— Нет, — не колеблясь ни секунды, сказала Аннелиза. — Мой отец хороший человек. Я всего лишь не хочу, чтобы работа имела отношение к моей личной жизни. Мне кажется, я имею такое право.
— В любом случае, я бы не возражал против этого.
На ее лице проступило изумление, которое сменилось облегчением. Аннелиза вновь овладела собой.
Наблюдать за столь быстрой сменой настроения было очень интересно. Джек подозревал, что ее исключительный самоконтроль не был врожденной чертой характера. Интересно, благодаря чему она приобрела такую способность владеть своими эмоциями? Может, ей тоже пришлось пережить какую-нибудь трагедию, которая научила ее скрывать свои мысли?
— Могу я поинтересоваться, почему вы ни разу не упомянули о своей матери? — наугад спросил он.
Аннелиза судорожно сглотнула.
— Моя мать умерла, когда мне было двенадцать лет.
— Тяжело в таком возрасте лишиться матери. Начало переходного периода…
— Терять близких людей тяжело в любом возрасте.
— Верно. Но эта утрата наверняка научила вас, как можно пережить страшную потерю. Через что проходит ребенок, оказавшись в такой ситуации. Ваш личный опыт поможет Изабелле справиться с ее горем?
— Наверное… — Аннелиза ненадолго задумалась. — Но я сомневаюсь.
— Почему?
— Несмотря на общность трагедии, каждый человек индивидуален и переживает свое горе по-разному. Для таких случаев нельзя написать общую инструкцию.
Джек некоторое время изучал ее лицо, размышляя. Искушение нанять Аннелизу Стефано было очень велико. Но что-то его настораживало.
— Вы познакомились с Изабеллой и поняли, какая огромная работа вам предстоит. Почему вы не ушли, как некоторые женщины?
Аннелиза облизнула губы и с величайшей осторожностью ответила:
— Изабелле нужна поддержка. Возможно, я смогу ей помочь. В крайнем случае, я на своем опыте узнаю, что значит работать с трудными детьми и по силам ли мне это занятие.
— Должен признаться, меня не очень радует, если кто-то воспринимает эту работу как тест на испытание собственных возможностей. — Джек видел, что его замечание встревожило девушку. — Есть еще одна деталь, касающаяся Изабеллы, которую вы должны знать.
— Какая?
Джек решил выложить все начистоту. Если это ее отпугнет, значит, как ни жаль, но для дела она не годится.
— После того как Изабелла узнала, что ее родители умерли, она ни с кем не разговаривает.
— Что, совсем? — Глаза у Аннелизы расширились.
— В качестве средства общения она выбрала крик. В этом вы могли сами недавно убедиться. Поэтому я бы хотел нанять кого-нибудь, у кого больше опыта, чем у вас.
— Понимаю, — кивнула она. — Но я все же хотела бы попробовать.
Джек глубоко вздохнул. Несмотря на то, что он был уже почти готов принять Аннелизу Стефано на работу, существовало две причины, по которым делать этого не следовало. Во-первых, у нее есть знания, но этого может оказаться мало. Что, если миссис Локк сочтет Аннелизу недостаточно квалифицированной? Джек не имеет права ошибиться. Если миссис Локк она не понравится, он не сможет быстренько с ней развестись и жениться на другой. Тогда миссис Локк сразу станут ясны его намерения.
Вторая причина была личного характера — его неодолимо влекло к Аннелизе Стефано. Для того чтобы все сложилось удачно, личные симпатии были нежелательны, тем более что в будущем это могло привести к неожиданным осложнениям. К тому же это было довольно рискованно: если он постоянно будет видеть Аннелизу, однажды он может просто не выдержать и поддаться искушению.
— Благодарю, что нашли время прийти на собеседование, — сказал Джек, убирая ее резюме в папку.
Аннелиза приложила все свои силы, чтобы спокойствие ей не изменило.
— Вы уже сделали свой выбор, не так ли? — В ее голосе прозвучала хриплая нотка, и Джек понял, что она очень рассчитывала получить эту работу.
— Прошу прощения, мисс Стефано. Но вы только недавно окончили учебу. У вас нет практического опыта. Мне нужна женщина, которая уже сталкивалась в своей работе с воспитанием детей, переживших ту же драму, что и Изабелла.
— В любом случае, если вы измените свое мнение, у вас есть мой телефон. — Аннелиза встала и протянула через стол руку. — Спасибо, что уделили мне внимание, мистер Мейсон.
Джек взял ладонь девушки в свою, в очередной раз почувствовав странный диссонанс между мягкостью ее руки и твердостью пожатия — тесное переплетение уязвимости и спокойной уверенности. У него не было сомнений в том, что Аннелиза полностью отдалась бы этой работе и посвятила себя Изабелле… Уж не совершит ли он ошибку, отказывая ей? Джек сразу же прогнал от себя эту мысль. Поддаться сомнениям — значит обнаружить свою слабость, а он еще с младенческих лет уяснил для себя, что слабость недопустима при принятии решений.
Отпустив руку Аннелизы, Джек взял со стола список претенденток и проводил Аннелизу до двери. Открыв ее, он похолодел. В помещении, где недавно сидели женщины, было пусто.
— Ничего себе, — вырвалось у него. Аннелиза обвела взглядом пустые стулья.
— Вы так бесповоротно мне отказали, что я уже не могу надеяться на то, что вы измените свое мнение?
Джек подумал, какие у него варианты. Времени у него совсем не осталось. Он посмотрел на Аннелизу. В общем, она отвечала почти всем его требованиям, которые он предъявлял к няне и своей «жене».
— Почему же? В сложившихся обстоятельствах я готов пересмотреть свое решение.
— Не знаю почему, но я рассчитывала услышать нечто подобное, — кивнула Аннелиза и широко улыбнулась. Улыбка вновь преобразила ее лицо. — Когда я могу приступить?
До них донесся пронзительный детский вопль. Джек удрученно вздохнул.
— Как вы смотрите на то, чтобы приступить прямо сейчас?
— Это зависит…
— От чего?
— Прежде чем я начну работать, мне нужно услышать мнение по одному вопросу одного из самых успешных бизнесменов. — Она лукаво посмотрела на него. — Как вы думаете, могу я попросить повышения зарплаты?
Джек невольно улыбнулся, хотя причин для смеха у него не было.
— Мне очень не хотелось бы в этом признаваться, но сейчас самое время это сделать. — Он махнул рукой по направлению к своему столу. — Не хотите ли вы присесть, пока мы будем обсуждать сумму вашего жалованья?
ГЛАВА ВТОРАЯ
Мэри открыла дверь кабинета Джека, глядя на него с сочувствием.
— Мисс Стефано хотела бы с вами поговорить, — сказала его ассистентка и добавила: — Извините.
Джек взглянул на часы. Няня Изабеллы и его предполагаемая жена выдержала полчаса. Джек надеялся, что она задержится дольше, но он относил себя к реалистам. Да и потом, разве можно было ожидать, что без опыта обращения с детьми Аннелиза сможет справиться с Изабеллой?
— Моя племянница с ней?
— Нет. За ней присматривает одна девушка.
— Хорошо. Я ее жду.
Вскоре в кабинете появилась Аннелиза. Она шла легко и грациозно, и Джек снова залюбовался ее походкой.
Из прически уже выбилось несколько прядей. Глаза потемнели, приобретя оттенок темного золотистого меда, и в них Джек прочитал беспокойство.
— Мистер Мейсон…
— Зовите меня Джек.
— Ничего не получается, Джек.
— Жаль. Вы меня разочаровали. — Джек откинулся на спинку кресла, барабаня по кожаным подлокотникам. — При этом вы обновили предыдущий минимальный рекорд, который составлял один час.
Аннелиза взмахнула длинными ресницами.
— Минимальный? — Из ее горла вырвался хриплый смешок. — Кажется, вы меня не совсем правильно поняли. Я не собираюсь увольняться. Я не могу убедить Изабеллу уйти из вашего офиса. Если мы хотим, чтобы в ее жизни установилось какое-то подобие порядка, то начинать нужно прямо сейчас. — Она подняла брови. — Но может, вы не возражаете, чтобы мы постоянно отвлекали вас от работы?
— Конечно, я возражаю. — Джек снова бросил взгляд на часы и нахмурился. — Кстати, я собирался отвезти вас обеих домой в обеденный перерыв.
