чем спереть у деда хоть бутылку. Поганец, от бара вообще не отходит, сама видела...
Глава гильдии опять закатила глаза и снова приложилась к бокалу:
— Решай сам — это твои похороны...
Сидя на кресле у края широкого и шикарного стола, она явно чувствовала себя не в своей тарелке. И я даже знаю, почему. Вон как глазками в мое кресло стреляет и презрительно на посеребренные плинтуса поглядывает — завидует, засранка! Привыкла, что всегда хозяйка положения. А теперь, мало того, что в гостевом кресле ютиться приходиться, так еще и ее кабинет по сравнению с княжеским выглядит как сутулая псина на фоне боевого коня. Стол из какого-то офигенно экзотичного дерева, фрески на стенах, подоконник и балкон отделаны белой костью, кожаное кресло из... Хрен знает, из чего оно, но мягкое, зараза! Понятно, отчего князь этот салон себе в резиденцию выбрал.
А самое главное — стекла целые! У долбанного бревна из «мантикоры» не хватило силенок, чтобы разнести окна еще и на втором этаже.
Дверь беззвучно распахнулась, и из шумного зала в тишину кабинета прошествовал долговязый мужчина. Плотная шуба и обилие блестящих перстней, равно как и роскошная черная шевелюра, намекали на заморское происхождение, не хуже бронзовой кожи.
Скользнув взглядом по кабинету, он прикрыл дверь и гордо простучал каблуками по коврам:
— Сукозависимость. — твердо заявил он, подкрепив утверждение звучным стуком потертой тростью о ковер.
— Че? Как ты меня назвал?!
— Милорд, вы знаете о таком явлении, как...
— Он сир. — мгновенно окрысилась Эмбер.
— Сир, ведомо ли вам, что три четверти всех девок страдают каким-либо нарушением слуха? Это ужасное открытие ставит нас перед фактом, что разговоры — не самое эффективное средство общение с суками.
— Э-э-э... Чего? Мужик, ты вообще кто? Ты вышибалой наняться хочешь или...
— Позвольте представиться: экзарх сладострастия его сияющей жемчужины трех домов, семи отцов и тысячи оазисов — Имбертус Фавиол к вашим услугам, милорд...
— Он сир!
— Сир. — «шерстяной» даже не смотрел на стройную блондинку, испепелявшую его взглядом из угла кабинета.
Недовольно пожевав губу, Эмбер шумно выдохнула и постучала карандашом по учетной книге:
— И что же смотритель гарема... Ох, простите мою неопытность... И что же экзарх сладострастия позабыл в наших холодных краях?
— Отошел от дел.
— Далеко же вы отошли... — фыркнула блондинка, смотря на «песчаника» с презрением. — Я слышала, что экзархов при посвящении... — она пару раз сжала пальцы на ладони, намекая на ножницы. — Ну, вы поняли.
Южанин наградил Эмбер безразличным молчанием и скучающе посмотрел на свои ухоженные ногти.
Ну, евнух он или нет — лично мне по-барабану. Мне работники нужны, а не приключения на задницу.
— И... — пожал я плечами. — Ты что-то типа надсмотрщика? Менеджера, управляющего, или сутенера?
— Динь-динь-динь... — он застучал тростью по ковру. — Не в бровь, а в глаз, милорд!
Проигнорировав очередное восклицание блондинки про «сира», южанин уселся в кресло перед столом и закинул ногу на ногу:
— Наслаждаясь покоем у общего очага, я заслышал, как достойные мужи обсуждают ваш отточенный ум и проницательную решительность. И я подумал — «Такой человек сможет по достоинству оценить мои таланты»...
— Так, погоди про таланты... Ты с Заречной или со старого района? Клоповник без названия или «Звенящие титьки»?
Южанин немного стушевался и на мгновение потерял свой напыщенно-театральный лоск:
— «Звенящие прелести», милорд.
Бордель «среднего» статуса, получивший свое название из-за пары медных шариков над входом, что исполняли роль колокольчиков.
Эллис нехотя сделала еще одну пометку в учетной книге.
Уже десятое «собеседование» с утечками от «конкурентов» за сегодня. Услыхав, что салон пару дней назад вновь начал свою работу, у дверей буквально очередь выстроилась. Работниц других «салонов» и «свободно-мыслящих» крестьянок нисколько не волновали ни истории о демоне, ни доски на окнах, ни хреновое отопление. Памятуя о былой славе заведения, они валили сюда тоннами, надеясь на лучшие условия, деньги, и комфортабельное жилье.
И, как бы мне не хотелось соглашаться с дедом, но он прав — такие хоромы мы сами содержать не в состоянии. Бедный Гена их уже подметать задолбался! А ведь еще нужно топить, ремонтировать, заправлять лампы, таскать воду с подвала и прочее-прочее-прочее... Я уж молчу, что без присмотра оставлять опасно — обнесут за секунду. Часто замечаю по ночам какую-то очкастую девчонку, что так и таращится на особняк из-за ограды — стопудово чья-нибудь наводчица.
Короче, деньги нужны. Князь черти где, Грисби тоже еще не вернулся, до герцогини, как до Китая раком, а в гильдии шаром покати. «Оплачивать перины Рорикам» Эмбер не собирается, а на контрактах нихрена не заработаешь. Даже если вдвоем с Геной пахать. Зима, блин. Все заказы, — от дровосеков или «чумазиков». До леса или карьера сопроводить да помочь им уголь да дрова в город оттащить. Даже в канализации ни единой крысы не осталось.
Короче, как бы мне не хотелось становиться совладельцем «развлекательного заведения для взрослых», но деньги брать откуда-то нужно. И пусть князь или Аарон только попробуют про «срамных баб» заикнуться — мигом счет выставлю!
И вот едва минуло двое суток с моего возращения из гильдии, а в зале уже слышится музыка и звон бокалов. Народ прет как умалишенный. Средства-то есть — на трофеях горожане неплохо поднялись, а тратить шальные деньги в опостылевших гадюшниках им скучно. То ли дело, «шикарное заведение, куда раньше пускали только толстосумов.
Но, вопреки надеждам деда, салон, это прежде всего салон, а уже потом «все остальное». Вместо «траходрома не для пехоты» я попытался ограничиться «приличным публичным домом», сосредоточившись на выпивке, азартных играх, музыке и прочей фигне из фильмов про казино и итальянских бандитов. Получается так себе, но еще не вечер.
Конечно, подобное заведение обязано предоставлять услуги определенного рода, но они могут делать это сугубо добровольно и строго в восточном крыле. Подальше от покрасневших ушей Гены и моего маленького отопительного «самоварчика». Все довольны — «работящие дамы» получают в личное пользование роскошное помещение и целый ворох «инструментов», а я беру процент и не парюсь насчет содержания неиспользуемых комнат — пусть сами топят да пыль вытирают. Ну а те, кому «постельная романтика» не по душе, могут спокойно работать в баре, кухне или на сцене. Лишь бы улыбались да декольте почаще демонстрировали.
Восприняв мое молчание за сомнение, загорелый мужик в шубе еле слышно постучал декоративной тростью:
— Здесь нечего
