Кейси схватила платье, натянула на себя и неуклюже стала застегивать сзади молнию. Наконец она оделась, только трусы куда-то пропали! Свою сумочку Кейси нашла на полу, почти под кушеткой. Сглотнув, она схватила сумочку и направилась к выходу.
Осторожно повернув ручку, девушка открыла дверь, и в комнату из коридора просочился узкий золотистый луч света. Прежде чем переступить порог комнаты, Кейси обернулась и бросила на нее последний взгляд. Раньше она никогда не бывала в таком изысканном номере. И никогда не проводила время с таким мужчиной, как Джексон. Фактически и номер, и этот мужчина были так далеки от ее реальной жизни, что она чувствовала себя Золушкой после бала. Волшебство кончилось. Чары рассеялись.
Она вышла в коридор, закрыла за собой дверь и почти побежала к лифту.
Пора возвращаться в реальный мир.
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Ее зовут Кейси. Примерно пять футов, пять дюймов, светлые волосы и голубые глаза.
— Что ж, по крайней мере, описание подробное, — задумчиво произнесла его секретарь Анна Корик. — Голубые глаза, говорите?
— Понимаю, смешно. — Но Джексон не смеялся.
Проснувшись, он обнаружил, что лежит один, и если бы запах лаванды до сих пор не чувствовался на его коже, если бы он не нашел на полу в гостиной белые кружевные трусики, то был бы убежден, что несколько часов с этой таинственной девушкой существовали лишь в его воображении.
Ну почему, черт возьми, она ушла, не сказав ни слова?
Анна, женщина средних лет, мать четверых детей, работала у Джексона на аэродроме семьи Кингов. Она лучше всех выполняла канцелярскую работу и делала для Джексона и его пилотов все, чтобы расписание соблюдалось неукоснительно. Будь у военных хоть какой-то здравый смысл, часто думал Джексон, они бы давали матерям генеральские звания. Анна следила, чтобы его работа шла по строго заведенному порядку. Жаль, что она не могла так же умело распоряжаться его личной жизнью.
Он о чем-то подумал и щелкнул пальцами.
— Погодите. Она сказала, что ее полное имя Кассиопея. Это поможет вам найти ее.
Анна оторвалась от отчетов о расходах топлива и часах, которые налетали пилоты за последний месяц, и удивленно взглянула на Джексона карими глазами.
— Как бы мне ни льстила мысль, что вы считаете меня волшебницей, но для того, чтобы найти вашу девушку, нужно нечто большее, чем ее имя и цвет глаз. Кроме того, разве вам не хватает других женщин?
Он предпочел сделать вид, что не понял смысла ее слов, и широко улыбнулся.
— Вы правы, Анна, любовь моя! Вас для меня вполне достаточно!
Как он и предполагал, она засмеялась.
— О, Джексон, ну и ловкач же вы!
Да, достаточно ловок, чтобы суметь сменить тему до того, как Анна начнет говорить о вещах, думать о которых ему совсем не хотелось.
Через минуту Джексон оставил Анну наедине с ее работой и отправился в свой личный кабинет. В главном здании имелась комната, где их богатые пассажиры могли в комфорте ждать своего полета. Она была щедро обставлена мягкими диванами, креслами, журнальными столиками со свежей прессой, плазменным телевизором, а также баром с обилием напитков и закусок. Над этой комнатой находились кабинеты. Один — Джексона, другой — Анны и один, используемый как склад.
Окна кабинета Джексона, как и Анны, выходили на аэродром. Стены из тонированного стекла впускали солнечный свет, но сводили ослепляющий блеск к минимуму. А еще Джексон не любил сидеть взаперти, а стеклянные стены уменьшали чувство замкнутого пространства.
Обычно он предпочитал убивать время, летая на личных дорогих реактивных самолетах. Конечно, у него был штат пилотов, но ему нравился свободный стиль жизни, как этого требовало управление собственным бизнесом. А возможность полетать вытесняла в его душе все остальное. Он мог заткнуть за пояс большинство своих пилотов и чувствовал себя в воздухе гораздо счастливее, чем на бренной земле.
Сегодня Джексон подошел к столу, сел и намеренно отвернулся от окна.
— Кейси... Кейси, а дальше? И какого черта ты не оставила своей фамилии?
Он недовольно поерзал в кожаном кресле и взглянул на телефон. Это не должно его беспокоить! Он привык к краткосрочным связям. Но, черт возьми, обычно убегал он! А тут женщина удрала от него посреди ночи.
Когда зазвонил телефон, Джексон схватил трубку.
— Что?!
— И тебе доброе утро!
Услышав голос брата, Джексон нахмурился.
— Тревис? Что случилось?
— Просто хочу напомнить, что мы идем на обед в выходные. Мама Джули остается за няню.
Мрачное настроение Джексона усугубилось. За последнюю пару лет он дважды стал дядей. Сначала у старшего брата Адама и его жены Джины родилась Эмма, теперь почти полуторагодовалая егоза. Затем настала очередь Тревиса и его жены Джули. Их дочери Кейти было всего несколько месяцев, и она уже занимала всю их жизнь.
Хотя Джексон любил своих племянниц, после визита к кому-нибудь из своих братьев он всякий раз с облегчением возвращался в свой тихий, спокойный дом. Никогда так не ценишь собственный холостяцкий статус, как после общения с гордыми родителями и их детьми.
Из-за этой таинственной женщины, приближающегося полета в штат Мэн и ремонта самолета Джексон чуть не забыл об обеде с семьей.
— Я помню: у нас зарезервированы места в «Серенити». В восемь часов. Может, мы встретимся в баре часов в семь, выпьем? Это тебя устраивает?
— Отлично. Ты пригласишь Мэриан?
— Зачем? Она ведь не член семьи.
— Но скоро будет.
— Я еще не сделал ей предложения, Тревис.
— Но ты же собираешься?
— Да. — Он принял это решение более месяца назад. Мэриан Корнис была единственной дочерью Виктора Корниса, человека, владевшего многими крупнейшими частными аэродромами страны.
Соединить их жизни требовали интересы бизнеса. Когда он женится на Мэриан, «Кинг Джетс» станет еще крупнее. Получив неограниченный доступ к многочисленным новым аэропортам, фирма Джексона сможет расшириться больше, чем допускал его первоначальный бизнес-план. Семья Корнисов была богата, но по сравнению с семьей Кингов они были выскочками. Мэриан, получив фамилию и состояние Кингов, сделает приятное своему отцу, который, как известно, был инициатором этого брака, а Джексон получит аэродромы. Ситуация, выгодная для всех. Кроме того, оба его брата женились по расчету и нисколько об этом не жалеют. Почему же у него должно быть иначе?
