Читаем без скачивания Необычайны - Дониэль Клейтон

перекидывать шарик света с ладони на ладонь. – Мой папа творит чудеса с погодой. Он очень любит работать с грозами. Думаю, я пойду по его стопам.

Самайра подалась вперед:

– Ты уже научилась призывать Свет! Как это тебе удалось?

– Годы тренировок. – Лянь сверкнула самодовольной улыбкой. – Брала частные уроки.

– Одна из моих мам – мастер Осязания, как необычайн-директор Ривера, она умеет творить чудеса с драгоценными камнями. – Самайра потрогала украшения на головном покрывале. – Они созданы, чтобы усилить мою память. А родная мама – мастер Зрения, ей подвластна мудрость. Все читают ее знаменитую колонку советов, которую она ведет в «Необычайно Таймс». У нее всегда самые точные предсказания и пророчества. Но я планирую стать мастером Вкуса и открыть собственную пекарню-кондитерскую. Буду создавать лопающуюся от сиропа басбусу, прославлюсь на весь мир своими тортами.[2]

Элла неловко поежилась. Как бы ей хотелось вот так же тараторить о чудесах, которые творят ее мама с папой, но девочка не очень четко представляла, как чарование соотносится с колдовством необычайнов.

Лянь и Самайра перевели взгляды на Шивон.

– Моя мама – мастер Осязания, творит чудеса с металлом, работает с диким железом, может создать из него все что угодно. Папа – мастер Духа, способен проникнуть сквозь любую завесу, – пробормотала она.

– Твоя мама ведь в тюрьме? – спросила Лянь. – Я видела по вестибоксу «Необычайных сплетен».

Щеки Шивон вспыхнули.

Самайра тихонько ойкнула, потом повернулась к Элле:

– Это правда, что у тебя внутри недобрый Свет?

– Неправда, – ощетинилась Элла. – Что еще за недобрый Cвет?

Самайра не успела ответить – в комнату вошли родители Эллы и необычайн-директор Ривера.

– Твои родители здесь? – Лянь скроила презрительную гримаску.

Элла, не зная, что сказать, сжала губы.

– Привет, крошки, – произнесла мама своим глубоким голосом.

Следом за ней протопал Стручок, оставляя на полу мокрые следы. Девочки шарахнулись от Дюранов. Наверное, родители Эллы казались странными ее новым соседкам. Папа – с длинными кудрями, в цилиндре и фраке с длинными фалдами, с квакающей лягушкой на плече. Мама – с роскошной копной волос, в длинном платье, за разлетающимся подолом которого прятался огромный аллигатор, и – что самое заметное – с чародейным рисунком по всему смуглому телу.

– Приятно со всеми познакомиться. – Мама помахала рукой.

Никто не ответил, кроме Шивон.

Необычайн-директор Ривера попыталась завести вежливую беседу.

Мама легонько похлопала Эллу по плечу, и их взгляды встретились. Ее голос проник в сознание девочки, он звучал успокаивающе, как колыбельная: «Твоя комната дома гораздо больше, и спальни в школе у мадам Коллетт ничуть не хуже этой. Я могла бы разрешить тебе ночевать у нее, не возвращаясь домой каждый день. Ты точно решила, что хочешь учиться здесь?»

Сколько Элла себя помнила, мамин вездесущий голос всегда звенел у нее в голове, если она находилась рядом, – от чуть слышного напоминания полить орхидеи до ласкового подбадривания, когда она пыталась учить чародейные карточки или читала сказки перед сном. До тех пор пока у Эллы не появится собственный спутник, который будет охранять ее сознание от любопытных родственников, мама, папа и бабушка смогут свободно проникать ей в мозги, чтобы пообщаться или (иногда) почитать ее мысли.

– Да, мама, – чуть слышно шепнула Элла.

– Хорошо.

Мама наклонилась и поцеловала ее в лоб.

«Чародеи добрее и приветливее», – заструился ее голос в сознании дочери.

Элла кивнула. Но, может, местным просто надо немного привыкнуть?

Папа приподнял цилиндр с гроздью черепов, приветствуя девочек и госпожу Риверу. Девочки продолжали молча глазеть. Ривера улыбнулась:

– Мы очень рады, что ты теперь с нами, Элла.

– Мы с Уинни пойдем прогуляемся, пока ты поможешь нашей девочке разместиться, – сказал папа маме и, подмигнув Элле, выскользнул из комнаты.

Под взглядом госпожи Риверы Лянь, Самайра и Шивон разошлись по своим углам. Элла перевела взгляд с сундуков на их необычайные чемоданы и поняла, что готова бежать в ближайший магазин за такими же. Украшенные изображениями созвездий, да еще распаковывались сами по команде. И ко всему прочему, она здесь единственная, кому мама помогает разобрать вещи. Элла сгорала от стыда.

Мама похлопала дочь по спине:

– Вещи сами по полкам не разложатся.

Элла дернула плечами, потом вместе с мамой убрала белье в комод, повесила в собственный шкафчик пять белых необычайных мантий и поставила горшок с чарозами на тумбочку у кровати. Затем застелила кровать бабушкиным лоскутным одеялом, взбила подушку. Неожиданно пальцы ее нащупали в уголке наволочки что-то твердое. Приподняв подушку, Элла обнаружила зачарованную монетку. Блестящая медь согрела ладонь.

– Спорим, я угадаю, от кого это, – улыбнулась мама.

Элла подкинула монетку и прижала к уху.

«Скоро увидимся, малышка. Рада, что мы будем здесь вместе, – прошептал нежный голос маминой двоюродной сестры Сьеры Баптисты. – Жалко, что я не могу прийти сегодня, но скоро обязательно загляну. Я все еще заканчиваю оформление чаростудии. Надеюсь, она тебе понравится».

Элла не могла дождаться, когда встретится с любимой тетей. Кроме того, она почти не сомневалась, что мама позволила ей поступить в Арканум лишь потому, что тетя Сьера станет преподавать здесь чародейное искусство.

– Она будет заниматься с тобой дополнительно, чтобы вся эта необычайность не закрутила тебе мозги. – Теплые мамины пальцы нащупали чародейную метку на шее Эллы. – Ты уж, пожалуйста, запоминай все, что она говорит. Слышишь?

– Да, мэм.

Элла хотела сказать, что с ней все будет в порядке, но тут в комнату прискакала Уинни и сбила разговор. Она потянула Эллу за мантию, в сторону от остальных девочек.

– Элла, у тебя самая лучшая комната! Я уже заглянула в другие.

– И что там? – спросила Элла, поскольку Уинни просто лопалась от желания поделиться впечатлениями.

Необычайн-директор Ривера улыбнулась.

– Соседняя комната – там тоже живут девочки с первого уровня – называется «Гидра», – выпалила Уинни. – А у мальчиков по коридору напротив комнаты называются «Малый Пес» и «Зепс»! – Уинни неправильно произнесла последнее название. – Дальше комнаты для старших уровней.

– Комнаты всех наших учеников устроены так, чтобы им было удобно. Комнат здесь много, – объяснила госпожа Ривера.

Уинни широко ей улыбнулась и снова повернулась к Элле:

– Тетенька внизу сказала, что из вашей комнаты видно город, потому что у вас самое большое стекло.

– Окно? – мягко поправила Элла.

– Ну я так и сказала.

Уинни рванулась к окну, прижала ладошки к стеклу. Элла с колотящимся сердцем подошла следом за ней к высоким сводчатым окнам. Она видела карты необычайных городов у папы на работе – каналы Астрадама, по которым плавают вереницы судов, изящные улицы Целестиана, развлекательные кварталы Бетельмора. Но мама никогда не отпускала ее в поездки с папой. Все из-за того, что мамина сестра-близняшка Селеста потерялась на улицах Астрадама, когда они были совсем детьми. Но теперь-то Элла посетит каждый небесный город при первой же возможности, по мере того как они будут сближаться с Институтом. Она прокатится на фуникулере по канатной дороге, зайдет во все магазины в верхней и нижней части города и потратит все золотые стеллы и серебряные лунáри, которые ей дал папа… Но она никому об этом не расскажет… и будет очень осторожна.

– Спасибо за рассказ, кузнечик, – сказала мама. – Ты здорово все разузнала.

Уинни, обежав комнату, затарахтела дальше:

– У вас собственная ванная комната! Четыре шкафчика – каждой по шкафчику! Часы летают и передают сообщения! Я тоже такие хочу себе в комнату.

Новые соседки смотрели на Уинни как на муху, случайно залетевшую в дом, и Элла вдруг почувствовала, что краснеет.

– Кузнечик, присядь на кровать и помоги разложить попарно носки Эллы. Что за неряха перевернул у нее в сундуке все вверх дном? – сказал папа.

Но попытки отвлечь Уинни не удались, и он снова увел ее гулять по этажам. Элла со вздохом облегчения вынула список вещей, чтобы проверить, все ли захватила. Школьный рюкзак, готовый вместить толстую пачку учебников, астролябия, стеклянная емкость для погоды, контейнер для специй, ступка и пестик, карта с определениями и характеристиками всех пяти факультетов, новое павлинье перо для письма, подаренное бабушкой. Элла разложила учебники по порядку:

«История необычайнов», Ив Сен-Мишель;

«Что такое чудеса и как мы их получили?»,