- Как вас записать в учетную книгу?
- Лауритц Траинен. Лауритц с "тэ" и "цэ" в конце.
- Распишитесь вот тут, пожалуйста, сэр доктор... - старик развернул журнал к Лауритцу, а это его "сэр доктор" прозвучало почти иронично...
Лекарь по всем правилам поставил свою подпись аккуратным, витиеватым и остреньким почерком в строке, над которой значились по большей части лишь крестики да криво выведенные инициалы, и получил монеты - одну серебряную и стопку рассортированных медяков.
Из ломбарда Лауритц вышел в подавленном настроении. Вроде бы, карман теперь приятно тяготила какая-никакая наличность, но на душе все равно было паршиво. Подняв глаза от грязной мостовой под ногами, доктор заметил, что его недавняя "знакомая" никуда не ушла, а продолжала подпирать стенку на своем рабочем месте.
- Поди сюда, - после минутных раздумий подозвал он девицу к себе, и та осторожно, недоверчиво, но подошла. Она же полагала, что раз человек только что вышел из заемного дома, то деньги у него в данный момент точно должны водиться, а деньгам проходить мимо позволять нельзя.
- Поближе подойди, не бойся, - лекарь коснулся кружевных складок на ее плечах, и девица не противилась - ее уже давно не возмущало то, что ее трогают, где придется, это не вызывало у нее вообще никаких эмоций. Но молодой мужчина лишь запахнул на ней верхнюю часть платья, прикрыв, так сказать, "срам", и заколол края тонкой ткани своей малахитовой булавочкой. Теперь его эстетические чувства были более-менее удовлетворены. Он хотел еще добавить, что это что-то вроде подарка, и она ему за это ничего не должна. Но решил, что девчонка и сама догадается. - Счастливого тебе дня, - тихо и бесцветно проговорил он, устало вздохнул и направился по своим делам, оставив представительницу древнейшей профессии застывшей на месте и недоуменно хлопающей глазами.
Что теперь было у Лауритца в карманах? Правильно, деньги. Ну, да, еще руки. И записка. Какая-такая записка?.. Да обыкновенная, простой листочек бумаги, исписанный всего парой строк, сложенный вдвое и принесенный еще утром мальчишкой-посыльным. Пальцы врача теребили уголок этой бумажки, а про себя он повторял ее незатейливый текст, заученный наизусть: "Все еще ищешь работу? Приходи сегодня ровно в восемь в таверну "Старая акула" и я решу все твои проблемы!". И написал это не какой-нибудь аноним, а его старый университетский друг, которому можно доверять...по крайней мере, можно было лет пять назад, когда они в последний раз виделись. Но это уже лучше, чем ничего. Ровно в восемь... Только интересно, как этот умник узнает точное время, если свои часы он заложил? Докатился... После часов оставалось продавать разве что совесть, а она у доктора Траинена была старого фасона, большая и качественная, правда уже бессчетное количество раз бывшая в употреблении... В общем, чтобы не просчитаться и не опоздать, Лауритц заявился на назначенное место встречи, лишь только солнце склонилось к горизонту. Медик руководствовался такой логикой, что лучше уж прийти пораньше и посидеть подольше, чем заставлять хорошего человека ждать.
"Старая акула" была далеко не худшим заведением в этой трети острова, но атмосфера неизменного веселья и демократические цены делали ее чрезмерно людной и шумной на радость владельцу и к досаде тех, кто был сторонником времяпрепровождения в тишине и покое. Пробравшись через зал, заполненный посетителями уже на две трети, Лауритц присел за пустующий столик и заказал себе выпивку, чтобы на него не косились, как на простого любителя посидеть на бесплатном стуле. А заказывал он самое ходовое, популярное и дешевое... На стол перед ним трактирная служанка поставила большую кружку, в которую было налито...нет, "налито" - это слишком громко сказано...донышко которой на два пальца покрывал ром, и кувшин с кипятком. Следуя алгоритму, и не задумываясь над своими действиями, молодой человек разбавил ром горячей водой до полного объема, выжал туда, как полагается, дольку лимона, и перемешал. По правилам в этот коктейль напрашивался еще хотя бы маленький кусочек сахара, но сахар был слишком дорог для человека, который затянул пояс потуже и твердо решил экономить на всем... Отхлебнув из своей кружки, Лауритц обнаружил, что получилась у него просто отменная гадость, пить которую возможно только через силу. Ну, что ж, заставлять себя необязательно, зато трезвее будет...
И доктор приступил к самому тоскливому и утомительному занятию - ожиданию. Он подождал сперва немножко, потом чуть подольше, это ему не понравилось, но продолжал он в том же духе. И просидел таким образом, страшно сказать, целых два часа. Все-таки, хорошо, что при нем не было часов, иначе, увидев, как их стрелки неумолимо подбираются к отметке "десять", он рисковал совсем отчаяться... Тем временем, зал таверны наполнился уже практически битком. Воздух стал таким плотным и насыщенным от клубов табачного дыма, кухонных ароматов и запаха алкоголя, что его, казалось, можно было уже резать ножом и раскладывать по мискам как новое дежурное блюдо. А Лауритц все сидел и сидел, понуро уставившись в свою кружку, и с каждой минутой его печаль возрастала в геометрической прогрессии. Молодой господин врач уже почувствовал себя жестоко обманутым, глупо обсмеянным, покинутым, не нужным никому в целом свете и обиженным на несправедливую судьбу. Он уже был готов встать, развернуться и уйти, громко хлопнув дверью (все равно в таком шуме этого бы никто не услышал), если бы тот, кого он так терпеливо ждал, не изволил бы явить свою персону в самый последний момент.
Первым доктора настиг резкий и приторный аромат дешевых женских духов, а сразу за запахом появился и носитель этого неподобающего "шлейфа" - молодой мужчина, хорошо одетый, с черными волосами, уложенными на висках в аккуратные напомаженные завитки, и с довольной улыбкой, цветущей на лице.
- Лауритц! - громко воскликнул он, чтобы товарищ не делал вид, будто они совсем не знакомы, - Сколько лет! Как же я рад тебя видеть, дружище!
- Я тоже рад, - сдержанно ответил рыжий, - но я, честное слово, был бы рад видеть тебя больше, Паоляйн, если бы ты явился на пару часов раньше.
- А я что, немножко опоздал?..
- Немножко?! Да тебя не было целую вечность.
- Да ладно тебе... Подумаешь, какие пустяки... Я, между прочим, с девушкой познакомился! Даже с двумя, представляешь, я сразу спросил у своей красавицы о том, есть ли у нее подружка, ведь я тоже как бы с другом. И она у нее оказалась! - в глазах Лауритца сейчас читался немой и строгий вопрос "Ну и где хоть кто-нибудь из них?", и Паоляйн не замедлил на него виновато ответить, - но они оказались настолько нетерпеливыми, что мне пришлось им сразу...уделить внимание, при чем обеим одновременно.
