Читаем без скачивания Необычайны - Дониэль Клейтон

животного. Для Эллы это было абсолютно обычно и привычно… до сих пор. Сейчас, на пристани, все обычное и привычное для ее семьи вдруг оказалось странным и удивительным для всех этих людей, столь не похожих друг на друга.

Но Элла была готова рассказать им обо всем и не сомневалась в том, что ее рассказ обязательно понравится.

– Может быть, подойдем отметимся? – предложила мама.

– Ну наконец-то решились, – улыбнулся папа.

Мама цокнула языком и, крепко взяв Эллу за плечи, направила ее в сторону человека в чалме и с парящим свитком над плечом. Они встали в очередь, и охранители тут же обступили их со всех сторон. Окружающие продолжали глазеть. Элла подмигнула им, совсем как бабушка, когда на нее оглядывались.

Мужчина со свитком улыбался. В его длинной бороде вспыхивали искры, как будто она была осыпана звездной пылью. Нарядная чалма меняла цвет, ее складки окрашивались в оттенки переливчато-сине-зеленого, теплого оранжевого, сливочно-желтого, а крошечные бриллианты на ткани рассыпали искры в лунном свете. Мантия на мужчине была густого темно-красного цвета, отвороты сплошь покрыты всевозможными значками и знаками отличия – Элле сразу захотелось расспросить о каждом. Выискивая информацию про Институт, она узнала, что этот мужчина – арканумский преподаватель с по меньшей мере восьмым уровнем необычайности. На груди у него пульсировала, как живая, пятиконечная звезда – эмблема Арканума.

Преподаватель посмотрел на Эллу:

– Ваша фамилия… кажется, я ее уже знаю.

– Дюран, – ответила она.

Свиток развернулся сам собой, каждое имя вспыхивало, когда его произносил преподаватель:

– Дэвидсон, Делайла. Нет. Думбуйа, Хассан. Не вы. Дуча, Джулия. Не совсем. Домен, Ю-йи. Кажется, мы уже близко. А-а-а, вот… Дюран, Элла.

Она кивнула.

– А я Мастерджи Такур с факультета Вкуса, мастер чудес с пряностями. – Он протянул Элле руку. Девочка протянула в ответ свою, и Такур тряс ее, пока Элла не улыбнулась. Когда же Мастерджи убрал свою руку, на ладони Эллы осталась маленькая анисовая звездочка. – Язык молвит правду! Добро пожаловать. Я очень рад тому, что ты здесь. Надеюсь на более близкое знакомство.

Пока мама и папа беседовали с Мастерджи Такуром, подошел мамин спутник-аллигатор, ткнулся Элле в ногу и улыбнулся во всю свою зубастую пасть. Элла наклонилась и чмокнула Стручка в мокрый нос. Это привлекло внимание еще большего количества людей, и только тут Элла спохватилась, что вид девочки в обнимку с аллигатором двенадцати футов длиной может показаться кому-то странным. Какой-то мальчик шагнул ближе, бросая на аллигатора робкие косые взгляды, за ним подкралась девочка, чтобы рассмотреть хвост Стручка. Мама обернулась и поздоровалась, а Элла начала объяснять, но дети тут же шарахнулись от них и скрылись в толпе.

На пристани вдруг стало тихо.

Сквозь облака скользнули вниз первые небесные паромы. Их медные носы сверкали, как маленькие солнца. На фюзеляжах была отчетливо видна аббревиатура «АИ». Ярко сверкали моторы – в золотых сферах бешено вращались звезды. Элла подумала, что паромы похожи на летящую стаю китов, у которых к животам подвязаны огромные стеклянные вагоны. Внутри перемигивались огни, стояли плюшевые диваны, ездили нарядные тележки с едой.

Элла ахнула:

– Папа, а что у этих моторов внутри?

– Звездные звенья. Ты это будешь проходить на занятиях. – Он положил руку ей на плечо.

Элла затаила дыхание и раскрыла глаза как можно шире. Она хотела видеть все до мельчайших подробностей: почти беззвучное приводнение дирижаблей, их тела, подобные ночному небу с россыпью звезд, облака пара, с шипением вырывающиеся из их плавников.

Из первого дирижабля вышла прекрасная темнокожая женщина в черной мантии и венке из бумажных бархатцев. Она держала в руке трость, сверкающую в лунном свете. Элла знала, что женщина входит в число самых главных людей в Институте, кроме того, она – основная причина того, что Элла туда поступила.

Необычайн-директор Палома Ривера.

Элла видела ее лицо по вестибоксу у папы на работе. Она забегала потихоньку, чтобы послушать речи Риверы о том, что Арканум должен быть открыт для всех, что сообщество необычайнов должно принять всех людей, обладающих магическими способностями.

Элла встала на цыпочки, чтобы лучше видеть. Настоящая Палома Ривера выглядела еще красивее, чем ее изображение в вестибоксе.

Необычайн-директор поздоровалась с Мастерджи Такуром и одним движением направила свиток к себе в карман.

– Добро пожаловать в прекраснейшую звездную ночь, семьи необычайнов. Сегодня наши дети отправляются в путешествие навстречу новому. – Голос госпожи Риверы звучал так же восхитительно, как выглядела она сама: золотистая, насквозь пропитанная солнцем, как прозрачный сосуд, до краев наполненный сладким медом. – Я одна из двух преподавателей, которые будут руководить Арканумским институтом в этом году. Необычайн-директор Макдоналд уже ожидает нашего прибытия.

Госпожа Ривера взмахнула краем мантии, и в воздух поднялось огромное облако папель пикадо – крошечных разноцветных флажков из фигурно вырезанной папиросной бумаги. Флажки были украшены резными изображениями слоников, поросят, коров, змеек, петушков. Бумажные прямоугольнички падали в толпу и разрывались с громким треском. Необычайн-директор показала на отворот своей мантии, постучала пальцем по значку с символом:

– Я с факультета Осязания, мастер чудес с бумагой. Рука не ведает страха!

Несколько человек повторили девиз, и Элла поняла, что они тоже с факультета Осязания. Она оглянулась на папу:

– Мне так хочется поскорее стать творцом необычайных чудес!

– Скоро, малышка, скоро. – Он сжал ее плечо. – У тебя будет собственное чудо и собственный девиз. Ты по праву займешь свое место здесь.

Мама сузила глаза и шумно втянула воздух. Но Элла не могла дождаться, когда станет необычайной.

Сверху посыпалась новая порция папель пикадо. Бумажный малиновый слоник затрубил Элле в лицо. Она хотела схватить его, но он с треском лопнул и превратился в облачко дыма.

Толпа зааплодировала, и госпожа Ривера наклонила голову в легком поклоне:

– Желаю всем много Света! Учеба в Аркануме – дело непростое. Требуются самообладание, благородство, упорство в стремлении разжечь в себе Свет. Но я очень рада, что все вы здесь. – Элла почувствовала, как взгляд необычайн-директора скользнул по ней и ее близким. – Дети, прощайтесь с родителями, нам пора улетать. – Госпожа Ривера показала направо. – Пришло время забрать с собой следующее поколение великих необычайнов.

Двери небесных паромов открылись в облаках пара. Ребята целовали родителей и вставали в очередь на вход. Элла повернулась к родителям.

– Ха! Ну уж нет, – сказала мама. – Мы летим с тобой.

У Эллы обиженно вытянулось лицо, но тут необычайн-директор Ривера прошла сквозь толпу и приблизилась к Дюранам.

Все головы повернулись вслед за ней. Элла замерла.

– Хотите полететь вместе со мной?

У необычайн-директора были такой теплый взгляд и такая искренняя улыбка. Элла оглянулась на маму, ожидая, что та кивнет.

– Уверяю вас, там очень удобно, – добавила госпожа Ривера.

– С удовольствием, – ответил папа. – Правда, Обриэль?

Мама вздернула бровь:

– Да. Да, конечно.

Необычайн-директор подмигнула Элле.

Они направились к самому большому парому в сопровождении охранителей. Остальные ученики с родителями расступались перед их группой. Мама немного нервничала, папа расправлял плечи, Элла сияла, чувствуя себя особенной и не такой, как все.

– Прошу!

Необычайн-директор раскинула руки, и они прошли внутрь. Салон поразил их роскошными, обитыми бархатом сиденьями, множеством медных кнопок, на которые так и хотелось нажать, и огромной картой созвездий, на которой яркими красками играли изображения животных.

– Сюда. – Стюард провел их по длинному проходу.

– И все это только для нас, – заметил папа.

– Ну, одному Стручку потребуется не меньше трех мест, – ответила мама.

– Надеюсь, вам будет удобно. – Необычайн-директор Ривера указала родителям Эллы на купе.

Элла радостно влетела первая, тут же выбрала место, с которого лучше всего смотреть в окно. За ней последовала Уинни и уселась напротив.

Подошла женщина в круглой шляпке-таблетке, в руках у нее был поднос с газированными напитками.

– Хотите газировки? У нас есть любые вкусы. Какую желаете?

Элла выбрала фиолетовую газировку, Уинни – зеленую.

– Только пейте поскорее, пока напиток не улетел, – предупредила стюардесса. – Кстати, после этой газировки при взлете не закладывает уши.

Элла выпила большими глотками – сладкие