Читаем без скачивания Необычайны - Дониэль Клейтон

«Пять необычайных факультетов», Иен Пирс;

«Звезды над нами – астрология всего мира», Райли Клейтон;

«Знаменитые связисты. Выбор канала связи, подходящего для необычайного колдовства», Табита Бледсо.

К пробковой доске у себя над столом Элла прикрепила собственный рисунок с изображением идеальной арканумской формы: белая необычайная мантия, тщательно выглаженная юбка или брюки, полный рюкзак и кристалл-переводчик на шнурке на шее. Затем она достала записную книжку и путеводитель по Институту и обвела пальцем эмблему Арканума – пятиугольную звезду.

Она была готова к занятиям.

После того как все вещи Эллы были распакованы, мама достала из плоского чемодана метлу – одну из нескольких семейных.

– Мы не ведьмы! – воскликнула Самайра.

Необычайн-директор Ривера шикнула на нее.

– Это не ведьмовская метла, милочка, – объяснила мама. – Она нужна, чтобы выметать прочь плохое настроение. Совершенно необходима в новом помещении. Это примерно для того же, для чего Лянь жжет благовония на своем новом алтаре.

Лянь кисло скривилась, оглянулась на госпожу Риверу. А Элла улыбнулась Самайре, чтобы та успокоилась.

Мама постучала пальцами по шкафу:

– Жутко жгучий соус я кладу в самый верхний ящик. Сама понимаешь, здешняя еда не похожа на домашнюю.

– Я все равно хочу ее попробовать.

Мама презрительно вздернула нос:

– Необычайная еда всегда казалась мне слишком пресной.

– Ты что, пробовала ее раньше? – насторожилась Элла. – Ты никогда мне не говорила.

– Я тебе много чего не говорила. – Мама открыла верхний ящик. – Бабушка этот соус специально приготовила, чтобы он добавил огонька самой безвкусной пище. Получится как дома на кухне. – Ее лицо вдруг стало печальным. – Пора начаровывать тебе бутылочное дерево. Это последняя моя задача. Скоро небесный паром увезет нас отсюда, но сначала я должна убедиться, что дерево укоренилось.

– Я сама могу укоренить, – проговорила Элла.

При мысли, что родители уезжают, ей тоже стало грустно, и одновременно ее охватило радостное волнение.

– Знаю, что можешь, детка, но маме хочется тебе помочь.

Мама достала из особого чемоданчика голубые бутылки и обвязала горлышко каждой белым шнуром. Затем поставила несколько фарфоровых фигурок святых семейства Дюран на тумбочку возле горшка с чарозами.

– Малышка, я начинаю жалеть, что согласилась на это, – прошептала она.

– Все в порядке.

Святые захлопали в крошечные фарфоровые ладошки.

– Вечное благословение вашему дому! Спасибо, что извлекли нас из этой ужасной тьмы, – сказал один святой.

– Ш-ш-ш, святой Филипп.

Элла бросила сердитый взгляд на фигурки. Она собственных мыслей не слышала из-за шума, который подняли статуэтки. Их белые блестящие личики довольно сияли. Они трещали без умолку, посылали воздушные поцелуи (особенно святой Валентин), кланялись и приветственно махали руками.

– Замечательная новая комната, Элла! – окликнула святая Катерина.

– Мы тобой гордимся, – добавил святой Кристофер.

– Что это за говорящие штучки? – удивилась Лянь, которая устраивала маленькое логово для своей собаки фу. – Куклы?

– Святые, – ответила Элла.

– Передаются в семье из поколения в поколение. Они нас защищают и дают советы, – пояснила мама.

– Они очаровательны, – сказала необычайн-директор Ривера. – Похожи на обетные картины для алтаря, которые я привезла из Мехико.

Эти фарфоровые фигурки сидели дома в гостиной среди сотни таких же, советуя и благословляя, а теперь они будут присматривать за Эллой, как присматривали за бесчисленными поколениями ее семьи. Даже если она не захочет, чтобы они ее оберегали.

Лянь с любопытством слушала разговор святых. Самайра восхищенно хлопала глазами. Шивон улыбалась так широко, что при желании можно было сосчитать все ее зубы. Госпожа Ривера была в восторге.

Слава богу, наконец-то мама угомонила болтунов. Они, смущенно переглядываясь, схватились за четки и Библии, начали креститься, извиняться и в конце концов замерли.

– Ну теперь начаровывай дерево.

Мама принялась передавать Элле голубые бутылки, а та расставляла их кругом на полу. Девочка столько раз начаровывала бутылочные деревья вместе с мамой и бабушкой для защиты дома, что все движения давно были отработаны до автоматизма.

– Заклинание ты знаешь. – Мама протянула ей горшок с землей и семечко. – Такое же, как дома.

Элла тихо застонала. Она терпеть не могла, когда ее торопили.

«Чарование должно настояться и подойти, как тесто для блинчиков», – всегда говорила бабушка, и Элла была с ней полностью согласна. Но мама все делала по-своему. Впрочем, как и каждый чародей.

– Не криви лицо, – велела мама.

– Угу, – буркнула Элла, насыпая маленькую горку земли в середине круга из бутылок и бросая туда семечко.

Она вспомнила первое растение, которое вырастила сама. Она была тогда настолько мала, что бабушка еще таскала ее на бедре. Элла потянулась пухлыми пальчиками к черным каллам, растущим в теплице, – это были ее любимые цветы, оттенком напоминавшие темную папину кожу, – и очень удивилась, когда цветы потянулись вверх, ей навстречу. Лишь через несколько лет Элла поняла, каким образом проникла в их жизненную силу и подчинила.

Стараясь не обращать внимания на следящих за ней необычайн, она глубоко вдохнула, закрыла глаза и обратилась к чарам внутри себя с просьбой проснуться. Голова стала легкой и слегка закружилась. В ушах что-то поскрипывало и тянулось, пока она мысленно нащупывала семечко и росток в нем. Лоб покрылся испариной, в воображении тьма сменялась рассветом, мечта расцветала. Элла выпевала заклинание и просьбу: «Растите, длинные корни, защитите нас от зла, пока мы спим».

Наконец она открыла глаза, стараясь не смотреть на зрителей, хотя ей хотелось немного покрасоваться перед ними.

Раздался тончайший стук крохотного сердца, и из земли высунулся росток. Он потянулся вверх, завился, как плющ, потом выпустил листочки и крошечные усики. Они скрутились веревками, сплелись в твердый древесный ствол, поднялись до потолка. От ствола во все стороны полезли ветви, на ходу покрываясь зеленой листвой. И вот уже в углу комнаты высился живой дуб, такой же, как дома во дворе, простирая ветви над кроватью Эллы.

– Последний шаг, – напомнила мама.

– Бутылки, – прошептала Элла.

Ничего не произошло.

– С благодарностью и легким придыханием. Он не слышит тебя.

– Бутылки, пожалуйста, – сказала Элла дереву.

Ветви склонились к полу, каждая взяла бутылку за шнур и снова выпрямилась. Бутылки повисли на ветвях, как цветные подвески. Бабочки бражники закружили вокруг дерева.

Мама взяла Эллу за подбородок.

– Умница, малышка. Получилось даже лучше, чем у меня. – Она поцеловала дочку в лоб.

Элла оглянулась вокруг и увидела потрясенные лица. Необычайн-директор Ривера прижимала ладони ко рту.

– Зуб звезды! У нас в комнате растет дерево! – воскликнула Лянь. Ее собака фу запрыгала вокруг ствола, пытаясь залезть на него. – Ко мне!

Пикси Шивон вылетели из террариума гурьбой и замельтешили в кроне.

– Перестаньте! – сердито потребовала девочка.

– Что же это за чудо такое? – Самайра внимательно рассматривала ветви. – Это какая-то другая магия!

Элла внутренне сжалась. Мама не выносила слово «магия» – оно было слишком простым для того, что они творили.

Мама легонько подтолкнула Эллу, чтобы та ответила на вопрос.

– Это бутылочное дерево, – выдавила из себя девочка.

– Мы начаровываем их, чтобы отгонять злых духов. Любое зло попадет в стеклянный сосуд и застрянет там, – добавила мама. – После этого Элла избавится от него как положено.

Все окружили дерево.

– Оно прекрасно, – произнесла необычайн-директор Ривера.

– Поразительно, – улыбнулась Элле Шивон.

– И вы поете ваши… – начала Самайра.

– Заклинания. – Элла кивнула. Она не ожидала, что необычайны ничего не знают о чародействе.

– Мы еще говорим «заклятия». – Лянь провела пальцами по коре и гордо оглянулась на Риверу.

Элле не терпелось узнать все о сходстве и различиях в их колдовстве.

– Необычайны не могут заставить что-либо расти. – Самайра поджала губы.

Элла подняла на нее озадаченный взгляд.

– Самайра имеет в виду, что мы не делаем чудеса из ничего. Мы работаем с тем, что уже есть. Это искусство и наука. – Необычайн-директор Ривера коснулась листьев.

Элла почувствовала, как мамина рука легла ей на плечо.

– Что ж, нам всем есть чему поучиться друг у друга.

– Эти чародеи как Тузы, – шепнула Самайре Лянь.

– Мы не говорим об этом, мисс Вон. – Голос госпожи Риверы стал жестким.

– А что это? – спросила Элла.

В комнате повисло напряженное молчание.

У Эллы внутри все сжалось. Неужели растить что-то плохо?