на долю секунды метнулись к стене за моей спиной при упоминании сейфа.
— Мне этого достаточно, — сказал я, поворачиваясь к указанной стене.
Там висела огромная картина в золоченой раме, изображающая какую-то батальную сцену.
— Перемести, — прошептал я, направляя поток энергии на картину.
С громким треском картина сорвалась со стены, открывая встроенный металлический сейф. Владелец кабинета издал еще один испуганный вскрик, но я его проигнорировал, сосредоточившись на задаче.
Сейф был массивным и, без сомнения, защищенным от обычных методов взлома. Но я не собирался тратить время на подбор кодов или взламывание замков. Вместо этого я снова активировал «Перемести», но на этот раз вложил в заклинание гораздо больше силы.
Металл жалобно заскрипел, когда нечто мощное схватило сейф и начало его вырывать из стены. Я чувствовал, как пот выступает на лбу от напряжения. Это оказалось сложнее, чем я ожидал.
С финальным рывком сейф вылетел из стены, оставив после себя облако пыли и обломки штукатурки.
Теперь оставалось только открыть эту железную коробку. Я знал, что обычные методы здесь не сработают, поэтому решил действовать нестандартно. Сконцентрировавшись, я начал манипулировать пространством вокруг замка сейфа, создавая микроскопические искажения в его структуре.
Это была тонкая работа, требующая предельной концентрации. Я чувствовал, как капли пота стекают по спине, пока я медленно, миллиметр за миллиметром, разрушал механизм замка изнутри.
— Вытолкни! — наконец произнес я, подготовив заклинание.
С громким щелчком дверь сейфа распахнулась. Я выдохнул, чувствуя легкое головокружение от напряжения, но быстро взял себя в руки. Времени на отдых не было.
Внутри сейфа обнаружилось множество папок и документов. Я быстро просмотрел их содержимое, выхватывая ключевые слова и имена. Здесь было все — списки клиентов, долговые расписки, компромат на высокопоставленных чиновников, даже несколько фотографий весьма пикантного содержания.
— Это конец, — усмехнулся я, поворачиваясь к владельцу, который сидел в своем кресле, бледный как полотно. — Он даже не осмелился двинуться. Лишь в ступоре наблюдал, как я медленно и методично сжимаю тиски правосудия.
В этот момент за дверью кабинета послышался шум. Я быстро подошел и распахнул ее, увидев знакомую картину: бойцы Судебного Бюро обезвреживали охрану казино, прижимая их лицами к полу и связывая магическими путами.
В кабинет вошел Ярослав Левински, его лицо в этот момент, можно сказать, сияло от удовольствия.
— Когда мне сказали, что кто-то из сотрудников инициировал рейд, я даже не сомневался, что это ты, — произнес он с широкой улыбкой. — Хотя подобное из ряда вон выходящее.
— Это почему? — удивился я, хотя уже догадывался о причине.
— Да потому что внештатному сотруднику никто не давал права пользоваться подобным, — ответил Левински. — Но твое имя уже чуть ли не нарицательное в Бюро, особенно после излова поляков.
Я кивнул, чувствуя странное удовлетворение от его слов. Приятно, когда твою работу ценят, даже если это выражается в таких неординарных формах.
— Что ж, работа сделана, — сказал я, направляясь к выходу с папкой документов в руках.
— Эй, ты куда? — окликнул меня Левински. — Не останешься для транспортировки и допросов?
Я поднял папку, показывая ее Ярославу.
— Здесь есть все, что нужно. С допросами возиться тебе, — ответил я с легкой усмешкой.
Левински немного поворчал о том, что снова вся грязная работа на нем, но было грех жаловаться, потому что каждое такое дело отражалось и на его репутации тоже, причем самым приятным образом. Правда, я уже его не слушал, покидая заведение.
По дороге мне встретился и помощник, который жалобно смотрел на меня. В его глазах читалась надежда на то, что я как-то ему помогу. Вот только он получит по заслугам. И за наркотики, и за пособничество в азартных играх и мошенничестве.
На улице меня встретил прохладный вечерний воздух, напоенный запахами города. Я глубоко вдохнул, наслаждаясь моментом.
* * *
Следующие несколько дней прошли в бешеном темпе. Дело о «Золотом Фазане» быстро набрало обороты, привлекая внимание не только Судебного Бюро, но и высших кругов империи. Игорный дом был закрыт, его активы конфискованы, а владелец и его приспешники арестованы.
Все долги, заключенные в этом заведении, были признаны незаконными и аннулированы. Это вызвало настоящую бурю в определенных кругах общества, но я чувствовал удовлетворение, зная, что многие семьи теперь смогут вздохнуть спокойно.
Что касается покровителей владельца игорного дома, они быстро затихли, осознав, какой компромат теперь находится в руках Бюро. Конечно, из-за бюрократических проволочек никого из них так и не привлекли к ответственности, но я знал, что это лишь вопрос времени. Рано или поздно на них найдется управа. По крайней мере, все это поможет держать их в узде, если, конечно, император не даст задание избавиться от них — вот тогда эта информация пойдет в дело.
Спустя неделю после рейда я вместе с дедушкой отправился в поместье Ростовских. Михаил Евгеньевич встретил меня в своем кабинете, его лицо выражало смесь надежды и тревоги.
— Максим Николаевич, — начал он, как только я сел в кресло напротив него, — я слышал о закрытии «Золотого Фазана». Неужели…
Я молча достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги и протянул его Ростовскому. Его руки слегка дрогнули, когда он разворачивал документ.
— Это… это долговая расписка Степана, — прошептал он, глядя на бумагу широко раскрытыми глазами.
— Была, — поправил я его. — Теперь это просто бумажка. Все долги, заключенные в том заведении, признаны недействительными. Можете оставить себе на память, как трофей. И… напоминание.
Михаил Евгеньевич откинулся на спинку кресла, его плечи заметно расслабились.
— Я не знаю, как вас благодарить, — произнес он дрожащим голосом. — Вы спасли не только моего внука, но и весь наш род. Наша репутация… она после такого была бы разрушена.
— Не стоит благодарности, — ответил я. — Я просто выполнял свою работу.
— Ну что, Миша, я же говорил тебе, что мой внук справится? — сказал Владимир Федорович, похлопывая друга по плечу.
— Владимир, твой внук — настоящее сокровище. Я не помню, чтобы кто-то из Судебного Бюро работал так быстро и эффективно, — улыбнулся он.
Дедушка повернулся ко мне, и я увидел в его глазах гордость.
— Знаешь, Максим, — сказал он задумчиво, — за всю мою долгую службу я тоже не припомню, чтобы внештатные сотрудники работали так эффективно.
Похвала дедушки всегда значила для меня больше, чем все официальные награды.
— Спасибо, дедушка, — ответил я. — На самом деле про игорный дом было известно, просто никто не решался брать на себя ответственность из-за покровителей. Но меня подобное не пугает.
— У тебя отлично получилось, — кивнул он. — Но будь осторожен. Мало ли что эти охочие до денег аристократы придумают против тебя.
— Если
