Но похоже, с самого рождения на меня наложено проклятье быть поверенным в делах других людей. Серьезно. Иногда мне кажется, что во мне есть какой-то таинственный магнетизм или еще что-то такое, потому что где бы я ни оказалась, тут же появляются случайные знакомые, которые подходят ко мне и рассказывают о себе, например, о своей коллекции молотков или о своей страсти все разведывать, или о чем-нибудь еще.
Так что я не очень удивилась, когда мистер Ши предложил мне пост Энни. Потому что человек, занимающий это место, должен давать людям, которые пишут в газету, не только добрые советы, но и такие советы, которые одобряет школьный советник миссис Келлог.
Что непросто. Потому что миссис Келлог — чудачка. Она вся погружена в йогу, в биоритмы и фэн-шуй и всегда хочет, чтобы я рассказывала людям, которые пишут в газету, что если они перевесят зеркало в спальне, то перестанут тратить столько кармической энергии.
Я не шучу. И этот человек собирается помочь мне поступить когда-нибудь в хороший колледж. Ужас!
Но у меня с миссис Келлог, в сущности, очень хорошие отношения. Я выслушиваю ее жужжание об ее макробиотической диете, а она всегда готова написать за меня ответ, так что я в это время могу поиграть в волейбол или заняться чем-нибудь еще.
Так или иначе, все, что касается «Спросите Энни» — это огромная тайна, поскольку, как говорит миссис Келлог, Энни не должна «иметь пристрастия» ни к какой группе ровесников. Точно так же Энни не может быть членом какой-нибудь определенной компании и не должна иметь отношения к таким проблемам, как непопулярность Кэйры Коровы или шуточки Курта Шрэдера.
К тому же, если бы люди узнали, кто такая Энни, они вовсе не стали бы ей писать, поскольку она могла бы догадаться, кто автор того или иного письма и рассказать о нем всем вокруг. Когда кто-нибудь пишет Энни, он не заботится о том, чтобы остаться неизвестным. Хотя некоторые, быть может, и стараются, но такие, как Трина, которая пишет Энни по крайней мере раз в месяц обо всем, что ее заботит (обычно, это что-нибудь о Люке Страйкере, ее возлюбленном, или о чем-нибудь еще), такие даже и не пытаются замаскировать свой почерк или использовать фальшивый электронный адрес.
Так что еще одна причина анонимности Энни заключается в том, что она посвящена в самые глубокие, самые темные тайны.
Итак, я занимаю в газете совершенно особенное место, но не могу никому об этом рассказать. Не могу рассказать этого даже Трине или маме, потому что у них обеих самые длинные языки во всем штате Индиана. Я просто должна продолжать свою работу, и пусть они думают, что у меня в газете очень важный проект. Ура!
Вот и прекрасно. То есть в этом нет ничего особенного. Мне-то что.
Хотя на самом деле мне бы хотелось рассказать о моем положении Джери Линн. Просто, чтобы она не думала, что Скотт использует меня.
Ну, так или иначе, будучи Энни, я часто бывала в офисе миссис Келлог. Она всегда хотела расспросить меня о том, кто прислал какое-нибудь тревожное письмо.
Иногда я знала. Иногда — нет. Иногда я говорила ей. Иногда — нет. Я считаю, что вы должны уважать право на личную тайну, пока знаете, что человека не тревожит что-то очень серьезное.
И, к счастью, миссис Келлог была нужна очень многим, а у остальных работников администрации школы своих забот хватало, так что у них просто не было времени совать свой нос в чужие дела.
Например, Кэйра Шлосбург. Кэйру не волновало то, что весь мир может узнать о ее проблемах. Кэйра посылала Энни ТОННЫ писем. Я отвечала на все эти письма, хотя мы не печатали их в газете, потому что даже если бы мы не помещали ее подпись (а она подписывала каждое письмо), всякий узнал бы автора этих писем.
Бот одно типичное письмо:
Дорогая Энни!
Все называют меня Кэйра Корова, хотя мое настоящее имя — Кэйра Шлосбург, и они все мычат, когда я прохожу мимо. Пожалуйста, помоги, пока я не предприняла решительных мер.
Только Кэйра никогда не предпринимала решительных мер, иначе я бы об этом знала. Однажды пронесся слух, что она порезала себя, и ее не было в школе три дня. Я на самом деле забеспокоилась и попросила маму узнать, что случилось, потому что моя мама и миссис Шлосбург вместе занимаются йогой.
Но оказалось, что Кэйра делала себе педикюр, срезала слишком много сухой кожи на ступне и случайно задела молодую кожицу, так что не могла ходить, пока ранка не зажила.
Вот такие вещи случаются с Кэйрой. И подобных примеров — множество,
Такого рода случаи заставили мою маму сказать:
— Знаешь, Джен, миссис Шлосбург на самом деле очень огорчена. Она говорит, что Кэйра изо всех сил старается приспособиться, но, кажется, у нее ничего не получается. Все вокруг над ней насмехаются. Не взяла бы ее под свое крылышко?
Разумеется, я не могу сказать маме, что я уже ВЗЯЛА Кэйру под свое крылышко в разделе «Спросите Энни».
Как бы то ни было, но когда меня пригласили в офис на следующий день после похищения Бетти Энн Малвейни, я вычислила, что это связано или с письмом Кэйры или с Бетти Энн.
Потому что, хотя миссис Малвейни просто, как всегда, пожала плечами, можно было сказать, что на самом деле она очень огорчена. Я замечала, как часто ее взгляд останавливается на том месте, где обычно сидела Бетти Энн.
Перед каждым уроком она с усмешкой объявляла, что если бы похититель вернул Бетти Энн, то никто бы его ни о чем не стал расспрашивать и ничего плохого не последовало бы. Я даже поймала Курта в очереди во время ланча и спросила его, не собирается ли он написать записку с требованием выкупа или чего-нибудь подобного. Я подумала, что если миссис Малвейни увидит, что все это просто шутка, ей будет легче.
Но Курт очень удивился.
— Что? Какую записку? — спросил он.
Пришлось объяснить Курту, очень осторожно, что такое записка с требованием выкупа и какая бы это была шутка — поскольку я до сих пор думаю, что, похищая Бетти Энн, он пошутил и было бы забавно, если бы он послал миссис Малвейни записку с просьбой, например, не задавать домашнее задание на уик-энд или раздать всем в классе карамельки Врача. И дальше приписать, что после выполнения этих условий Бетти Энн будет возвращена в целости и сохранности,
Курту, похоже, понравилась эта идея. Кажется, ему это не приходило в голову.
— Гениально, парень! — закричали его дружки, а я вдруг занервничала. Хочу сказать, что эти парии мне никогда не нравились. И чтобы быть уверенной, что Бетти Энн все еще у них, я спросила:
— Курт, ты не сделаешь никакой глупости, а? Ты не выбросишь Бетти Энн на помойку?
Курт посмотрел на меня как на сумасшедшую и сказал:
