несколько дней до начала гона альфы и омеги были обязаны принимать особые успокаивающие препараты. Эти биомагические средства снижали гормональный фон, предотвращая агрессивные проявления. Затем альф и омег на неделю размещали в изоляторе. Там за ними — нами — непрерывно наблюдали специалисты.
Судя по всему, эти альфы по какой-то причине не приняли препараты, предназначенные для смягчения симптомов наступающего гона. В таком состоянии альфы были возбуждены, непредсказуемы и опасны.
Мне стало очень страшно. Однако я изо всех сил постаралась скрыть испуг, сохраняя внешнее спокойствие. Быстро закончила мыть руки, с каменным выражением лица повернулась к выходу, намереваясь пройти мимо альф, преграждавших дорогу.
— Куда это ты, крошка? — осклабился один из них. Если абстрагироваться, он был привлекателен: высокий рост, ярко-зеленые глаза, густые каштановые волосы. В любой другой день я бы назвала его симпатичным, но сейчас в лице алчно мерцала хищническая жажда обладания, искажающая всю его красоту.
Резко оттолкнувшись от стены, я сорвалась с места, стремясь покинуть душное помещение, переполненное гормонами. Однако второй альфа неожиданно преградил выход, крепко ухватив меня за тоненький шелковый шарф и подтянув вплотную к себе.
Его облик был не таким обманчивым. Этот альфа отличался мощным торсом и широкой грудью, покрытыми буграми мышц. Лысая голова, нижняя челюсть квадратной формы, тяжелый подбородок, острые скулы и глубокие складки около носа придавали ему грубовато-звериный вид.
Лицо альфы исказилось от желания, глаза вспыхнули звериным блеском, выдающим сильное сексуальное возбуждение. Исходящий от его тела запах поражал своей силой и интенсивностью, проникал в дыхательные пути и заполнял разум. Этот аромат был далек от приятного — наоборот, он действовал удручающе, пугая и подавляя нервную систему, создавая жуткое ощущение зависимости и невозможности сопротивляться.
Третий альфа тут же оказался рядом и потянулся к моей шее, желая вдохнуть меня полностью без остатка. Я поймала его взгляд и вздрогнула — в нем блеснуло что-то дикое, безумное, наглое. Какая-то необузданная страсть, граничащая с сумасшествием и жестокостью. Он напоминал викинга: такой же заросший, крупный, воинственный.
Раньше я никогда не оказывалась поблизости от альф, находящихся на грани наступления гона и отказавшихся от стабилизирующих препаратов.
— Бля, да ты невинная, — прошипел он хриплым голосом, — чистая, судя по запаху. Не то что большинство этих шлюх, что тут шляются.
Щеки мгновенно окрасились горячим румянцем, словно кожу опалило жаром изнутри. Голова закружилась от ощущения абсолютной неправдоподобности происходящего. Где-то за стенкой шумел бар, а в уборной никого не было, кроме меня и этих трех ужасающих альф. Как это могло быть? Но это было.
— Мне тоже нравится, когда омеги чистенькие, — подхватил тему первый. — Значит, не трогали целку, да? Не испортили, не использовали. И метки нет. Не волнуйся, мы покажем, как это бывает с опытными альфами...
Второй сдернул с меня шарфик, а третий обвил мою талию сильными руками. Я зажмурилась, обмирая и все еще не веря в то, что таким и будет мой первый раз — в туалете студенческого клуба, с тремя нарушившими правила альфами.
Вдруг дверь уборной распахнулась, ударившись о стену с глухим стуком. Я рефлекторно вздрогнула и открыла глаза. На пороге стоял еще один альфа.
Глава 4. Истинный
Это был мой он. Мой альфа. Мой истинный.
Все, чему нас учили на лекциях и семинарах, было ничто по сравнению с тем, что испытала я. Мурашки, биение сердца, нехватка кислорода: все эти формальные признаки из учебников звучали так плоско и серо.
А окружающий мир... Нет, не сжался, не сузился — он вообще перестал существовать. Осталась лишь одна огромная фигура, заполнившая собой весь дверной проем, все пространство вокруг, всю мою вселенную целиком.
Я не успела разглядеть лица, не смела поднять взгляда: чересчур высоким он был. Намного выше и мощнее окруживших меня альф. Только разглядывала черный кожаный бомбер и темные джинсы. И вдыхала аромат — терпкий, горячий, насыщенный, глубокий. Совершенно точно мой.
— Эй! — голос грубым рычанием прорезал воздух. — Отстали, блядь, от нее!
Я моментально вернулась в действительность. Первый альфа среагировал мгновенно, глаза загорелись недобрым огнем:
— Че такое, нах? Что сказал?!
— Чего слышал, — коротко отреагировал пришедший. — Отвалили.
— Ну-ну, — зловеще усмехнулся тот, что сдернул с меня шарфик. — Не охуел ли ты, часом? Схуяли решил, что сможешь утащить мою омегу?
— Она не твоя, — отрезал альфа.
— А ты ей кто? — воинственно выпалил третий. — Не ебарь же — она чистая.
Вошедший уставился на меня так пристально, что я буквально кожей прочувствовала его взгляд. Он будто прожег во мне дыру — так остро я это ощутила. Это продлилось мгновение, но я будто провалилась в некую параллельную реальность, в которой не было ничего, кроме его испепеляющих глаз.
— Все в порядке, — это он мне. — Ты в безопасности. Подождешь меня, да? Не уходи.
Я закивала, не в силах произнести ни слова. Меня трясло, а сердце бешено колотилось. Куда я могла убежать, если в меня вцепились трое безумных в своей одержимости альф?
А дальше все случилось так быстро — я не успела осознать, что происходит. Глаза едва поспевали следить за движениями моего защитника, пока я сама оставалась неподвижной статуей.
Те трое, что напали на меня, не собирались отпускать свою добычу — меня — без боя. Гормоны, исходящие от каждого из них, говорили сами за себя: альфы были пленены инстинктом обладания, превратившись в дикарей, готовых сражаться до последнего.
— Пошел ты, — рявкнул третий альфа, и рванулся вперед, намереваясь ударить. Но тут же получил сильнейший удар в нос и повалился на пол, держась за лицо.
Второй, что сорвал с меня шарфик, тоже попытался напасть на вошедшего. Полный ярости, он замахнулся рукой. Однако незнакомец оказался удивительно ловким. Поймав протянутую руку, он играючи развернул ее назад, заставив противника громко вскрикнуть от боли.
Оставшийся альфа, видимо, дорожил своей привлекательностью. Он отступил от меня на пару шагов, явно планируя улизнуть.
Я не могла больше на это смотреть. Не могла чувствовать. Слишком много было событий, ощущений, чувств — все мое существо не справлялось с накалом страстей. Все внутри меня сжалось до предела, а разум охватила одна мысль: убегать. Мне хотелось кричать, плакать, звать кого-нибудь на помощь, но единственным возможным решением был побег.
Каким-то чудом прошмыгнув мимо, я выбежала в коридор, и на меня тут же обрушились звуки музыки и мигающие огни.
