучили не менее древние, местами погрызенные мышами сумки со сменным бельем и разными нужными вещами. Среди нужных вещей даже завалялись пять серебряников. Зато котелки были новенькие, жалко только, что подозрительно тонкие. А в том, что лечебные зелья не просрочены, завхоз почему-то клясться отказался.
— Если на нас нападут немертвые, у нас есть шансы отравиться и не почувствовать как нас едят, — со странным оптимизмом заявил Ленц.
Его тут же обозвали разными нехорошими словами и чуть не побили. И наверное, бы побили, если бы завхоз не решил порадовать студентусов тем, что им выдадут оружие. Настоящее, заговоренное, годящееся для сражения с немертвыми. Попутно завхоз стал душевно просить не применять это оружие против живых.
— Даже если на нас разбойники нападут? — спросила одна из присутствующих девушек и скромненько пошаркала ножкой по полу.
Завхоз мрачно посмотрел на это дивное виденье, пробормотал, что в его время баб в маги не пускали, и милостиво разрешил сражаться с разбойниками. Правда, тут же засомневался, что у девушки это получится. И посоветовал применять магию.
Как ни странно, девушка даже спорить не стала. Вместо этого она опять пошаркала ножкой и задала вопрос, который всех волновал:
— А кушать мы что будем? В прошлом году мастер Брим поливал поля и нас за это кормили селяне, но ведь поливать не все умеют, а для грибов не сезон и охотиться я не умею.
— Ты просто дичь не умеешь выбирать, — жизнерадостно сказал Ленц. — Правильная дичь водится в курятниках, и охотиться на нее надо ночью, желательно предварительно накинув на это строение полог тишины. Но можно и так. Пока хозяева выскочат, сбежать наверняка успеешь. Проблема может быть только с собакой, но если взять правильную травку…
Завхоз отвесил Ленцу подзатыльник и отправил выяснять вопросы пропитания к главе школы. Потому что самому завхозу этот глава ничего о пропитании не говорил.
В общем, практика предполагалась веселая.
Насколько, студентусы поняли во время жеребьевки. Многострадальный мастер Брим нарезал бумаги, написал на обрезках имена студентусов, бросил все это дело в коробку из-под дамской шляпки и стал вытягивать по одной обратно. А вытянув четыре, долго хмурился, беззвучно шевелил губами и дергал себя за бородку. После чего заявлял, что так никуда не годится и тянул еще, составляя из вытянутого группы по своему усмотрению.
Девчонок он в итоге определил к тройкам рослых, сильных или умелых парней. Признанных придурков, ищущих неприятности на свои головы, скомпоновал вместе и пробормотал, что если свернут себе шеи, то хотя бы никто не виноватый в этом идиотизме не пострадает. А Ленцу, Шелесту и Дамиру не хватило в группу четвертого, но мастер Брим махнул рукой и сказал, что эти выкрутятся. Ленц даже восхитился такой верой в себя любимого.
Чем питаться в путешествии, так и не смогли выяснить. Завхоз, видимо пересчитав запасы и найдя среди них начавшую портиться крупу, засадил очередных штрафников за рассыпание этой крупы по крошечным мешочкам. На каждого практиканта получалось по три мерных лопатки. И если некоторые девушки могли на этих запасах продержаться сравнительно долго, но парни вряд ли бы сумели растянуть на трое суток.
На следующее утро перед библиотекой выстроилась очередь из жаждущих новых знаний. Правда, жаждали все эти люди знания однообразные. Всем срочно понадобилась «Теория создания отсекающих пологов». Даже девушкам. Видимо собирались варить кашу на бульоне из курятины.
Ничего не подозревающий библиотекарь раздал все наличествующие книги, а было их немного. А тем, кому их не досталось, посоветовал читать компаниями и писать конспекты.
— Знаете, — сказал приятелям обычно молчаливый Дамир, когда они по стеночке прошли мимо дерущихся за книгу парней. — Кажется, я понял всю глубину замысла наших преподавателей. Нам не дают с собой еды, чтобы заставить работать, а не сочинять отчет. Тех серебряников не хватит на всю практику, даже если мы будем ночевать под открытым небом и пасти лошадей, не покупая им зерно.
— Хм, — глубокомысленно отозвался Ленц. — Интересно, как много найдется идиотов согласных нас нанять? Нет, я не говорю конкретно о нас, мы еще неплохая перспектива. А некоторые ведь как начнут чудить… В общем, добьются наши преподаватели того, что бедные студентусы начнут грызть кору, как зайцы по зиме. Надеюсь, хоть соли нам с собой дадут. Может, она поможет забить вкус древесины.
Задумчивый Шелест кивнул. А потом невпопад сказал:
— Надо заехать во Пятилистник, в деньгохранилище.
— Грабить будем?! — воспрял духом приунывший Ленц.
— Нет. У меня просто есть сбережения. Я клад нашел, не мог же я его притащить в школу, — сказал Шелест и посмотрел на пол.
