Аннелиза нашла его руку и мягко пожала. Дождавшись, когда Джек немного придет в себя, она спросила, обращаясь к Изабелле:
— Ты ничего не забыла?
Изабелла на секунду задумалась, а затем подбежала к прикроватной тумбочке, схватила рамку с фотографией и прижала к себе.
Подойдя к Изабелле, Джек поднял ее на руки.
— Не переживай, крошка-матрешка, — сказал он, опускаясь на кровать и прижимая девочку к своей груди. — Они всегда будут с тобой рядом. — Джек осторожно отодвинул край рамки так, чтобы они оба могли видеть фотографию. На них глядели сияющие лица Джоан и Пола, а между ними сидела маленькая Изабелла. Джек провел пальцем по лицу своей сестры, и на него нахлынули воспоминания. — Мы с твоей мамой похожи, как ты думаешь? — спросил Джек, впрочем не надеясь получить ответ. И почувствовал радость, когда Изабелла, немного подумав, кивнула.
Густые каштановые волосы сестры были на несколько оттенков светлее его собственных — в них было больше рыжеватых, чем золотистых прядей. Но лицом брат и сестра были очень похожи — одинаковые прямые носы, полные губы, упрямые подбородки. А свои черные глаза они унаследовали от матери — они словно связывали их троих.
— Как же мне тебя не хватает, — вырвалось у Джека.
Изабелла прижалась к нему сильнее, и он почувствовал, как задрожали ее плечики, а рубашка его быстро намокла от слез. Джек обнял девочку и поцеловал в спутанную макушку.
— Твоя мама ушла, крошка-матрешка, но она осталась в нашем сердце. Я знаю, она будет рада, если мы с тобой станем настоящей семьей. Конечно, все будет иначе, чем прежде, но я обещаю, что у нас все будет хорошо.
Джек не знал, как долго они так просидели, обнимая друг друга. За все это время Аннелиза не произнесла ни слова, даже не сдвинулась с места. Когда рыдания Изабеллы, перешедшие в икоту, стихли, Джек поставил ее на пол, а потов, взяв за руку, подвел к ночному столику, где аккуратно поставил фотографию на прежнее место.
— Теперь они смотрят на тебя сверху, — сказал он, садясь перед Изабеллой на корточки. — И я тоже буду о тебе заботиться. Хорошо?
Изабелла медленно кивнула. Аннелиза подошла к ним.
— А ведь твои куклы заждались, когда они смогут поселиться в обещанную для них комнату. Может, пойдем ее искать? — улыбаясь, предложила она.
Джек был ей благодарен. Она вовремя отвлекла их обоих от грустных мыслей, переключив внимание Изабеллы.
— Вот так мы и назовем комнату — комнатой игрушек. Тебе нравится? Когда захочешь с кем-нибудь поиграть, ты всегда можешь пойти туда и принести игрушку к себе, а потом унести ее обратно. Как ты думаешь?
Изабелла перевела взгляд на Джека, словно спрашивая его мнение, а затем кивнула.
Следующий час они провели, выбирая комнату для игрушек и перенося их туда. Когда это было сделано, спальня Изабеллы стала казаться более просторной и уютной. Те игрушки, которые остались у нее в комнате, переселились на полку.
Джек заметил, что после этого своеобразного «переселения народов» все книги остались на своих прежних местах, а также небольшая коробка, в которой хранились пазлы, книжки-раскраски и еще несколько обучающих игр и игрушек.
— Ну, стало совсем по-другому, не правда ли? — сказала Аннелиза.
— Да, верно. Теперь ее комната больше напоминает тихую гавань, чем склад игрушек.
Джек посмотрел на Аннелизу, испытывая желание поговорить о том, что произошло между ними в комнате для игр. Но Аннелиза его опередила:
— Сотрудница из общества по защите прав ребенка заходила сюда прежде?
— Да, — признался Джек и криво усмехнулся.
Неожиданно Аннелиза взяла его ладонь и ободряюще пожала ее.
— Не переживайте. В следующий раз, когда придет и увидит перемены, она обязательно смягчится.
После того объятия в комнате для игр они дважды дотрагивались друг до друга. Однако, насколько мог судить Джек, Аннелиза этого словно не заметила. В отличие от него. Он намотал один ее свободно свисающий локон на палец.
— Перемены, которые произошли благодаря вам. Вы это хотели сказать?
Аннелиза неподвижно застыла, но в основании ее шеи бешено забилась голубая жилка. Девушка стояла к нему так близко, что Джек мог видеть, какая гладкая у нее кожа и какого она теплого матового оттенка, который казался белее на фоне ее темных волос. Он снова почувствовал, как влечет его к себе эта девушка и как ему трудно противиться этому влечению. Несмотря на свой довольно богатый опыт общения с женщинами, ему еще никогда не приходилось испытывать таких чувств. Невозможно было отрицать той власти, какую приобрела над ним Аннелиза Стефано. Даже трудно представить, к чему это может привести, если он все-таки уговорит ее выйти, за него замуж. Впрочем, это еще вилами на воде писано. Аннелиза Стефано, насколько Джек сумел узнать ее за столь короткое время, привыкла во всем полагаться на себя, так что убедить ее будет непросто.
Словно в подтверждение его мыслей, Аннелиза высвободилась из его рук и снова вернулась к разговору об Изабелле.
— Эти перемены стали возможны из-за того, что вы были здесь и Изабелла ощущала вашу поддержку. — Аннелиза предостерегающе посмотрела на него. — Но я откажусь работать, если мы не условимся о том, что касается наших… — она запнулась, но твердо закончила: —…отношений.
Джек невольно восхитился ее откровенностью и пожалел, что у нее нет собственного бизнеса. Она могла бы добиться многого благодаря сочетанию мягкости и прямоты, при этом не оскорбляя чувств людей.
— Хорошо. Оставим пока эту тему. Что в вашей повестке дня идет следующим? — спокойно спросил он, скрывая свое возбуждение.
— Думаю, ланч. — На ее лице мелькнула улыбка. — Как вы смотрите на то, чтобы мы перекусили в патио или прямо на кухне?
— Патио в вашем распоряжении. Сара не любит, когда к ней на кухню наведываются гости, — пояснил Джек.
Аннелиза была этому только рада. В патио было тихо и спокойно. Такая обстановка пойдет Изабелле лишь на пользу. После того как за столом нашлось место для ее куклы, слезы Изабеллы высохли. Пообедав, она села под деревом, качая куклу на руках и что-то напевая.
— Это не продлится долго, — предупредила Аннелиза, запуская руку в вазочку с оливками и отправляя одну в рот. — На вашем месте я бы не обольщалась раньше времени.
— А я-то уже начал думать, что вы помахали своей невидимой волшебной палочкой и теперь у нас все наладится.
— Жаль, но придется вас разочаровать. Ассоциация фей-крестниц еще не снабдила меня волшебной палочкой. Пока это не произойдет, придется пользоваться старыми, проверенными способами.
— Не опускать рук и надеяться на удачу? — предположил Джек.
— Ну, сегодня нам точно повезло. По крайней мере, — поправилась Аннелиза, — везло до сих пор. Кто знает, что будет завтра? Кстати, у меня есть еще одно предложение.
— Слушаю.
— Я действительно рада, что вы согласились уделить на первых порах своей племяннице все свое время. Но думаю, было бы совсем неплохо, если бы вы с ней куда-нибудь съездили. Чтобы у вас с ней были какие-то общие впечатления, воспоминания, понимаете?
— Куда, например? Гавайи? Европа или Карибские острова? — В голосе Джека послышались циничные нотки.
— Вы что же, думаете, что я ради себя стараюсь? — подняла брови Аннелиза. — Пользуюсь возможностью провести бесплатный отпуск? Я имела в виду, проведенное вместе время неподалеку отсюда. Можно снять какое-нибудь бунгало на одном из островов. Желательно, небольшое, чтобы натыкаться друг на друга. Это неизбежно вас сблизит.
— В вашем предложении есть здравый смысл. Но здесь кроется опасность.
На щеках Аннелизы проступил румянец, а в глазах отразилось воспоминание о том, что произошло между ними в комнате для игр.
— Полегче, Мейсон, — одернула его она. — Я имею в виду вас и Изабеллу. Думаю, это в ваших же интересах, так как в этом случае она привыкнет ко мне тоже, а вы сможете вернуться к работе.
— Если я сделаю так, как вы говорите, то за что же я буду платить вам?
