class="p1">Толстяк недовольно покачал головой, а Гренка пожал плечами:
-Ну вот, Грис-с-ельд. Стало быть, делов не будет. Ингарчик, ну чего ты? Карточный долг – дело святое. Ты же не хочешь, чтобы дядя Вернон расстроился? Ну так выворачивай кармашки, говорю же…
– Сколько ты ему должен? – Перевел полный недовольства взгляд на Ингара Грисельд.
– Две золотые…
Рука господина Монро скользнула под стол, и тут же на деревянную поверхность приземлился кошель:
-Здесь десять… Играем?
-Рисковый ты парень, Грис-с-ельд…
Монро не просто догадался, он точно знал, что Гренка порхает на седьмом небе от счастья. Проходимцы подобные Гренцу не могут позволить себе упустить лакомый, звенящий благородным металлом, кусок. Отказ от него был бы также противоестественен, как если бы мышь не клюнула на сыр в мышеловке. Благо Черный кот намеревался прихлопнуть толстую, мерзкую тварь. Еще Грисельд понимал, что имеет дело с опытным, нечистым на руку картежником, поэтому держал себя в руках даже когда Гренц вцепился в инициативу всем своим подлым нутром.
Игра называлась «Мудрый король – пьяный король». Игроков принято было считать доблестными правителями, ведущими войско карт к победе.
Первый кон Грисельд проиграл. За ним и второй. Когда войска пошли в атаку в третий раз, сложилась ничья. И все бы ничего, вот только Монро уже третий раунд следил за левой рукой оппонента. Гренц прокололся. За долю секунды мошенник извлек из рукава даму. Он не мог проиграть. Глаза его блестели азартом, и это сыграло с ним злую шутку. Монро вскочил со стула, схватил мерзавца за шею. Перепуганный хитрец попытался оттолкнуть от себя парня, но тут же из треклятого манжета показался предательский картон. Монро схватил туза и с силой хлопнул им по лбу прощелыгу. Вернон рухнул обратно на свое место:
-Итак, мой дорогой дядя Гренц. – Взял негодяя за шиворот Грисельд. – Сейчас ты пьяный король, а я мудрый король. Облапошил Ингара в карты? Думал и со мной получится?
– Но, Грис-с-ельд. Послушай, я объясню. – Вырывался Вернон, но хозяин заведения еще сильнее сжал ткань.
– Я просто хотел…
– Просто хотел легких деньжат…
– Я не… Я…
– Что ты скулишь, псина?
– Грис-с-ельд. Остынь… Остынь, друг… Я просто…
– Никакой я тебе не друг, хуй ебаный. – Он наклонился и прошептал ему на ухо… – Если не хочешь, чтобы вся округа узнала о том, как ты честно зарабатываешь, как ты честно облапошиваешь своих, псина, друзей, то выметайся из моей таверны к ебаной матери, понял? Теперь ты мне снова должен. Ингар напротив – ничего тебе, сука, не должен. И как только я захочу, как только я подумаю, ты принесешь мне долг на блюдечке, иначе я переломаю тебе все ребра… А теперь пошел вон из моей таверны… – Он разжал пальцы, а вскочивший на ноги Гренка бросился прочь. На входе он чуть не сбил двух мужчин. Приглядевшись к вошедшим, Грисельд с досадой вздохнул:
– Твою ж мать. Опять эти…
Патлатый мужчина, нарушитель спокойствия, рэкетир, и как бы выразился Ингар – «Тот самый ублюдок» – с торжеством сукина сына шагал по заведению. Вместе с костлявым другом он зыркал по сторонам что-то или кого-то выискивая. И даже при том учете, что бравая команда выглядела куда серьезнее чем раньше – теперь у них хотя бы оружие при себе было, Грисельд вспомнил, как заливался смехом после драки между негодяями и бородатым, преждевременно лысеющим охранником таверны. Бдительность терять, однако, не стоило. И Монро быстро в этом убедился. Ему для этого потребовались какие-то доли секунды. За спинами сладкой парочки материализовались еще трое. К слову, в одном из них Грисельд узнал того самого бандита, который лежал без сознания на мокрой земле в момент развязанного Ингаром акта справедливости. Сам Ингар обернулся и немного даже опешил. «Ну не могло же это просто так кончится.» – Подумал Грисельд, присматриваясь к снаряжению бедоносной дружины, и делая шаг ей навстречу. Ингар, в свою очередь, набравшись мужества и отряхнувшись, двинулся вслед за Монро.
Худощавый выглядел еще нелепее, чем когда либо. Поверх рубахи на нем была потертая куртка, но что особенно бросилось в глаза – тяжеленный, по всей видимости, загаженный Бог знает чем молот, который висел на поясе, и который походил на груз вроде того что могут прицепить на заключенного боясь что тот сбежит…
Гидеон тоже их увидел. Он как раз отпускал крайнего клиента. Покупатель взял кружку пенного, развернулся на каблуках, и тут же встретился с худощавым. Паршивец теперь уже имевший в распоряжении частично отремонтированную челюсть, ловко выхватил у посетителя кружку.
-Эй, ты че творишь? Ты! – Возмутился посетитель, и обидчику это не понравилось:
– Чего-о? Я счас те дам, рожа! Давай ка вали отседава, пока ветер без камней!
Гнев сменился страхом. И мужчина решил последовать совету чудного бандита. Тем временем, патлач подошел к стойке:
-Где хозяин? – Властно обратился он к старику, и сняв со своей головы шляпу, смачно надел ее на него.
– А те за каким хером эта информация, жмых бородавочный?
– По плохому хочешь? – Съехидничал патлатый, но тут же услышал голос сбоку:
– Здесь я. Что вам нужно?
– Опа-а! – Восхитился худой обернувшись. – Да здесь все в сборе! Глядите ка! Ну что Ингар, допрыгался? С вас троих здоровьем забрать, или деньжат нам подбросите?
«Я тебя сам сейчас подброшу.» – Вспомнил слова уродца из головорезов Анри Грисельд, но решил не озвучивать мысль. Он уже собирался было ответить, но тут Ингар проявил невероятные чудеса отваги выйдя вперед:
-А тебя шо жизнь в прошлый раз ничему не научила? В прошлый тебя! – Ткнул он пальцем в сторону патлача. – В позапрошлый тебя! – Указал он уже на худощавого. – Вам шо мужики, совсем спокойно не живется? Ну не живется так не живется! Гидеон, тащи дрын! Я приступаю к выполнению своих обязанностей.
– К исполнению. – Поправил Крофт.
Посетители стали спешно покидать таверну, а после того, как двое парней положили руки на оголовки оружий, Ингар поменялся в лице.
-Еще шаг сделаешь, и твои обязанности здесь закончатся… – Произнес патлач. После сказанного, в помещении не осталось никого кроме участников конфликта. Гидеон сглотнул ком. Грисельд облокотился пятой точкой на один из столов, и скрестив руки на груди сказал:
– Сколько вам нужно?
– Чем больше тем лучше…
