говоришь мне ты?
Я закатываю глаза.
– Да ладно тебе.
– Что? Вообще-то я имею сегодня на это право.
– Ну так и я тоже.
– Туше́.
Я показываю ему средний палец. Он смеется.
– Ты правда хотел сегодня напиться с моим мужем? – спрашиваю я, не скрывая сарказма.
Мы оба знаем, что с Калебом веселиться практически невозможно. В данном случае «веселиться» означает «употреблять алкоголь». После двух шотов он храпит так, будто кто-то никак не может просверлить дрелью кусок фанеры.
– Ну, – отвечает Райан, – по этой части я в любом случае рассчитывал на тебя. А вот по части разговора мне был нужен твой муж.
Я скрещиваю руки на груди. Я сегодня зла на Калеба, поэтому буду злиться даже на то, на что никогда бы и не подумала злиться.
– Это нечестно, – бурчу я. – Мы с тобой начали дружить раньше.
Райан кивает и улыбается, понимая, что я просто цепляюсь.
– Да, но ты увела у меня лучшего друга и женила его на себе, так что я тоже на тебя злюсь.
Бросив на него хмурый взгляд и увидев нахальную улыбку, я больше не пытаюсь делать вид, что зла. Я смеюсь.
– Как скажешь.
Мой смех быстро стихает, когда я смотрю на свой телефон, лежащий рядом. Он даже не пишет.
– Эй, – Райан низко склоняет голову, пытаясь заглянуть мне в лицо. – О чем думаешь?
Я не смотрю на него. Обхватив руками колени, я прикрываю глаза и произношу то, о чем боялась даже подумать.
– Мне страшно, Райан. Я боюсь, что он мне изменяет.
Он улыбается. Серьезно? Разве это смешно?
Видя, что я не улыбаюсь, а даже наоборот, Райан быстро убирает улыбку с лица и поворачивается ко мне.
– Подожди. Ты серьезно так думаешь?
– Нет, просто… иногда мне кажется. Ты что меня не слышал? Я говорю, что я этого боюсь.
Райан замолкает, задумавшись. При этом его темные, красиво очерченные брови сходятся над переносицей.
– Никки, ты же понимаешь, как это абсурдно звучит.
Я раздраженно пихаю диванную подушку в его сторону.
– Вовсе нет. Ему вполне может понравиться другая или ему захочется… не знаю, поэкспериментировать. Разве не поэтому мужчины изменяют?
– Так. – Райан ставит бутылку на журнальный столик и выпрямляет спину. – Мы сейчас не будем обсуждать эти штучки, которые вы женщины так любите обсуждать. – Он делает голос на октаву выше. – «О, все мужчины изменяют», «о, им всегда нужно разнообразие», «о, он такой козел». Нет и нет. Просто еще немного подумай. Калеб тебе НЕ изменяет.
Прикрыв глаза, я качаю головой.
– Сердце мне подсказывает, что нет, конечно же нет. Но…
– Понятно, – со вздохом произносит Райан, снова откинувшись на диване.
Наступает тишина, которую заполняют тихие звуки какого-то фильма по телевизору. Я уже начинаю медленную борьбу со сном, когда Райан произносит:
– Я хочу тебе кое-что рассказать.
Моргнув несколько раз, я окончательно прогоняю сон.
– Что именно?
Он поджимает губы и его лицо приобретает очень знакомое выражение. Виноватое. Сейчас он мне расскажет то, что никогда бы ни за что не рассказал, если бы не сегодняшний вечер. Ну и если не виски, конечно.
– Что? – подозрительно спрашиваю я.
Райан складывает руки в умоляющем жесте.
– Обещай, что не будешь злиться.
Я настороженно поддаюсь вперед.
– С чего бы вдруг?
– Пообещай.
– Черт, Райан, я не буду этого обещать, когда ты просишь. Это однозначно то, на что я буду злиться.
Он обреченно вздыхает.
– Ты права. Ты все равно будешь злиться. Тогда пообещай, что это останется между нами. Я тебе ничего не рассказывал. Обещаешь?
– Это я могу.
Райан внимательно изучает мое лицо.
– Я серьезно, Никки. Это мужские штуки, о которых женщина даже слышать не должна. Ты хоть понимаешь, как я рискую?
Издав нервный смешок, я снова киваю. У меня уже начинает болеть шея.
– Это будет наш секрет. Я тебя не сдам.
– Наш единственный секрет, – добавляет Райан. – Причем о котором не должен знать Калеб.
Любопытно.
– Говори уже.
Вдохнув и выдохнув, Райан делает маленький глоток. Видимо для храбрости.
– Помнишь прошлой весной мы с Калебом тусовались на мальчишнике Джейка Мортона?
Как такое можно забыть?
– Вы привезли Калеба в розовых стрингах и леопардовой шляпе. Он всю ночь спал рядом с унитазом, а утром не мог вспомнить, откуда эти чертовы стринги.
Райан смеется.
– Точно! Это было круто. Я давно его таким не видел.
– Да уж. У него неделю задница чесалась.
Теперь мы смеемся оба, забыв к чему вообще все это вспомнили.
– В клубе весь вечер на Исайю пялился один парень. Мы с Калебом сказали ему, что наш друг тоже гей и что он может к нему подкатить.
У меня округляются глаза. Таких подробностей я не знала. Так вот о чем предупреждал Райан? Он приоткрыл завесу к жестким шуткам мужчин.
– Как жестоко, – возмущаюсь я. – Вы просто посмеялись над бедным парнем.
– Все в порядке, – отмахивается Райан. – Мы не имели в виду ничего плохого. Просто тупая шутка. К тому же парень ушел с другим, потому что наш Исайя уже спал за столом в обнимку с резиновой куклой.
Я открываю рот, и Райан хватается за голову.
– Не спрашивай. Ты этого не слышала. Черт, мне пора заткнуться.
– Я тоже так думаю, – охотно соглашаюсь я. Что-то мне уже не очень хочется слышать подробности этого мальчишника.
– Я хотел рассказать только один эпизод. Не перебивай и послушай, – строго добавляет он.
– Ладно.
– Мы продолжали веселиться, ну и… в общем, недалеко от нас отдыхали девушки.
Я крепко сжимаю челюсть.
– Было же строгое правило…
Райан делает умоляющее лицо.
– Да, так
