Сенк Итам заговорил слабым, но ясным голосом.
— Я покидаю вас, дети мои, ибо даже Учитель должен умереть. Но помните мои уроки и следуйте всему, чему я вас учил.
— Мы будем помнить, учитель.
Сенк Итам откинулся на спину и улыбнулся Адаму. И только когда улыбка застыла на его лице, Адам понял, что он мёртв.
Они похоронили старого меркурианца той же ночью в тихой роще неподалёку от его маленького домика. Зелёные катайнцы в торжественном молчании наблюдали, как Брабо засыпает могилу. Затем они, похожие на беспомощных детей, уставились туда, где в задумчивости стоял Адам Холл.
— Ты будешь нашим новым Хозяином, чтобы учить нас теперь, когда другой Хозяин ушёл? — робко спросил Брабо.
— Я должен покинуть ваш мир, — мягко ответил Адам.
Но, когда он вошёл в потрёпанный корабль Сенка Итама, его принялась мучать совесть. Снаружи он увидел толпу робких туземцев, наблюдавшую за ним. Но мысль о Рас Алкке, Блисс и Суверемосе укрепила его решимость. Он включил панель управления, и крейсер с рёвом взмыл в космос.
Холл взял курс на зелёную точку Земли. Маленький корабль мог легко добраться до неё. Земля была первой остановкой в одиссее возмездия, которая должна была потрясти всю Солнечную систему.
О Лунном дворце говорили от одного конца Солнечной системы до другого.
Много лет назад «Компания Творцов» решила сосредоточить управление всеми своими Творцами, расположенными по всей Системе, в одном удалённом месте, которое можно было бы легко охранять. Компания выкупила право собственности на Луну у правительства Системы.
Огромные батареи Творцов на Луне производили бесконечные потоки воздуха и воды. Они превратили некогда бесплодный спутник в зелёный, цветущий рай. Среди цветущих деревьев был построен огромный дворец с жемчужными куполами и сверкающими башнями, фантастически прекрасными, словно их вырастили джинны.
Далеко на север от дворца располагался огромный Замок Контроля, из которого каждый Творец в Системе управлялся с помощью радиоимпульсов. Эта строго охраняемая цитадель была опорой могущества трёх магнатов Системы. И, по слухам, где-то в глубине этой неприступной крепости находились хранилища, в которых хранилось две трети всего золота Системы.
Лунный дворец сиял этой ночью, его жемчужные купола поднимались из садов, словно радужные пузыри. Огненные следы рассекали усеянные звёздами небеса — корабли приближались со стороны огромной зеленоватой сферы Земли.
Уилсон Блисс, теперь уже полный, круглолицый мужчина пятидесяти лет с редеющими волосами, обернулся, когда по лестнице взбежала хорошенькая девушка.
— Отец, ты не спустишься? Вечеринка начинается. Мои гости уже прибывают.
— Нет, Джин ещё нет. Сначала я должен ненадолго повидаться с Расом Алкком и Суверемосом по очень важному делу.
— Всегда дела, — разочарованно пожаловалась Джин Блисс, хотя её тёмные, живые глаза смеялись.
— Именно благодаря делам был построен Лунный дворец, — её отец добродушно пожал плечами, а затем сказал: — А вот и Рас Алкк, Суверемос и юный Диро.
К ним приближались три человека, один из которых был едва ли старше девушки.
Рас Алкк, седовласый стареющий мужчина пятидесяти пяти лет, шёл с осознанной гордостью за свою власть и богатство, которую воспитали в нём двадцать лет верховной власти.
Рядом с благородно выглядевшим марсианином шёл и разговаривал с ним Суверемос. Он был всё ещё строен, а красоту его лица подчёркивала седина на висках.
Рядом с Суверемосом находился юный сын венецианца, Диро, энергичный, по-женски красивый юноша.
Когда с приветствиями было покончено, Суверемос с улыбкой повернулся к сыну.
— Ты пойдёшь с Джин и сбежишь от нас, скучных стариков?
— Как будто я когда-нибудь находил тебя скучным, папа! — воскликнул Диро, и в его глазах читалась искренняя привязанность.
— Вы же спуститесь попозже? — С тревогой спросил Жан у троих пожилых мужчин. — Там будет много интересных гостей. Джосс Кири, сатурнианская звезда космо-поло. Силла Кин, новая венерианская телепевица. И очень интересный молодой человек, с которым я познакомился на Межпланетном балу на Земле на прошлой неделе. Его зовут Роберт Холл.
— Холл? — словно эхо повторил Уилсон Блисс.
Каким-то образом ему удалось подавить своё удивление:
— А теперь идите. Мы спустимся через несколько минут.
Венерианский юноша и земная девушка торопливо спустились по лестнице, чтобы поприветствовать гостей, уже прибывавших в приёмный зал. В большом танцевальном зале тихо зазвучала музыка.
Рас Алкк взглянул на Суверемоса, который с нежностью смотрел вслед двум молодым людям.
— Ты, конечно, высокого мнения о своём мальчике, не так ли, Суверемос? — спросил марсианин. — И он думает, что ты, пожалуй, величайший человек из когда-либо живших.
— Нам повезло, не так ли? — Суверемос улыбнулся. — У нас есть всё — богатство, власть, красивые и одарённые дети.
Уилсон Блисс молчал. По его круглолицему лицу пробежала странная тень, когда он посмотрел на звёздный свод.
— Вас никогда не беспокоили воспоминания о том, что мы с ним сделали? — тихо спросил он.
Венерианин пожал плечами.
— Я никогда не вспоминаю о неприятных вещах, — небрежно ответил он. — В чём дело, Уилсон? Тебя всё ещё мучает совесть?
— Не сказал бы. Но моя дочь случайно упомянула Холла. Это на мгновение напомнило мне обо всём случившемся.
Он слегка вздрогнул.
— Я и сейчас вижу, как в его взгляде застыла смерть, когда мы выбросили его в космос.
— Я предлагаю, — хрипло проговорил марсианин, — вместо того, чтобы ворошить старое, выслушать то, что мне хотелось бы вам сказать. Речь идёт о сообщении, которое пришло сегодня — настоятельной просьбе от каллистян, умоляющих нас снова активировать Творцов в их мире.
— Они сказали, что смогут оплатить аренду Творцов? — небрежно спросил Суверемос.
— Нет, не сказали. Они по-прежнему заявляют, что не могут платить такую высокую арендную плату. Я сказал, что, если они не заплатят, Творцы в их мире останутся выключенными.
Суверемос одобрительно кивнул.
— Так им и надо. Если мы им уступим, все остальные планеты в Системе начнут задерживать арендную плату. Это создало бы плохой прецедент.
— Но поскольку Творцы больше не производят воздух и воду, Каллисто вновь станет засушливой планетой, — с беспокойством сказал Уилсон Блисс. — Всему его населению придётся переселяться.
Тонкие губы Рас Алкка скривились в усмешке.
— Это их проблемы. С помощью Каллисто мы напомним всей Системе, что не стоит тянуть с оплатой.
Уилсон Блисс не стал возражать, и красивый венерианин добродушно улыбнулся.
— Если всё улажено, — предложил Суверемос, — давайте спустимся на бал. Мы пропустим всё веселье.
— Для делового человека балы и вечеринки — пустая трата времени, — с отвращением процедил Рас Алкк.
— Ты всегда был хладнокровной машиной для извлечения прибыли, Рас, — рассмеялся венецианец. — Давай. Это пойдёт тебе на пользу.
Когда трое мужчин вошли в большой бальный зал Лунного дворца, там царило всеобщее веселье. Зал был
