и откидывается на спинку стула.
— Саби, мы найдём кого-то другого, — произносит он достаточно тихо, чтобы услышала только она. — В городе работает не один стилист.
Не знаю, что злит меня больше — то, что он оберегает нас от стычки, или это уменьшительно-ласкательное «Саби». Меня он никогда даже Аля не называл, и от этого за рёбрами начинает неприятно печь.
Я прошу Влада подать мне сыр, и он, в свою очередь, интересуется, хорошо ли я себя чувствую, потому что творю глупости и порчу его идею. Этого он не озвучивает, но я знаю, что думает.
Мы достаточно долго живём вместе, чтобы муж не мог не заметить, что со мной что-то не так. Я была бы благодарна, если бы он предложил уехать прямо сейчас. И ещё более признательна, если бы Аслан не лез не в своё дело.
Со звоном откладывая приборы в сторону, я вдруг спонтанно принимаю совершенно иное решение и обращаюсь к Сабине:
— Впрочем, я вспомнила, что на следующей неделе у меня есть окошко. Напишите мне в воскресенье — я посмотрю ежедневник и скажу более точное время.
4
Благотворительный вечер в поддержку инновационных проектов у Игоря Дымова проходит достойно. Организатор щедр на алкоголь, еду и развлечения, поэтому наша семья оставляет приличный взнос.
Я почти не притрагиваюсь к еде, но Влад хвалит закуски и салаты. Единственное, чем я пополняю желудок, — кусочек бри и овощи.
В горле ком. Внешне я веду себя расслабленно, а внутри всё закипает и бурлит.
Влад немного разговорил молчаливого гения, а я тем временем успеваю обменяться парой фраз с его невестой. Она старше меня на год, раньше работала учителем начальных классов, но сейчас, как сама иронично замечает, висит на шее у жениха.
Я не навязываюсь, предпочтительно молчу. Смотрю то на ведущего, то в тарелку, то на экран телефона, буквально отсчитывая секунды до того, как смогу уйти. Стараюсь не слушать, о чём общаются мужчины, но нет-нет, а в сознание прорываются отдельные фразы.
Аслан не просто стал кем-то, он встряхнул мир цифровых технологий. Его компания занимается разработкой интеллектуальных систем на основе ИИ для строительства, ритейла, логистики, медицины и финансов. Главная особенность — уникальные алгоритмы, которые адаптируются под конкретные задачи бизнеса.
Это настолько ново, интересно и увлекательно, что Влад загорается в два счёта. Боюсь, его желание сблизиться с гением только выросло в масштабах после знакомства.
Мы уходим одними из первых гостей, чтобы не слишком поздно забрать Ами у няни, разогреть ужин и искупаться.
Тепло прощаемся с Игорем и Ниной, с Асланом и Сабиной. Чего мне стоит взглянуть в глаза Тахаеву и не дёрнуть ни единой мышцей на лице — одному Богу известно.
Как только я оказываюсь на улице, то запахиваю пальто и делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие кислородом и проясняя мысли.
Пока Влад подгоняет автомобиль к воротам, я набираю няню. Она работает у нас почти с самого рождения Амелии, и у меня никогда не было серьёзных нареканий, но каждый раз, когда дочь не со мной, я испытываю необъяснимую тревогу.
— Алина Михайловна, Ами уснула буквально пять минут назад, — отчитывается Надежда Станиславовна. — Пусть останется у меня, а то жалко будить.
Я отрываю телефон от уха и смотрю на часы. Сейчас всего девять, даже странно, что малышка так рано уснула. Видимо, сильно вымоталась в саду.
— Она поужинала?
— Да, я покормила её спагетти с мясной подливой, куском морковного пирога и чаем. Мы включили мультфильм, но в какой-то момент Ами положила голову мне на плечо и так крепко уснула, что даже не пошевелилась, когда я переносила её в кроватку.
У няни дома три спальни, и одна де-факто принадлежит Амелии. Влад полностью обустроил её детской мебелью и игрушками. Ночёвками мы не злоупотребляем, но бывают дни, когда или Надежда Станиславовна остаётся у нас, или дочь у неё. Хотя я предпочитаю, чтобы ребёнок всегда находился дома.
— Я подъеду в восемь утра, — наконец соглашаюсь на предложение.
— Завтра суббота, Алина Михайловна, пожалейте. Когда Амелия проснется, я сразу же вам позвоню.
Как только муж тормозит у ворот, мы меняемся местами. Глоток шампанского, который я успела выпить, выветрился с первыми же переживаниями.
Я чувствую себя трезвой, а хочу быть пьяной.
Вдавливаю ногу в газ, откидываюсь на сиденье и мечтаю как можно скорее откупорить бутылку вина, которую на прошлых выходных привезла мне клиентка из Италии.
— Спасибо, что согласилась принять у себя Сабину, — произносит Влад, лениво погладив мою ногу. — Понимаешь, если я внедрю уникальный продукт Аслана в свои проекты, то стану на ступень выше остальных.
— Без многоходовок не получится? — устало тру пальцами переносицу. — Почему он просто не может тебе это дать? Без вот этих близких знакомств и всего остального?
— Потому что Тахаев не из тех, кто продаёт свои идеи каждому встречному. Он помешан на качестве и контроле, работает только с теми, кому доверяет.
В ушах звенит от обилия информации. Я по-прежнему совершенно не разбираюсь в программировании, поэтому, чтобы понять, о чём речь, мне приходится сосредоточиться.
— И ты хочешь войти в этот круг? — спрашиваю.
— Хочу. Его разработки — это не просто технологии, а реальный прорыв. Если я получу доступ к системе, мои комплексы станут лучшим предложением на рынке.
Я выключаю обогрев сидений и руля и слегка разминаю шею.
— Наверное, я должна тебе сказать — мы с Асланом немного знакомы, — сбивчиво объясняю. — Он сын бывшей жены моего отца. Я не буду сводить вас — не рассчитывай, потому что не обладаю достаточным влиянием на Тахаева, но озвучиваю это, чтобы в будущем не возникло недоразумений.
В салоне повисает гнетущая тишина. Меня бросает в жар, потому что информация сложно укладывается у мужа в голове. Он усмехается, потом трёт ладонью подбородок. Наконец задаёт вполне логичный вопрос:
— Это всё, что я должен знать?
— Конечно, всё, — отвечаю, не моргнув.
— Ладно, Аль.
Дом встречает нас непривычной тишиной и чистотой — сегодня как раз приезжала домработница, поэтому все вещи Амелии аккуратно сложены в детской.
Не переодеваясь, я направляюсь к бару и достаю оттуда бутылку вина. Откупорив её с помощью электрического штопора и не заморачиваясь с закуской, наполняю бокал и делаю несколько мелких глотков.
С первой порцией тело приятно разогревается, в голове становится свободнее. К счастью, мысли теряют ясность, и я позволяю себе забыть обо всём на свете.
Долгожданный покой охватывает каждую клетку, и я хочу растянуть этот момент как можно
