И то и другое. Ну не может быть доппель так плохо подготовлен. Кто вообще поведётся на такую игру контрастов?
— Как вариант, мы? — ласково осведомилась королева. — Ты не поверишь, как я была рада видеть его сегодня и не слышать это мерзкое пиликанье его долбанного магофона! А манеры? Он даже не чавкал!
— Хм… — его величество призадумался.
— А ты слышал, как удивлялась Эмма? Целое утро без истерик…
Король мрачнел с каждым её словом, супруга, заметив, как темнеет лицо мужа спохватилась, но… слова уже были сказаны.
— Милый, прости! Я знаю, какую боль тебе это приносит…
— Да нет. Ты права. Сына я упустил и это только моя вина.
А… ничего, что вы это всё обсуждаете при мне, не?.. Я ж вроде как иностранный шпиён или… Спина покрылась холодным потом… потенциальный покойник? Неожиданно пришло осознание, что я всё-таки очень хочу жить. Даже в этом теле. Притом я вот прямо сейчас совершенно не представлял, как сохранить своё царственное здоровье на долгие лета (ну или до сорока, после чего наверняка помру от диабета). С одной стороны попытаться привлечь внимание и нарушить и без того хрупкий момент семейного единения, с другой — попытаться жестами намекнуть, что таких личных откровений шпиёну наблюдать вроде как не полагается.
Ситуацию спас стук в дверь кабинета. Оба монарха вздрогнули и отпрянули друг от друга, зло обожгли меня взглядами и переглянулись.
— Я пойду. — сказал его величество и вышел из допросной.
— Войдите! — раздался его властный голос из кабинета. Я уставился в голографический экран, который никто не счёл нужным выключить и увидел… ну, наверное, стражника.
— Ваше величество! — отчеканил вошедший безликий субъект в странном, но всё же определяемом доспехе. — Прибыл верховный чародей!
— Можешь начинать бояться. — очень неожиданно и страшно прошипела мне на ухо королева, как бы невзначай оказавшаяся за моей спиной. — астроманты вывернут все твои мозги наизнанку. Ты же знаешь, кто такие астроманты?
Ага, блядь, всю жизнь только о них и слушал страшные сказки.
— Последний шанс начать говорить правду. — продолжала увещевать царственная красотка.
— Уву. — а что я ещё скажу с кляпом во рту? В прочем, моё индифферентное поведение сказало ей куда больше. Она уселась на стол прямо передо мной и всё-таки вытащила проклятую заглушку.
— Хм. Это храбрость? Или верность своему господину?
— А может, невежество? — спросил я, поработав затёкшей челюстью. — Уверяю вас, что ваши угрозы не действуют на меня только по двум причинам. Первую я уже рассказал, ну а вторая вот она: я совершенно точно не в курсе кто такие эти ваши астроманты. В моём мире вообще магии не было. Люди в допросах полагались на давление, пытки и химию. Но знаю я об этом исключительно из художественной литературы и масс медиа.
— Позапрошлый век. — презрительно фыркнула королева. — Ну ладно, у тебя был шанс.
С этими словами она развернула стул, к которому я был прикручен и покатила меня к выходу из допросной в кабинет.
Его величество король Маркус был в компании высоченного старика в тёмно-алой мантии похожего на грифа. Орлиный нос, аккуратно стриженная, можно сказать, подточенная бородка и взгляд мелких глаз такой будто «я прав, а вы все — говно!», притом это касалось абсолютно всех и никак не исключало монархов. Сходу видно: мерзкий лысый тип.
— Грандмастер Новатеррон, — почтительно сказала королева, приветствовав престарелого грифа. Тот не ответил. Не понял, а это вообще нормально, что так динамят действующую правительницу?
Старикан сморщил нос и повернулся к королю и прогнусавил:
— Ну так что вы хотите мне сказать, демонстрируя своего связанного наследника?
— Больше не наследника, — жёстко произнёс король. — И я хотел бы, чтобы вы завизировали новый текст моего завещания.
— Вы настолько уверены, что это не ваш сын?
— Абсолютно!
— Подтверждаю! — ну а чо? Мне не сложно, кляпа-то нет.
Гриф вылупил на меня один глаз, не поворачивая головы, вздёрнул бровь, затем полностью повернулся и сделал пару шагов в нашу с королевой сторону.
— Ну а кто же ты?
— Не знаю, попаданец, наверное. Проснулся сегодня утром в этом… — как бы на мат не перейти, — теле… Но вчера вечером совершенно точно был не здесь и звали меня по-другому. Помню лица друзей, знакомых и родителей, смутно, как данность, мол, они у меня были. Но ни единого имени. И совершенно не понимаю, как я здесь оказался. Вы ведь чародей? Верните меня домой, а? Не, у вас тут хорошо, красиво, вкусно кормят и есть служанки, но я лучше по-старому.
— Вот видите? — вопросил король. — Он даже на имя не сразу откликается. Слышит, соображает, а уж потом только поворачивает голову. Да ни один доппель себе такого не позволит!
— Маркус, в ваших словах есть смысл, — покивал старый гриф. — Но я по-прежнему не вижу в нём никакой подмены. Просто ребёнку не хватает внимания!
— И всё же я настаиваю на магической проверке сознания.
— Не вижу необходимости! — упёрся чародей.
— А приказ вашего короля не есть достаточная необходимость? — удивился я.
На целую минуту в кабинете воцарилось молчание. Гриф хлопал глазами так, будто его только что отхреначили его собственным насестом, король, впрочем, был не менее удивлён. М-да… у них какая-то странная монархия… Английская модель, да? Или просто давно нет необходимости так власть воспринимать? Мол, мир дружба жвачка, кругом добро и розовые пони? Непонятно!
— Действительно, — первой пришла в себя королева.
Гриф метнул поверх меня яростный взгляд, затем всем корпусом развернулся к королю и уточнил:
— То был приказ?
— Именно, грандмастер. Не заставляйте меня его повторять. — сориентировался король.
— Ну что ж. — Я не представляю сколько усилий потребовалось этому старому и ни единожды штопанному продукту латексной промышленности, чтобы преодолеть собственную брезгливость и спуститься с высоты своей крутости и улётности до уровня полчаса как ненаследного принца, но он всё-таки подошёл ко мне и заглянул в глаза. В какой-то момент меня ослепила яркая белая вспышка и… всё.
В следующий момент старый гриф стоит ко мне спиной и вещает королю следующие слова.
— Затрудняюсь точно сказать, что произошло, но, боюсь, вы в какой-то мере правы. В какой-то мере. Воспоминания принца полностью
